Наследство смертника - Михаил Март

Корина не обманула меня. Я был встречен, как саудовский шах-ин-шах. Наш отпуск продолжался. Мой отчет о поездке оставил Корину удовлетворенной. Никаких серьезных опасений со стороны полиции мы не видели. Началась зыбкая полоса спокойствия и тихих радостей.

Спустя неделю, как и обещал Чивер, в новостях сообщили о передаче дела Корины Монс в суд. Начался процесс. Ему мало уделяли времени в эфире, и я не сомневался, что он пройдет незамеченным. Администрация Баррета постарается не допустить шумной огласки своего позора.

Мы продолжали наслаждаться жизнью. Время летело незаметно, иногда мне казалось, что я влюблен. Корина умела радоваться, смеяться, любить. Если бы не наследство смертника, которое связывало нас, я поверил бы в ее искренность. Но каждый день, в одно и тоже время, она включала приемник и мы слушали сводку новостей. Однажды случилось то, что и должно было случиться: переданные по радио известия оборвали наш медовый месяц.

После обеда, как обычно, мы сели возле динамиков и вслушивались в монотонный дикторский голос. За сообщениями о том, что процесс над Кориной Монс подходит к концу, я собрался было выключить приемник, но секунду промешкал. Следующая информация повергла нас в оцепенение:

«Вчера, во второй половине дня, докеры очистной баржи выловили в районе Крылатого моста труп женщины. С первого взгляда стало ясно, что перед ними необычный утопленник. К ногам погибшей был привязан груз. Баржевики вызвали полицию. Капитан Рум коротко прокомментировал событие: „Три недели назад эта женщина исчезла и с тех пор находится в розыске. Я предполагал, что ее убили, так оно и оказалось. Утопленницу зовут Линда Бовер. Теперь мне удастся многое доказать некоторым маловерам в прокуратуре и департаменте. Полагаю, сегодняшнее сообщение повлияет на судебный процесс над Кориной Монс, но пока воздержусь от прогнозов“.

Затем заговорил доктор Хилрой:

«Вскрытие показало, что женщина умерла от сильного удара. Убийца переломал ей шейные позвонки, могу добавить, что у трупа переломаны локтевые суставы обеих рук…»

Мы готовили себя к любым неожиданностям, но только не к этому. Кому могло придти в голову, что баржевикам приспичит чистить дно канала!

– Мы возвращаемся! – коротко скомандовала Корина.

Она вновь стала такой, какой она была до отъезда из Фриско. Вряд ли мне теперь удастся увидеть ее другой. Я готов был плюнуть на деньги, на старуху и уехать с Кориной на край света, забыть обо всем, но ей нужны были только деньги.

В ту же ночь мы покинули Санта-Барбару, тот райский уголок, которого мне не забыть до самого последнего часа. Наш путь лежал на север.

Сан-Франциско встретил нас туманом и холодом. Мы вернулись в мою квартиру. Решение принимала моя сообщница, другими словами ее уже не назовешь. Мне было дано задание устроить вторую встречу с капитаном Румом и выяснить его планы. Не зная их, мы были как слепые котята. Правда, я не верил, что кто-то из нас способен повлиять на ход событий, но спорить с Кориной бессмысленно. Кроме холодного взгляда и резкого тона, я ничего не видел и не слышал. Вновь раздражительность и нетерпение.

Я использовал уже раз испытанный прием и поджидал Тима у входа в управление полиции. Сейчас самое удобное время – ленч. Рум питался в «Глории», небольшом кафе на Биг Хилл. Если мои расчеты правильны, то он должен появиться с минуты на минуту. Я не ошибся, капитан вышел из здания спустя десять минут, и сев в машину, поехал на восток. Я не стал его преследовать, а избрал другой путь.