Цифровая пуля - Алексей Макеев

Дамочка, повинуясь моему приказу, будто бездушный оловянный солдатик, двинулась было в коридор, но я остановил ее.

— Начни с выключателя в кухне. А потом в обратном порядке, как мы сюда вошли, двигайся назад к входной двери, протирая все ручки и выключатели.

Обогнув молодую женщину, я быстро прошел в комнату и осмотрелся. Компьютера нигде видно не было. Я приблизился к шкафу-купе и, стараясь не касаться его пальцами рук, где локтем, где ногой, а где плечом стал поочередно открывать створки шкафа и бегло осматривать его содержимое. Ноутбука не было. «Неужели убийца забрал его с собой? — мелькнула мысль. — Жаль! Возможно, именно в компьютере и крылась разгадка совершенного преступления».

Я вышел в прихожую, где возилась с тряпкой, протирая дверь, Катя, приблизился к стоявшему там шкафчику и на всякий случай открыл его, соблюдая те же меры предосторожности, что и во время осмотра шкафа-купе в комнате. В шкафчике висела верхняя одежда, а на полке для обуви стояла почти скрытая от глаз длинным свисавшим с вешалки плащом сумка для ноутбука. Она была такого же, как и плащ, черного цвета и не бросалась в глаза. Я отодвинул плащ, взял за ручки сумку и приподнял — сумка была тяжелой, в ней явно находился ноутбук. Скорее всего Вика брала куда-то с собой комп, а когда вернулась домой, разуваясь, автоматически поставила сумку на обувную полку и за ненадобностью не доставала ноутбук, а преступник его и не заметил, если компьютер, конечно, вообще требовался ему.

Я прошел в комнату, поставил сумку на стол, достал из нее компьютер и подключил. Вика жила одна, прятать ей дома данные из компьютера не от кого, потому, видимо, вход в компьютер не был защищен паролем. Вытащил из своей сумки внешний жесткий диск, который в последнее время носил с собой, авось пригодится в расследовании дела об убийстве фотографа, подсоединил к ноутбуку и перекачал все имеющиеся в компьютере файлы на свой внешний носитель информации. Качать пришлось несколько минут. К тому времени, когда я отсоединил жесткий диск он ноутбука, Аверьянова уже закончила порученную мною ей работу и стояла посреди комнаты, не зная, что делать дальше. Я забрал у нее тряпку, протер ею компьютер, а затем подтолкнул молодую женщину к выходу.

— Держать себя в руках, не плакать, чтобы окружающие не догадались, в каком состоянии ты находишься, — проинструктировал я Катю, открывая дверь, и вытолкнул Аверьянову в коридор. Затем вышел сам, протер ручку с наружной стороны двери и прикрыл ее.

Пока мы с Катей шли к лифту, продолжал ее инструктировать:

— Покидать дом будем порознь. Ты сейчас спустишься в лифте, выйдешь из подъезда и пойдешь направо до центральной дороги. Там будешь меня ждать. Я выйду вторым и двинусь влево к своей машине. Если все будет благополучно, то я выеду на центральную дорогу и заберу тебя. Если меня долго не будет, поезжай домой. Поняла?

— Да, — еле слышно ответила Аверьянова.

— Вот и хорошо, — похвалил я молодую женщину, останавливаясь у лифта и нажимая кнопку вызова. — И запомни, Кэти, — назвал я ласково спутницу, — что бы ни случилось, ты со мною этим вечером не виделась. Мы с тобой в квартиру Вики не заходили и никакой труп не обнаруживали. Ясно?

Молодая женщина в ответ лишь автоматически кивала.

В этот момент раскрылись дверцы лифта, я подтолкнул Аверьянову в кабину и легонько похлопал ее по плечу, как обычно хлопает тренер выпускника ДЮСШа, отправляя его в самостоятельную спортивную жизнь. Створки лифта закрылись, кабина поехала вниз, а я на всякий случай, протерев посудным полотенцем и кнопку лифта, стал спускаться с двенадцатого этажа по лестнице, чтобы потянуть время и дать возможность Кате уйти от подъезда подальше.

