Оtцы и деtи - Наталья Андреева

«Остынь, мальчик, – с насмешкой посмотрела она на Аркадия, перехватив его взгляд. – Я здесь не для того».

Надо отдать должное мужчинам: они не сразу накинулись на лакомый кусок. То есть не терзали Нету вопросами: кто ты, звезда? Откуда? Как сюда попала? Надолго ли? Посматривали издали, словно боялись обжечься, даже Базаров примолк. Потом, когда они ехали домой, он с удивлением сказал Аркадию:

– Я даже не помню, во что она была одета.

– А это важно?

Но это было потом. Вопрос они задали Калязину, когда дамы дружно ушли попудрить носики.

– Кто такая эта Одинцова?

– Анна-то? О! Та еще штучка! Вы бы с ней поаккуратнее, ребятки, – по-отечески предупредил Матвей Ильич. – Одного мужика она уже угробила. Но на этом, видать, не остановится.

– Как так: угробила? – переглянулись Женька с Аркадием.

– Она ведь вдова!

– Такая молодая и вдова?! Сколько же ей лет?

– Двадцать девять. Ее папаша Сергей Локтев был известным аферистом, финансовые пирамиды создавал. Денег огребал немерено. Дочки ни в чем не знали отказа. Но, в конце концов, Локтева посадили. Из тюрьмы он не вышел, помер. Видать, много был должен. Анна с Катей только что не голодали после его смерти. Мать их тоже к тому времени умерла. Погибла в автокатастрофе. Но я думаю, что и ее тоже убрали. Такие деньжищи! Кто-то их, видать, пригрел, а девочек Локтевых кинули. Анна, у которой на руках осталась одиннадцатилетняя Катя, подалась было в модели, но ее не очень-то расхватали. К тому же девушка не привыкла работать. А там, чтобы пробиться, надо вкалывать. Ну и влиятельный покровитель необходим, – подмигнул Матвей Ильич. – И вдруг ей сделал предложение друг ее покойного отца, некий Одинцов. Бизнесмен средней руки. Он уже давно на Анну глаз положил, да Серегу Локтева побаивался. А тут представился удобный случай. Анна подумала-подумала да и согласилась. Она, конечно, мечтала олигарха отхватить, но, как говорится, на безрыбье… В общем, поженились они с Одинцовым. Ей был двадцать один год, ему сорок шесть.

– Ого!

– Но прожили они вместе недолго. Лет шесть. Дело было на заправке… – Тут Матвей Ильич увидел, что возвращаются дамы, и торопливо сказал: – Об этом много понаписано. Захотите – найдете. Не хочу при дочке. Ну что, банановый торт подавать? – плотоядно потер он руки. – Ох, и люблю же я сладенькое!

Аркадий, почувствовав, что захмелел от коньяка и близости такой красивой женщины, тоже пошел освежиться. Когда он вернулся, Базаров и Нета сидели рядом. Вид у них был такой серьезный, будто они обсуждали мировой кризис.

«Ну нет! Это не наперегонки плыть, тут уж я не уступлю!» – И Аркадий уселся по правую руку от Неты.

– Ты тоже собираешься стать хирургом? – метнула в него насмешливый взгляд красавица.

– Нет, он будущий педиатр, – ответил за Аркадия Базаров.

– Педи… как?

– Детский врач, – буркнул Аркадий, почувствовав, что на этот раз каток «Евгений Базаров» собирается замять в асфальт лучшего друга. Девушка того стоила.

– Дети – это хорошо, – улыбнулась Нета.

– Но ты, как я вижу, не спешишь? – подмигнул ей Женька.

– Мой ребенок – это Катя. Пока я не поставлю ее на ноги, рожать не собираюсь.

– А это как: поставить на ноги?

– Замуж выдать, – невозмутимо сказала Нета.

– За олигарха небось?

– А почему бы нет?

– Так ведь где их взять? – пожал плечами Базаров.

– Да, с этим проблема, – согласилась Нета. – Поэтому мы в свободном поиске.

– И ты? – в упор спросил Женька.

Нета в ответ рассмеялась. Смех у нее был чудесный, редкие женщины умеют так смеяться. Открыто, не стесняясь своих чувств, не прикрывая рта ладошкой, показывая все свои белоснежные зубы, в безупречности которых не сомневаются.

– Не скучно вам с сестрой здесь? – спросил Аркадий.

– Было скучно. А теперь нет.

– Почему?

Она посмотрела на него как на идиота и перевела взгляд на Женьку. Тот пожал плечами. «И когда он успел?! – потрясенно подумал Аркадий. – Они весь день сидели в разных углах! И разговор этот ни о чем! Должно быть, я что-то не увидел и не понял.

– Так когда вас ждать? – лениво спросила Нета. – Завтра?

– Я думаю, Аркадий не станет возражать, если мы променяем дом его отца на виллу Анны Сергеевны Одинцовой. У тебя ведь вилла, не меньше? – с усмешкой сказал Женька.

– Ну, вилла не вилла, ну да, просторно. Три полноценных этажа, домик для прислуги, еще какие-то постройки. А живем втроем: я, Катя и тетя Люся.

– Тетя?

– Старшая сестра моего отца. Но вы не беспокойтесь, она в домике для прислуги. Мешать нам не будет.

– Я записал твой телефон, – небрежно сказал Женька.

– Я помню. И даже уже позвонил.

– Разве?

Нета молча показала ему айфон.

– Значит, ты меня теперь не потеряешь, – сказал Базаров.

– Не беспокойся, – насмешливо посмотрела на него Нета. – Даже если ты завтра не появишься, я пойму, что ты держишь марку. Кидаться сломя голову на зов – это не твое. Но куда ты денешься, Женечка?

Она встала. Осанка у нее была королевская.

– Катя! – крикнула Нета. – Нам пора!

Сестра, как послушная девочка, тут же оставила подружек и стала собираться. Одинцова с сестрой уехали первыми. «Ауди-ТТ» отчалила еще до ужина. Веселье меж тем продолжилось. Но Аркадий с Женькой были как во сне.

– Все ж таки сошлись мы с тобой на узенькой дорожке, Базаров, – сказал Аркадий, перед тем как они разошлись по своим комнатам спать.

– Не надо, Аркаша, – тихо сказал Женька. – Неужели ты ничего не понял? На ней же крупными буквами написано: «Не влезай – убьет!»

– Тогда ты-то зачем полез?

– Меня позвали. Зов плоти, извини. Это ж такое тело! Сам все видел.

– Ее муж умер, забыл? Надо еще выяснить, при каких обстоятельствах.

– Вот и выясняй, – равнодушно сказал Женька. – Занимайся теорией, а я займусь практикой. Все, спокойной ночи.

И ушел к себе.

С Калязиными они простились тепло, и для парней это означало только одно: больше они здесь не появятся. Что это означало для Калязиных, было проблемой Калязиных. Леночка так просто сияла. Базаров посмотрел на нее с жалостью. Какая глупая девочка. Она так и не поняла, что именно вчера случилось. Парень, в которого она влюбилась по уши, стал рабом другой женщины.