Темная ночь - Пейдж Шелтон

– Привет, – крикнул Лютер с кухни. – Найди место, если сможешь.

Витнер кивнул. Когда он начал смотреть по сторонам, мужчина рядом со мной бросил на стойку пару банкнот, развернул стул и встал. Он с подозрением глянул на Витнера, прежде чем предложить ему свое место.

К моему удивлению, Витнер приветственно кивнул с едва заметной улыбкой сначала мне, а затем человеку, сидевшему по другую сторону от него. Изучив меню, он сказал Нэнси, что выпьет кофе.

– Здрасьте, – сказала я ему, когда он сделал заказ.

Хотя я и не хотела, чтобы переписчик что-то обо мне узнал, в глубине души мне казалось, что не поздороваться было бы грубо. Мил намного лучше меня умела игнорировать необходимость быть приветливой.

– Как ваши дела? – спросил он с глубоким вздохом.

– Все в порядке. А ваши?

– Ох. – Он снова вздохнул. – Хочу поскорее убраться из этого города. Я думал, сегодня повезет, но, говорят, паром не поплывет обратно в Джуно. В обозримом будущем мне придется торчать здесь. Меня это совсем не радует.

– Погода снова изменится. Если не сегодня, то через неделю или две, – предположила я.

– Я хочу вернуться домой. – Витнер уставился на меня, будто пытаясь вспомнить, как мы познакомились. Через несколько секунд он, видимо, решил, что оно того не стоит, и вернулся к своему кофе.

– Где ваш дом? – Мил наклонилась вперед и заговорила через меня.

Он глотнул из кружки.

– В Сиэтле.

– Красивый город, – сказала Мил. – Семья есть?

– Нет. – Он грустно улыбнулся. – Никого, кто бы хотел иметь ко мне какое-то отношение.

– Жалко, – сказала Мил.

Он покачал головой.

– Я странно выразился. Извините. Кажется, я начинаю сходить с ума от того, что не могу уехать. Не обращайте внимания.

Он показался мне довольно приятным. Я изо всех сил старалась найти повод невзлюбить его, понять причину плохого отношения Бенни, но он правда казался нормальным. Да, не хотелось бы услышать от него наводящих вопросов о моей жизни, но в целом его было немного жаль. Перепись населения – хорошая вещь, даже если я не хочу в ней участвовать. Прижми он меня к стенке, я бы солгала: сказала бы, что работаю только в «Петиции». Я могла бы назвать ему свое настоящее имя, и, наверно, это не помогло бы Тревису Уокеру меня найти, но я бы предпочла этого не делать. В конце концов, я пыталась быть незаметной.

– Значит, работу вы закончили? – спросила я.

– Ну, я получил, что нужно было, а теперь, – он слегка сгорбился, – произошло убийство. Не город, а сумасшедший дом. Хочу убраться отсюда.

– По крайней мере, у нас есть кафе и бар, где можно пообщаться, – сказала я.

– От бара я тоже устал. Я правда не понимаю, как вы так живете.

– Потихоньку, день за днем.

– Потихоньку…

Разговор сходил на нет, но я завела его снова.

– Я тут кое-что слышала.

Мил прочистила горло, услышав мой тон, не предвещавший ничего доброго.

Он посмотрел на меня, нахмурившись.

– Что?

– Я слышала, что убитый разозлился, когда вы пришли к нему и стали задавать вопросы.

Витнер задумался, а потом рассмеялся.

– А, так вот кого убили? Нед, как там его. Ну конечно, теперь я узнал женщину, которая заходила вчера в бар с порезом и фингалом.

– Нед Уизерс.

– Точно. Тот еще придурок. Да, ему не понравилось, что я начал задавать вопросы. До него не дошло, что такое перепись населения. Я-то тут причем? – Витнер указал на что-то в меню, Нэнси внимательно посмотрела, кивнула и повернулась, чтобы передать заказ.

– Переписчики разве не объясняют? – спросила Мил. – В смысле, когда представляются?

– Объясняют, – сказал Витнер. – Я не виноват, что некоторые и не понимают.

Мил согласно кивнула.

– Мир полон дураков. – Она слегка отстранилась, давая мне знак продолжать.

– А вы просто пытаетесь делать свою работу.

– Вот именно.

– И он стал наезжать?

– Да. Его жена пыталась разрядить обстановку. Мне стало ее жаль. Я сразу заподозрил, что они кого-то прячут. Я надеюсь на честные ответы, но не обыскивать же мне территорию. Он был какой-то мутный… Честно говоря, я просто хотел сделать свою работу и убраться, однако он решил, будто я что-то разнюхиваю, а потом повел себя так подозрительно, что я подумал, не удерживают ли кого-нибудь против воли. Я подошел к сараю на заднем дворе, и внутри была женщина. Она заверила меня, что там по собственному желанию. Когда я уходил, Нед распсиховался. – Он покачал головой. – Может, стоило убедиться, что он никого не покалечит, но мне показалось, что у них такое каждый день. Может, если бы я сказал шефу полиции или еще кому, может…

– Может, что? – спросила я.

– С трудом верится, что мое присутствие в их доме как-то спровоцировало убийство, но настроение у Неда, безусловно, испортилось. Если он побил жену из-за… этого, то, может, он и заслужил смерти.

– Выпьем же за это! – Мил подняла бокал с водой.

Нэнси поставила перед Витнером тарелку с тостами, но он особого интереса к еде не проявил.

– Чтоб его. Это все звучит так, будто я причастен, – сказал он. – Но я не имею к убийству никакого отношения. Вы ведь понимаете?

Я аж подпрыгнула от его слов и от того, что он как-то очень внезапно влез в мое личное пространство.

Люди забавно ведут себя, когда случается убийство. В смысле не смешно, а странно. Я изучала это явление для своих книг. Они говорят и делают самые странные вещи, когда думают, что их могут каким-то образом обвинить в причастности, пусть даже минимальной.

Хорошие полицейские знают об этом и знают, как с этим работать. Мой дед называл это умением отделять зерна от плевел. И владел этим умением феноменально – был одним из лучших. Я видела, как им пользуется и Грил, но не сомневалась, что он захочет поговорить с Дагом Витнером, если еще не сделал этого. Если тому есть что скрывать, он увидит всю правду.

Я вдруг засомневалась, что Витнеру позволили бы уехать, отправься паром сегодня обратно в Джуно. Или кому угодно из нас. И даже Люси и Клаудии.

Или Грил не подозревал их в убийстве Неда? А стоило. Это предположение снова заставило меня задуматься о том, что же он делал ночью. Витнер вырвал меня из мыслей.

Он многозначительно посмотрел на меня, придвинувшись еще ближе.