Дурная кровь - Роберт Гэлбрейт

– Думаешь, я испугался твоего паршивого агентства? Да из тебя сыщик, как из дерьма пуля!

Теперь почти все, находившиеся в пределах слышимости, повернули к ним головы. Оглянувшись, Робин увидела, что Оукден тоже вышел из-за стола: он остановился посреди бара как вкопанный, с явным намерением устроить сцену.

– Страйк, пожалуйста, давай уйдем.

У Робин возникло предчувствие беды. Оукден определенно намеревался вынести из этой встречи кое-что на продажу или по меньшей мере рассказец о том, как он оказался на высоте положения. Но Страйк уже повернулся к нему спиной.

– Ты, ё-моё, даже не знал, что твой отец устраивает тут рядом прием, – громко сказал Оукден, указывая в сторону «Спенсер-Хауса». – Не собираешься заглянуть и поблагодарить его за то, что он трахнул твою мать на куче кресел-мешков в присутствии полусотни ротозеев?

Робин увидела, как перед ней в замедленном движении разворачивается самое худшее: Страйк бросился на Оукдена. Она повисла на его руке, занесенной для удара, но было слишком поздно: локоть Страйка заехал ей в лоб, расколотив надвое маскировочные очки. Перед глазами Робин поплыли темные пятна, и последнее, что она запомнила, – это свое падение навзничь.

Ее неудачная попытка вмешаться дала мошеннику выигрыш в несколько секунд: он уклонился и вместо сильнейшего удара, который мог бы послать его в нокаут, получил только легкую скользящую оплеуху. А взъяренный Страйк, который вряд ли заметил, как некто удерживает его руку, осознал происшедшее, лишь когда увидел, что солидная публика повскакала с мест и смотрит куда-то ему за спину. Обернувшись, он увидел, что на полу лежит Робин и прижимает к лицу ладони, а из носа у нее струйкой течет кровь.

– Дьявольщина! – взревел Страйк.

Из-за стойки выбежал молодой бармен. Оукден верещал что-то про нападение. Все еще с небольшим головокружением, со слезами боли, хлынувшими из глаз, униженная до предела, Робин поднялась на ноги с помощью четы седовласых, богатых с виду американцев, которые суетились и требовали вызвать врача.

– Я совершенно нормально себя чувствую, – услышала она свой голос.

Вся сила удара Страйка пришлась ей между бровями, но она лишь тогда поняла, что у нее из носа течет кровь, когда красные брызги упали на белую крахмальную манишку доброго американца.

– Робин, черт… – бормотал Страйк.

– Сэр, мне придется…

– Да, мы уже совсем уходим, – до нелепости любезно объясняла она бармену, вытирая слезы и пытаясь остановить кровотечение из носа. – Мне просто надо… о, спасибо огромное, – сказала она американке, которая подала ей плащ.

– Вызовите полицию! – орал Оукден: благодаря вмешательству Робин он не получил ни единой царапины. – Кто-нибудь, вызовите полицию!

– Я не буду выдвигать обвинений, – говорила Робин, не обращаясь ни к кому в отдельности…

– Робин… мне так…

Вся в крови, Робин схватила Страйка за рукав и прошептала:

– Уходим немедленно.

Когда под взглядами всех посетителей они выходили из притихшего бара, Робин наступила на стекло своих очков.