Наследство смертника - Михаил Март

Рум сидел за столиком у окна и приканчивал яичницу, я заказал себе пиво и разыграл сцену случайной встречи. Устроившись рядом, я отпил глоток и, облокотившись на столик, начал к нему подбираться.

– Как не встречу тебя, Тим, ты мрачнее тучи.

– Ты прав. Башка пухнет от работы.

– Представляю. Знаю твое проворство и жажду истины. Ты оказался провидцем, я слышал по радио, что найден труп Линды.

– Никакой я не провидец. Обычно их находят. Но не в Линде сейчас дело. Я упустил сообщника. И все же, если только он в городе, я его накрою.

– Сообщника Линды?

– Да нет, того парня, который убил ее.

– Ты уверен, что был какой-то парень? Но чей же он сообщник?

Тим вытер губы салфеткой, закурил и, откинувшись на стуле, пустил кольцо густого дыма. Я пристально разглядывал его, когда он медленно произнес:

– У Линды был враг. Лота Вейт. Я хочу найти ее сообщника.

Я едва удержал бокал в руке.

– Лота Вейт?

– Та бабенка, которую мы арестовали, не имеет ничего общего с Кориной Монс.

Тим пристально посмотрел на меня.

– Я имею представление, как выглядит Корина, но она… но сейчас это не так важно. Лота продолжает утверждать, что она и есть Корина, С какой целью, не знаю. Впрочем, от этого ничего не меняется.

– Страсть, как интересно. Как же ты ее изобличил?

– Я сделал обыск в доме Линды и нашел любопытную вещицу. Редкость в наше время.

– Что же это за вещица?

Мне бы лучше помолчать, фальшивлю в каждом слове, жесте, звуке, а Рум не сводит с меня глаз.

– Семейный альбом. Я всегда утверждал, что стерильно чистого преступления не бывает. След всегда остается. Так вот, в этом запыленном фолианте обнаружились фотографии девчонки, которую мы арестовали, а под снимком – подпись: «Шарлота Вейт – племянница». Ничего не стоило копнуть в этом направлении. Выяснилось, что у Лоты были все основания ненавидеть свою тетушку. Та, хоть и не молода, но умудрилась увести у Лоты мужа. И что характерно, парень тоже в свое время исчез. Этим делом занималась полиция штата Мичиган. Они дали мне короткую справку. Лукас Вейт погиб. Его труп выловили в реке. Любопытное совпадение. А если к этому добавить, что Лота приехала в Калифорнию из Мичигана, можно сделать определенные выводы. – И что ты решил?

Впервые в жизни я убедился, что выражение «у него затряслись коленки» – не художественный образ, а вполне реальное физическое состояние. Счастье, что мы с Тимом сидели в кафе по разные стороны столика, а не в парке на скамейке.

– Ничего не решил. Меня это не касается. Никто не сомневался, что Лота причастна к убийству.

– Ты сообщил об этом в суд?

– Зачем? Какая разница, под каким именем эта девица пойдет на казнь? Мне важно найти парня, который убил Линду и доказать, что Джаспер жертва, а не соучастник. Ты тоже помалкивай.

– Боже упаси! Я нем, как рыба! – воскликнул я, и это была единственная фраза, прозвучавшая без фальши.

– Значит, Лота убила своего мужа, а затем прикончила Линду! Месть?

– Думаю, что она преследовала две цели: месть и деньги. У Линды на секретере лежал страховой полис на пятьдесят тысяч. В случае ее смерти страховку получает ближайший родственник. Мужа нет. Лота и ее сын – ближайшие родственники и единственные наследники. Из этого можно раздуть новое дело, но мне такая возня только повредит, поскольку Джаспер будет по-прежнему проходить по делу как сообщник. А мне нужен настоящий напарник Лоты. Парень, ради которого она идет на смерть.

– А ты уверен, что имя Лоты не всплывет на суде?

– Думаю, не успеет. Это зависит от активности «Феблесити».

– О чем ты?

– Страховая кампания, в которой застрахована Линда Бовер, начала свое расследование в этом направлении. Они не настолько примитивные простаки, чтобы с ходу выбрасывать пятьдесят кусков. Пока им не известно, что сидящая на скамье подсудимых Корина Монс и есть наследница. Во всяком случае, я им помогать не намерен, у них своих сыщиков хватает. Толковые ребята, пусть трудятся.

– О’кей! Вернемся на исходную позицию. Ты хочешь защитить Джаспера. Но он же не мог быть ее сообщником. Лота его пристрелила. Джаспер чист.

– Ты так ничего и не понял. Она убила насильника Джаспера… В этом суд не сомневается. Теперь найден труп Линды, которую убили в тот же день. Джаспер принимал Лоту в ее доме. Убийство спихнут на него. С обнаружением трупа Линды дело усложнилось, а не стало проще. Но я не сомневаюсь, что у Лоты был сообщник.

– Все-таки не сомневаешься…

– Линде свернули шею. Сделал это здоровяк, вроде тебя или меня, а не дохлая бабенка.

Мне показалось, что Тим сейчас встанет и нацепит на меня наручники. Мои нервы натянулись, как струны у плохого настройщика. Еще виток – и лопнут.

– Дался тебе этот сообщник!

– Ну, если я оставлю его в покое, получится неблаговидная картина. Раскинем карты, которые лежат на поверхности. Лота, ненавидящая свою тетку, жаждущая наследства, подбивает Джаспера Харриса на убийство Линды… Допустим. Нетрудно установить, что Харрис был ее любовником, И вот, сержант полиции, выполняя план сообщницы, душит Линду в постели. Дело сделано. Появляется Лота и убивает свидетеля. Можно и так представить себе трагедию, если смотреть на нее примитивно.

– Похоже на правду, – сказал я. Если бы Тим мог представить, как я жаждал, чтобы эту версию подхватили в суде!

– Нет. Не похоже. Напрашивается вопрос: кто отвез к каналу труп Линды и утопил его? Лота этого сделать не могла.

– Джаспер.

– А затем вернулся в квартиру Линды, разделся догола, замотался в простыню и читал вслух Цицерона, подставив грудь под пулю? Чепуха! Если бы Харрис взялся за мокрое дело, он обтяпал бы все на высшем уровне. Харрис профессионал. Он много лет проработал в отделе по расследованию убийств. Зачем ему понадобилось просить приятеля подбросить его к подружке? Зачем уговаривать Поллита заехать за ним в десять вечера? Кому нужен лишний свидетель? Харрис – жертва! В этом я убежден. Дело провернули дилетанты, Начнем с того, что они оставили машину возле дома. Мы знаем, что Линду убил мужчина, но не Джаспер. Значит, машина принадлежит ему. Он и отвез труп Линды к каналу и сбросил в воду. Похоже на правду, похоже и потому, что Лота не сбежала. Она ждала его возвращения. Полиция нагрянула раньше, и Лоте пришлось взвалить всю вину на себя. Я помню, когда мы приехали на Гордон-сквер, «шевроле» у крыльца не было. Теперь я знаю, куда подевалась машина.

Я немного успокоился. Тим – головастый парень, но все же ему не раскусить этот орешек. Главное, что он не намерен раскрывать имя Лоты. Остальное – не так важно. Его волнует престиж своей конторы, больше ничего. На остальное он готов закрыть глаза. Я не против, пусть защищает своих твердолобых болванов.