«Зря я, конечно, эту девицу потащил с собой, надо было ехать одному, — думал я, прыгая по ступенькам. — Если что случится, эта Кэти, как говорил Косой из «Джентльменов удачи», «эта редиска расколется при первом же шухере». Ну, да ладно, будем надеяться, что все обойдется».

Сунул полотенце в сумку, зашагал медленнее, а то запыхавшийся человек сразу бросается в глаза. Уже степенным шагом вышел на площадку первого этажа, затем пересек подъезд и открыл дверь.

На улице было темно, ярко светились окна расположенных по периметру площадки домов, тускло горели мачты освещения, на детской площадке сидела стайка подростков. Аверьяновой нигде видно не было. Я вышел из подъезда, повернул налево и зашагал к углу дома, рассчитывая тем же путем, что и пришел сюда, уйти обратно к машине. Напрасно я думал, что все обойдется — не обошлось. Из темноты соседнего подъезда вышли двое и двинулись к дороге, шедшей вдоль дома. Пока они шли, успел их разглядеть в свете фонарей. Один был пухлым красномордым мужчиной лет тридцати пяти, с двойным подбородком, с заплывшими глазами, крупным носом, жабьим ртом и торчащими в разные стороны волосами, одетый в темные брюки и голубую в мелкую полоску рубашку с галстуком. Другой — примерно одних лет с ним смуглый мужчина с внешностью итальянского гангстера тридцатых годов прошлого века. Холеный, с прилизанной прической, тоненькой полоской усиков и густыми бровями. Одет он был в летний светлый костюм и шляпу. Колоритные личности, ничего не скажешь. Ясное дело, труп в квартире на двенадцатом этаже — подстава.

И я, и парочка ускорили шаг, но я оказался ловчее и на долю секунды раньше колоритных личностей успел проскочить пересечение дорожки от подъезда и шедшей вдоль дома дороги.

— Извините, мужчина! На пару слов? — проговорил красномордый.

— Мама меня с детства учила не заговаривать с незнакомыми дядями! — бросил я через плечо и перешел на спортивную ходьбу.

— Да ладно, мужик, остановись! — развязно проговорил «гангстер» с какими-то блатными нотками в голосе. — Мы из полиции!

Я повернул голову влево, чтобы боковым зрением контролировать действия идущей скорым шагом следом за мной по пятам парочки, и сказал:

— Приходите завтра днем в форме и с удостоверениями личности, тогда и поговорим!

— Да остановись, мужик, тебе говорят! Мы что с тобою, шутки шутим? — нагоняя меня, зло сказал красномордый и протянул было руку, чтобы схватить за плечо.

Но я уже дошагал до конца дома, резко свернул влево и побежал в темноту, в пространство между торцами двух домов.

— Э-э-эй, ты что, мужик! — крикнул мужчина с внешностью гангстера тридцатых годов. — А ну, стой, кому говорят!

Конечно, я бы никогда не побежал от этих двух темных личностей, если бы у меня в сумке не лежал выносной диск с файлами из компьютера Вики и по глупости прихваченное мною у нее же в доме посудное полотенце. Если это действительно менты, то с такими уликами в сумке меня надолго засадят за решетку.

Честно говоря, не ожидал, что пухлый красномордый окажется столь проворным. Он неожиданно в два гигантских прыжка догнал меня, схватил за ремень сумки, висевшей на левом плече.

— Стоять! — потребовал он грозно.

Нет, сумка — дело святое, я никогда и никому не даю ее в руки. Я не стал вырывать сумку, а, резко остановившись, с разворота правым кулаком ударил в челюсть красномордого. Он не ожидал от меня такой эскапады, крякнул, однако ремень из рук не выпустил. Но и я не сдался, носком правой ноги въехал в промежность. На сей раз он взвыл и, выпустив мою сумку, схватился за отбитые причиндалы.