Перспектива смерти - Ярослав Питерский

Поляков понял, что просто так, нахрапом – эту женщину не возьмешь. Это, еще та – стреляная птичка и с ней надо осторожнее. А то замкнется, и тогда вообще никакой информации не вытащишь!

– Хорошо Людмила! Хорошо! Давайте поговорим более корректно! Значит, вы никакого Свирского – не знали, и видать не видали, и муж вам его фамилии не называл и не говорил про него? Так?

– Так.

– Жаль. Очень жаль. А помните, вы тогда говорили, при прошлой, нашей встречи, так вот вы говорили, что вам кто-то звонил и угрожал. Мол – вашего мужа, мол, посадят? Так ведь вы говорили?

– Нет, тот человек не угрожал, он просто спросил – твой не в ментовке, а потом сказал, чтобы я сушила сухари. Вот и все. Угрозы не было.

– И, что интонация у него была не угрожающая?

– Нет. Обычная. Я тогда даже удивилась.

Поляков задумался. Казалось, что Кубарова говорит искренне.

– А почему вы так интересуетесь этим как его Свирским? – спросила женщина.

– Да вот интересуюсь. Он, тоже теперь проходит, судя по всему, по делу об убийстве вашего мужа.

– Неужели? – в глазах Кубаровой мелькнул огонек любопытства.

– Да. Так просто, ради праздного интереса я бы интересоваться не стал.

– И в каком качестве, если не секрет?

– В качестве теперь уже вещ дока.

– Как это?

– Так. Просто. Он теперь не больше чем вещественное доказательство.

– Позвольте – как человек может быть вещественным доказательством?

– А он уже не человек. Он труп. Он просто большой замороженный кусок мяса в морге. Его убили вчера.

– Что? – Кубарова вздрогнула.

Поляков напрягся. Ему показалось, что эта новость может вывести ее из равновесия и женщина начнет откровенничать. Но он ошибся. Людмила лишь на мгновение показалась растерянной. Затем все та же маска равнодушия наползла на ее красивое лицо.

Она затянулась сигаретой и спросила:

– А почему вы считаете, если его убили этого человека, то он непосредственно связан с моим мужем? Вернее, с его смертью?

– Ну, во-первых, они были конкурентами. И могли пересекаться. И могли враждовать. И могли знать друг друга. А во-вторых, есть данные, которые позволяют нам сделать такие выводы.

– Какие, если не секрет.

– Нет. Секрет. На этот раз это информация сугубо закрытая. Для вас, по крайней мере. В дальнейшем я думаю – вы узнаете о ней. Но уже в качестве полноправного расследования уголовного дела об убийстве вашего мужа.

– Ой. Вы, кажется, начинаете меня пугать майор?

– Ни в коем случае.

– Но вы так говорите официально, что я пугаюсь!

– Не видно. Если бы вы пугались – то рассказали бы мне кое-что о Свирском. Но, я вижу, вы не хотите этого. А зря. Потом поздно будет.

Кубарова задумалась. Она, затушила в пепельнице сигарету. Внимательно посмотрев на Полякова, неожиданно спросила:

– А хотите выпить майор?

Поляков удивился резкой перемене настроения. Но поддаваться на провокацию Кубаровой он не хотел. Он не хотел, чтобы она сбила тем и тему разговора.

– Нет спасибо.

– А, зря. Я бы вас настоящим коньяком французским угостила. А почему майор вы решили. Что я, что-то знаю о Свирском?

– Хм, да это мои догадки. Но они имеют основания. И я думаю, не беспочвенны.

– Какие основания?

– Элементарные, Людмила. Элементарные. Я думаю, вернее, я уверен, что когда я начну опрашивать работников его фирмы то выясниться, что наверняка его видели в момент, когда поступали звонки на ваш номер домашнего телефона – с сотового Свирского. А это значит, что дома его не было. И разговаривать с ним, он не мог. Поэтому Свирский разговаривал с кем-то, кто в тот момент находился в вашей квартире. Это может быть только два человека, вы и ваша домработница. У вас есть домработница?

Кубарова немного растерялась. Но затем, вновь взяла себя в руки. Ухмыльнувшись, она равнодушно ответила:

– Есть. Ее зовут Клава. Клавдия милая девушка. Приходит два раза в неделю. Или три – убираться, ну им так заходит кое-какие поручения выполнить. Вы, что же ее подозреваете? – как ни в чем не бывало, спросила Людмила.

– Нет. Честно сказать – я подозреваю вас. Я думаю, это вы говорили по телефону со Свирским.

Людмила встала с дивана. Было видно, что она обдумывает, все то, что ей сказал Поляков. Ничего, не говоря, Кубарова подошла к бару и налив себе в бокал немного коньяка – выпила. Поляков внимательно смотрел за ее движениями. Он непроизвольно любовался ее идеальной фигурой. Обтягивающие джинсы подчеркивали красоту бедер и ягодиц. На плечах у Людмилы, был, накинут шерстяной платок. Женщина, укуталась в него и, повернувшись, грустно улыбнулась. Она посмотрела на Виктора.

– Вы я вижу настоящий сыщик господин майор.

– Хм, зовите меня просто Виктор.

– Нет. Мне нравиться звать больше вас по званию. Я вообще люблю такие обращения. Господин майор! По-моему, звучит очень почтенно. Отдает, каким-то благородством – не правда ли?

Виктор ухмыльнулся. Такие отвлечения в разговоре ему не нравились. Он чувствовал Кубарова, что-то хочет сказать, но не решается. Но как сделать так, чтобы ее расположить к себе он не знал. Поляков понял, что придется вызывать Людмилу к себе и беседовать уже в присутствии адвоката.

– Хорошо Людмила Ивановна. Я вижу – наш разговор ни к чему не приводит. У меня просто, нет времени – на светскую беседу. Поэтому, разрешите я пойду. Но сразу предупреждаю – сам придет повестка, и я вас хочу видеть у себя в кабинете, как можно быстрее. Поэтому свидетель со своим адвокатом и приходите. Можете даже без предварительного звонка, – Виктор встал с дивана и застегнул пиджак.

Кубарова молчала и кивала головой. Ему показалась, что она довольна – его уходом. Она больше не хотела с ним разговаривать. Но в следующую секунду он понял, что ошибся. Когда Виктор повернулся что бы уйти, за спиной он услышал слегка хрипловатый и тихий голос Людмилы:

– Погодите.

Поляков обернулся. Кубарова кивнула на диван:

– Не торопитесь. Я вам, все-таки, что-то расскажу. Думаю, вам это будет интересно.

Виктор сел. Людмила подошла и присела, напротив, в кресло. Она вновь налила себе коньяка в бокал и держала его в руке. Сделав маленький глоток – женщина загадочно посмотрела в окно, и словно собираясь силами – заговорила:

– Вы не ошиблись – со Свирским, разговаривала именно я. Причем говорила с ним несколько раз. Ваши данные правдивы. С Андреем я знакома уже давно. Он мой давний так сказать спутник по жизни. И вот так получилось, не куда я от него деться не могла. А теперь… говорите, он мертв? Это точно?