Живая мишень - Росс МакДональд

Только в десять утра я отправился в город. Питер Колтон сидел у себя в кабинете за полированным столом. Он был полковником во время моей службы в разведке. Когда я вошел, он поднял глаза от папки с полицейскими рапортами и тут же опустил их в знак того, что он мне не рад. Теперь он был старшим следователем окружной прокуратуры — крупный мужчина средних лет с аккуратно подстриженными светлыми волосами и фиолетовым носом, похожим на нос быстроходного катера. Его кабинет напоминал прокуренный куб с единственным окном в стальной раме. Я почувствовал себя неудобно в кресле с жестким каркасом, стоявшем возле стенки.

После непродолжительной паузы он повернул свой нос в мою сторону.

— Что случилось с той частью твоего тела, которую, за неимением лучшего определения, я буду называть твоим лицом?

— Я ударился о дверь.

— И ты хочешь, чтобы я арестовал эту хулиганскую дверь?

Его рот искривился в улыбке, и он прибавил:

— Ты должен учиться сам выигрывать свои сражения, малыш, если в них, конечно, нет ничего по моей части.

— Есть жареный каштан и три пластинки жевательной резинки, — обиженно пробормотал я.

— Ты намереваешься подкупить представителя власти, вернее закона, всего тремя пластинками жвачки? Ты понимаешь, что сейчас атомный век, малыш? В трех пластинках скрыто достаточно энергии, чтобы разорвать нас всех на клочки.

— Оставим эту философию. У меня есть сведения о «Диком Пиано».

— Ты полагаешь, что мне больше нечем заниматься, как бегать по кабакам? Или мне уже пора переменить свой кабинет на жалкую комнатенку частного детектива? Хорошо, валяй. Ты опять хочешь получить что-нибудь задарма?

— Кое-что я тебе подкину. Это может оказаться самым крупным делом в твоей карьере.

— И, конечно, ты хотел бы что-то взамен.

— Так, пустячок, — признался я.

— Ладно, давай послушаем твою историю в двадцать пять слов.

— Твое время уже перестало быть ценным?

— Уже шесть, — заявил он, подпирая нос большим пальцем.

— Два дня назад муж моей клиентки выехал из аэропорта Бербенк в черном лимузине в неизвестном направлении. С тех пор его никто не видел.

— Двадцать восемь.

— Заткнись! Вчера она получила письмо, написанное его рукой, с просьбой приготовить сто тысяч наличными.

— Ни у кого нет такой суммы наличными.

— У них есть. Тебе это о чем-то говорит?

Питер достал из верхнего левого ящика стола листы, отпечатанные на стеклографе, и быстро просмотрел их.

— Похищение? — рассеянно спросил он.

— Похоже на то, если только не подвел мой нюх. А что есть в сводках об угонах машин?

— За последние семьдесят два часа не было украдено ни одной машины. Два дня назад говоришь? В какое время?

Я сообщил ему подробности.

— Твоя клиентка ничего не напутала?

— Она очень рассудительна.

— Но, может быть, не по отношению к мужу. Скажи мне ее имя.

— Потерпи минутку. Прежде я хочу оговорить две вещи. Первое — это не для прессы. Кроме того, я хочу, чтобы ее муж вернулся живой, а не в свинцовом гробу.

— Это слишком важно, чтобы скрывать, Лью.

Колтон встал и принялся расхаживать по кабинету.

— Ты будешь действовать по официальным каналам, а я этого не могу. Но тем временем ты мог бы кое-что уже сделать.

— Для тебя?

— Для себя. Начинай с проверки агентов по прокату автомашин. Затем «Дикое Пиано»…

— Достаточно. Я подожду официального заявления, если такое будет.

— Разве я когда-нибудь подсовывал тебе фальшивую карту?

— Множество, но не стоит об этом. Может быть, ты немного преувеличиваешь.

— Зачем бы я стал это делать?

— Это дешевый и легкий способ получить то, что тебе нужно.

Его глаза превратились в узкие щелки.

— В округе чертова уйма прокатных контор.

— Я сделал бы это сам, но мне необходимо уехать из города. Эти люди живут в Санта-Терезе.

— Кто они?

— Могу я на тебя положиться?

— Отчасти. Настолько, насколько это возможно.

— Сэмпсон… Исчез Ральф Сэмпсон.

— Я слышал о нем и помню, что ты говорил мне о каких-то деньгах.

— Вся беда в том, что у меня нет уверенности, что именно с ним произошло. Нам остается лишь ждать.

Он подошел к окну и, повернувшись вполоборота, спросил:

— Ты что-то говорил о «Диком Пиано»?

— Это было до того, как ты сказал, что я действую дешевым и слишком доступным способом.

— Не уверяй меня, что я задел твои самые нежные чувства.

— Ты просто разочаровал меня. Я принес тебе выгодное дело, а ты проморгал его.

— Я работаю не на себя, Лью, — он резко повернулся ко мне. — Дуайт Трой был там?

— Кто он такой?

— Маленький ядовитый тип. Заправила в «Диком Пиано».

— Я думал, что есть закон против подобных заведений и таких людей. Извини меня за невежество.

— Ладно. Ты видел его?

— Если это седой англичанин, то да.

Колтон утвердительно кивнул.

— У меня было свидание с ним. Он держал меня на мушке, а я ждал. Обезоруживать его не входило в мои планы.

Колтон недовольно пожал плечами.

— Мы пытаемся к нему подобраться уже четыре года. Это очень шустрый, скользкий тип. Он так увлекся рэкетом, что чуть не попался, и теперь занялся еще чем-то. Он здорово заработал в тридцатые годы на контрабанде спиртным в Калифорнии. С тех пор у него были подъемы и падения. Одно время он владел игорным притоном в Неваде, пока синдикат не выкинул его. После этого он стал меньше наживаться, как я слышал. Теперь мы ждем, когда он влипнет.

— Пока вы ждете, могли бы закрыть «Дикое Пиано», — заметил я с грустной иронией.

— Мы прикрываем его каждые полгода, — недовольно пояснил Колтон. — Перед последней облавой оно называлось «Фальшивым бриллиантом». У них наверху находилось помещение для мазохистов, систематические истязания женщин и так далее. Мы положили этому конец.

— Кто там заправлял тогда?

— Некая Эстабрук. И чем это кончилось? Против нее даже не возбудили дела, — Колтон фыркнул. — Я никак не мог повлиять.

— Ты знаешь, где живет Трой?

— Нет, я хотел спросить это у тебя.

— Я почти ничего о нем не знаю. Однако он и Сэмпсон были в одной компании. Неплохо было бы установить наблюдение в «Диком Пиано».