Убийство в "Зеленой мельнице" - Керри Гринвуд

Австралия победит

У. У. Френсис (Скиппер)

«В память прошлых дней! Австралия победит»[25]

— Что ж, Дот, у тебя довольный вид!

— Я нашла его, мисс!

У Дот обнаружился талант, а также искренний интерес к прилежному изучению тихих-спокойных архивных документов, которые не рыдают, не сбегают и не таят опасностей.

— Я просмотрела все бумаги с декабря двадцатого до июля двадцать первого и наконец отыскала его.

Дот продемонстрировала свидетельство о смерти Уильяма Симмондса, причиной каковой была «остановка сердца вследствие десяти дней алкогольного слабоумия». Нерина, сама того не зная, была свободна от супружеских уз уже семь лет. Уильям скончался в благотворительном отделении Мельбурнской больницы. Он значился нищим, а в графе «Ближайшие родственники» стояло: «Неизвестны».

— Отличная работа, Дот! Это заверенная копия? Превосходно! Одну задачу мы решили. Звонил кто-нибудь?

— Только этот, мисс, который дышит. Я сказала ему, что вы вернетесь часам к шести.

— Эта игра в прятки уже порядком надоела. А ты просто неоценима, Дот, правда-правда. Так, теперь мне нужно позвонить в «Зеленую мельницу», а потом пойдем одеваться к обеду. Раз уж ты будешь обедать со мной, не хочешь ли надеть то платье с павлинами?

— О нет, мисс, это было бы слишком. Но нельзя ли мне одолжить то платье, которое вы называете «утренней зарей»? Мне так нравится его расцветка!

— Одолжить? Ты получишь его насовсем. Это золото с коричневым не очень-то идет мне, а к твоим глазам и волосам будет в самый раз. Что ж ты раньше не сказала? А сначала можешь принять ванну. Представляешь, эти негодяи из «Зеленой мельницы» хотят отказать в призе бедным плясунам.

Фрина прошествовала к телефону и после некоторой заминки добилась, чтобы к телефону позвали самого синьора Антонио. Возникла небольшая пауза — он не сразу понял, с кем говорит, а затем из трубки полились клятвенные заверения: мисс Фишер совершенно не о чем беспокоиться; конечно, обещанная награда будет выдана; разумеется, молодые люди выиграли. Задержка вызвана всего лишь слухами вокруг того неприятного происшествия, которым закончилось состязание. Синьор Антонио выражает признательность мисс Фишер за столь неоценимое покровительство. Может ли синьор Антонио и впредь надеяться на удовольствие лицезреть ее в своем заведении?

Фрина уверила синьора, что непременно снова посетит «Зеленую мельницу», которая и впрямь была лучшим танцевальным залом в Мельбурне, и повесила трубку. Хорошо. Будущее Перси и Вайолет решено. Фрина снова задумалась, что же это был за звук. Его слышали Айрис и Вайолет, значит, это не порожденная усталостью галлюцинация. «Пффт»?

Отбросив мысли о странном звуке, Фрина осталась сидеть у телефона, ожидая звонка Чарльза. Внезапно ей пришла в голову одна идея, и она позвонила детективу-инспектору Робинсону.

— Джек, это Фрина Фишер. Как поживаете?

— Отвратительно. Дело совершенно гиблое. Я нашел уйму причин, почему вашему кавалеру стоило убить Стивенса, но не могу найти его самого.

— Что касается этих причин, дорогой Джек, вы, наверное, имеете в виду фотографии усопшего и Чарльза в компрометирующих позах?

— Именно. Ничего чересчур непристойного, однако они действительно компрометирующие. У него под половицей нашлась целая пачка таких картинок.

— Ладно, я не прошу отдавать мне то, что может послужить уликой, Джек, но если среди них есть те, на которых не изображен Чарльз, но присутствует другой молодой человек в очень компрометирующей позе, я полагаю, такие вам не слишком нужны?

— Нет, не слишком. А что? Вы тоже шантажом промышляете?

— А Бернард промышлял?

— О да. Вежливый и изысканный, но шантаж есть шантаж. Гадкое дельце. Похоже, он из вашего Чарльза сотни две фунтов вытянул.

— Джек, Чарльз вовсе не мой. Я просто пытаюсь его отыскать. И как только найду, сдам вам.

— Хорошо, мисс Фишер, я дам распоряжение, чтобы констебль занес вам остальные карточки и негативы. Я верю, что вы распорядитесь ими как должно. Иначе мне придется передать их в Отдел нравов. Не хочется наказывать этих бедных педерастов, но закон велит нам так поступать. Только найдите мне Чарльза! — В голосе детектива-инспектора Робинсона звучала смертельная усталость. — Иначе начальство с меня шкуру спустит!

— Найду. Спасибо, Джек. Вы просто душка.

За годы службы Его Величеству королю Георгу на поприще Спокойствия и Порядка Джеку Робинсону довелось слышать много разных слов в свой адрес, но «душкой» его назвали впервые. Он растерянно заморгал.

— Не за что, мисс Фишер, и поторопитесь с этим Фриманом. Если он не объявится сам, мне уже завтра придется объявить его в розыск.

— Сделаю все, что в моих силах. До свидания, Джек.

Встревоженная Фрина осталась сидеть у аппарата. Вскоре телефон зазвонил.

Кто-то опять дышал в трубку.

— Чарльз, дорогой, если ты сегодня же не объявишься, завтра тебя будет искать вся австралийская полиция. И вот еще что. Расскажи мне о твоем брате Викторе.

— Вик умер, — отозвался заговоривший от удивления Чарльз. — Погиб на Великой войне.