Санкта-Психо - Юхан Теорин

– Ян! Ян! – кричат дети. Голоса веселые.

Яну очень нравятся детишки в «Полянке», и они тоже к нему привязались. Все замечательно.

Первая вечерняя смена начинается в час дня и заканчивается в десять вечера. Можно считать – генеральная репетиция перед ночным дежурством, когда он останется один стремя детьми, которые сейчас живут в «Полянке» постоянно: Лео, Матильда и Мира.

Когда Ян пришел, Андреас гулял с детьми во дворе. На улице шесть градусов, и Андреас повязал толстый шерстяной шарф.

– Привет, Ян!

Руки в карманах джинсов. Крепкий и надежный, как скала под осенним ветром.

– Все спокойно?

– Спокойней некуда. Гуляем, как видишь.

Они дают детям поиграть еще с четверть часа и уводят их в тепло – по распорядку дня время ланча. Ланч доставляют в коробках с больничной кухни в Санкта-Патриции.

Андреасу можно идти домой, но он не торопится. Наверное, по просьбе Марии-Луизы – присмотреть за новичком, как тот справляется.

Наконец Андреас прощается и уходит. Солнце уже начинает клониться к горизонту… дни с каждым днем короче и короче. Ян остается один. Теперь он, и только он, отвечает за «Полянку».

Все будет хорошо. Не в первый раз.

Он собирает детишек в комнате для игр:

– Чем бы нам заняться?

– Играть! – произносит Мира не допускающим возражений тоном.

– Во что?

– В зоопарк! – Девочка показывает в окно. – Как там.

Ян не сразу сообразил, что она показывает на заграждение больницы.

– Там не зоопарк.

– Ну да! Настоящий зоопарк, – по-прежнему уверенно говорит она. – Большой.

И Ян вдруг понимает, что дети никак не связывают свои посещения больницы с мрачным зданием за высоченной оградой.

И он не станет им это объяснять.

Самая главная обязанность в вечернюю смену – накормить детей ужином, проследить, чтобы они почистили зубы, и уложить спать. Ян сделал большие бутерброды с сыром для Матильды, Лео и Миры, достал из шкафа их пижамы и попросил переодеться. На улице темная безлунная ночь, хотя всего только полвосьмого. Дети устали, они без слов забираются в маленькие кроватки в спальне. Они ее называют подушечной. Ян читает им на ночь сказку про бегемота, который поменялся местами с папой и стал воспитывать маленькую девочку… Глаза у детей слипаются, он захлопывает книжку.

– Спокойной ночи… увидимся завтра.

Ян прикрывает за собой дверь, останавливается и прислушивается. Тихое хихиканье… может, сказать им еще раз – пора спать? Нет, все тихо.

Еще одна обязанность – проветрить школу. Плотно закрыть дверь в подушечную и настежь открыть окна. Ян полной грудью вдыхает свежий вечерний воздух.

Из темноты доносится музыка. Это не ритмичное буханье диско с чужого праздника. Нет, он слышит старую, спокойную, немного грустную шведскую песенку. Откуда? Ян подходит к окну с задней стороны школы. За невидимым проволочным ограждением видит блуждающую светящуюся точку. Кто-то слушает радио и курит на площадке для прогулок.

Наши больные вполне способны на контакт, сказал ему доктор Хёгсмед.

Интересно, кто там курит? Больной или сотрудник? В темноте не различишь.

Ян закрывает окна. Чем заняться? Он проходит в комнату для игр. Ящики с книгами… Жозефин достала «Зверомастера» из середины левого ящика. Он встает на колени.

«Зверомастер» обеспечил его работой. Сегодня с утра он закончил еще три рисунка. Когда все будет готово, положит обратно в ящик… Интересно, единственная ли это самодельная книга или есть и другие?

Он, не торопясь, вынимает по одной книге. «Пеппи Длинныйчулок», сказки братьев Гримм.

Вот… у самой стенки несколько тонких книжечек без имени автора: «Сто рук принцессы», «Ведьмина болезнь», «Вивека в каменном доме».

Он рассматривает книги. Точно такие же, как «Зверомастер», с нечеткими карандашными рисунками. Печальные сказки с одинокими героями. «Сто рук принцессы» – рассказ о принцессе Бланке. Ее замок утонул в болоте, но она спаслась – забралась в высокую башню и оттуда правит своим королевством. Единственное, чем она еще может управлять, – человеческие руки.

Главная героиня «Ведьминой болезни» – больная ведьма, она сидит в своей избушке и горюет, что разучилась колдовать.

«Вивека в каменном доме». Вивека, оказывается, старая женщина, она просыпается в огромном доме и сама не помнит, как туда попала.

Помедлив, Ян сует книги в свой рюкзак.

Через час появилась Мария-Луиза.

– Привет, Ян! – На ней шерстяная шапочка и шарф. Щеки горят. – Пришлось доставать зимние наряды. После захода солнца холодище – просто ужас!

Она прошла в комнату для сотрудников, без промедления достала из рюкзака вязанье и книжку под названием «Развивай свои творческие способности». Весело кивнула Яну и улыбнулась:

– Как ты понял, я тебя меняю. Можешь идти домой – и на боковую.

Покопавшись в рюкзаке, Мария-Луиза извлекает черный наглазник. Ян удивился:

– Ты собираешься спать?

– Еще как! – быстро отвечает она и опять улыбается. – Конечно! На ночном дежурстве можно спать. Только затычки в уши не вставлять, чтобы не проспать, если что…

Ян пытается сообразить, что значит это «если что», но она его опережает:

– Дети просыпаются иногда… страшный сон или что-то в этом роде. Приходится утешать. Вот и все. Но это бывает не часто.

– О’кей… а когда они просыпаются?

– Кто как. Есть настоящие сони… я встаю в полседьмого и бужу их в семь. Кормлю завтраком, и на этом ночной смене конец.

Ян прощается и уходит. Мария-Луиза мирно дирижирует спицами, дети спят. Санкта-Патриция похожа на гигантский темный ангар за бетонной стеной.

Он отводит взгляд от стены и останавливается как вкопанный – прямо перед ним стоит человек. Темная фигура, и плащ черный или очень темный. Стоит под дубом у сточной канавы и не шевелится. В слабом свете фонарей лицо его выглядит, как размытое светлое пятно. Как рисунок из «Зверомастера».

Они стоят не двигаясь и смотрят друг на друга – Ян и ночной прохожий. Наконец незнакомец поднимает руку, и Ян различает тонкую веревку.

Собачий поводок.