Коукс и Бакстер - Дэниел Коул

Эмили облегченно вздохнула, ее нервы были на пределе.

— Ложная тревога. Возвращайтесь на исходную.

По пути на командный пункт она получила сообщение одного из своих констеблей: в ночлежке для бездомных в Клэпхеме обнаружено взрывное устройство, напоминающее собой те, что использовались для атаки на Таймс-сквер. Хозяина сумки арестовали прошлой ночью.

Двое из четырех.

Когда Дамьен был всего в пяти шагах от сидевшей женщины, в ухе прозвучал искаженный помехами голос дежурной командного пункта.

— Агент Руш, сообщаю: по нашим сведениям, в ваш поезд на последней станции сел еще один подозреваемый. Подкрепление в пути.

— Пришлите подробности, — ответил он и, сделав последний рывок, наконец добрался до женщины.

Он стащил ее с сидения, ткнул лицом в пол и заломил за спину руки. Несколько ошарашенных пассажиров тут же попытались вмешаться.

— Стоять! Стоять! ЦРУ! — крикнул Руш, предъявляя удостоверение личности. — Вы арестованы! — сказал он извивавшейся под ним женщине.

Добрые самаритяне тут же сели на места, разделяя мнение других пассажиров, что от таких происшествий в переполненном вагоне лучше держаться подальше.

Когда поезд подъехал к станции «Оксфорд-Секес», Руш успел застегнуть на руке отбивающейся женщины наручник. Наблюдая одним глазом за пленницей, он стал вглядываться в толпу, пытаясь высмотреть подкрепление. Из вагона вышли несколько дюжин человек, но им на смену тут же вошли другие, окружив его со всех сторон.

Он застегнул второй наручник, бегло обыскал женщину и вытащил из-под нее полиэтиленовую хозяйственную сумку. Все так же прижимая рукой ее спину, Руш сунул внутрь руку и вытащил огромный, тускло блеснувший тесак мясника. Затем чуть было не положил его на пол, но вдруг понял, что среди взирающих на него перепуганных лиц много детей.

— Все в порядке! ЦРУ! — повторил он специально для тех, кто только что вошел.

После чего на мгновение задумался и обратился к мускулистому мужчине, который только что сел за ним.

— Можно вас на минуточку?

— Меня? — нерешительно спросил тот, почесал бороду с таким видом, будто никак не мог к ней привыкнуть, и встал.

Руш положил на пол табельное оружие, завернул тесак обратно в сумку, протянул ее парню и сказал:

— Держите, — сказал он.

Случайный помощник застыл в нерешительности.

— Ну что же вы, держите, только ни к чему внутри не прикасайтесь.

Бородач осторожно взял зеленую пластиковую сумку, сел на место и поставил ее себе на колени — в точности, как до этого женщина.

Когда двери опять закрылись, Руш увидел, что на платформу выбежали двое вооруженных бойцов — слишком поздно.

Поезд тронулся с места.

— Агент Руш! Агент Руш! — зазвучал в наушнике знакомый голос.

Громче, чем раньше… в панике.

— Женщина обезврежена. Приступаю к поиску…

— Агент Руш! В ваш поезд сели еще трое подозреваемых! Повторяю: в поезд сели еще трое подозреваемых.

— Принято, — медленно произнес Руш и поднял глаза на переполненный вагон, — срочно передайте старшему инспектору Бакстер: цель не станция, цель — состав.

Он почувствовал, что в кармане пиджака зажужжал телефон — это прислали данные на подозреваемых.

— Цель — состав, — повторил он и потянулся за пистолетом.

Незаметно для Руша на экране телефона появилось лицо гладко выбритого мускулистого мужчины.

Незаметно для Руша бородач поднялся с сиденья и встал над ним.

Незаметно для Руша он сжал в руках матово блеснувший тесак мясника и нанес могучий удар.

Глава 39

Вторник, 22 декабря 2015 года,

5 часов вечера

— Выводите людей! — орала Бакстер, перекрикивая автоматическое чрезвычайное сообщение для пассажиров.

Она немедленно отреагировала на сообщение Руша, но из-за напиравшей на лестницу толпы эвакуация намертво застопорилась. Оранжевый дисплей над их головами продолжал отсчитывать цифры: 17:00:34.

— Старший инспектор Бакстер, — настойчиво прозвучал в ухе голос, — я по-прежнему не могу связаться с агентом Рушем.

— Продолжайте вызывать! — ответила она и схватила за руку проходившего мимо сотрудника метро. — Нужно закрыть станцию! Людям нельзя сюда заходить!

Мужчина кивнул и убежал. У Бакстер вновь ожила рация.

— Что? — в отчаянии крикнула она.

— Прошу прощения. Соединяю вас с инспектором Льюисом из Центра обработки изображений.

— Сейчас?! — рявкнула Бакстер. На платформе как раз звучало сообщение о прибытии поезда.

— Пять минут назад мы засекли на записи одной из камер Лукаса Китона. Теперь пытаемся установить его текущее местонахождение.

— Хорошая новость… Где?

— Там… на станции… Совсем рядом с вами!

Бакстер встревоженно оглядела колышущуюся вокруг толпу и попыталась вспомнить фотографию, которую не так давно рассылала членам своей команды.

— Как он выглядит? — спросила она.

— Темная куртка, темный свитер.

Вокруг все были в темных куртках и темных свитерах.

Эмили нажала кнопку передачи, чтобы сообщить эту информацию подчиненным, но в этот момент в ухе резанул пронзительный вопль. Она инстинктивно выдернула наушник и увидела, что точно так же поступили и коллеги, обменявшись встревоженными взглядами, когда радиоволны донесли до них обрывки далеких, искаженных из-за помех криков, пробивавшихся хором голосов.

— Руш? — прошептала Эмили, но ей ответил лишь треск статического электричества. — Руш, вы меня слышите?

Вдали по рельсам загромыхал поезд.

Бакстер повернулась спиной к толпе и вгляделась в черный провал тоннеля. Из наушника леденящей кровь прелюдией неведомого ужаса по-прежнему доносились пугающие вопли.

Она медленно подошла к краю платформы. Тонкая паутина проводов над ее головой затрепетала в ожидании.

Из мрака долетел грохот, с каждой секундой становившийся все громче, от приближающегося чудовища под ногами задрожала земля. Теплый воздух, который оно волной гнало перед собой, был затхлым и отдавал железом, будто дыхание человека, харкающего кровью. Когда поезд ринулся к ним, тьму прорезали лучи двух ярких глаз.

Первое окно размазанным пятном пролетело мимо, скрыв то, что происходило внутри, за грязно-красной пеленой.

Толпу охватила паника, люди с громкими криками ринулись на улицу в отчаянной попытке спастись, но лишь заблокировали не только выход, но и переход на линию «Пикадилли». Перед глазами побежали кошмарные образы. По мере того как поезд замедлял ход, сцены внутри освещенных вагонов становились все продолжительнее: пассажиры давились у дверей, к стеклу прижимались тела, кто-то кричал о помощи, другие вздымали к небу окровавленные руки, взывая к богу, который за ними никогда не придет.

Бакстер вдруг заметила, что крохотный наушник в ее руке тревожно стих, и осторожно сунула его обратно в ухо в тот самый момент, когда прямо перед ней остановилась дверь.

За грязными окнами в разбитых пластмассовых коробах нервно мигали лампы. Эмили больше не слышала топота толпы за спиной, лишь череду