Магнит для неприятностей - Марина Серова

— Нужно провести детальный анализ своих поступков, да и чужих тоже. Чтобы ошибки, если они были, не повторять больше никогда.

— Ты ведь обычно не допускаешь ошибок.

— В том-то и дело. Их не было и в тот раз, просто обстоятельства так сложились. Никто, ни я, ни полковник Петров не мог предусмотреть, что противников будет настолько больше, а я останусь совсем без связи. Никто не мог предположить, включая меня саму, что девушка решит закрыть меня от пули своим телом.

— Моя дорогая девочка! — всплеснула руками тетушка.

— Ирония в том, что я бы отделалась ранением, а девушка погибла. Ее звали Алина.

— Теперь понятно, почему думы невеселые все время в голову твою лезут.

— Это от безделья, — фыркнула я, — но все равно, нужно постараться взять себя в руки, разобрать ситуацию, разложить по полочкам, продумать и проиграть разные варианты развития событий. А потом все отпустить, потому что люди не способны изменить то, что уже произошло, остается только смириться. И я это обязательно сделаю. Так что все будет нормально, дорогая тетя Мила, не переживай.

— Работу тебе надо найти новую, и как можно скорее, — деловитым тоном в ответ выдала она.

После этих слов я в изумлении уставилась на родственницу, даже на несколько долгих секунд прекратила жевать. И дело не в том, что такой вывод не приходил мне самой в голову, как раз наоборот. Но от тети Милы я слышала подобное впервые в жизни.

Здесь стоит пояснить, что тетушка рьяно ненавидит мою работу, считает ее слишком опасной и недостойной девушки моих знаний, умений и интеллекта. И пусть действует она обычно из самых лучших побуждений, порою тетушке невдомек, что я-то свою работу искренне люблю и ни за что не променяю ни на какую другую.

— Ты совершенно права, теть Мила, — пробормотала я, отпивая кофе.

— Конечно, права, дорогая, у меня как-никак жизненный опыт.

В этот момент зазвонил мой сотовый телефон, на экране высветился незнакомый номер.

— Слушаю, — подняла я трубку.

— Добрый день, это Евгения Охотникова? Частный телохранитель? — неуверенно поинтересовалась незнакомка.

— Здравствуйте. Вы совершенно правы.

— Меня зовут Анна Степановна Зуева. Мы незнакомы, но я навела справки и несколько человек рекомендовали обратиться за помощью именно к вам. Если вы сейчас свободны, разумеется.

— Как раз сейчас свободна. А что у вас произошло?

— Кажется, меня хотят убить. Вернее, теперь я в этом совершенно уверена. Потому что таких совпадений просто не бывает.

— Говорите адрес, я немедленно подъеду, — чуть более резко, чем обычно, отреагировала я. Видимо, так на мне отразилась потеря подопечной, автоматически отметил мой мозг. Ибо полковник Петров, к примеру, относился к Алине как к объекту разработки. Я же после тесного взаимодействия с девушкой могла воспринимать ее только как подопечную. Потому так сильно и переживала впоследствии.

— Я живу за городом, — замялась собеседница, — и, наверное, будет удобнее, если мы встретимся где-нибудь в центре Тарасова для предварительной беседы. Может быть, вы знаете тихое и уютное заведение, где нам никто не помешает?

— Конечно, — легко согласилась я, — на Кирова есть много кафе и ресторанов, на любой вкус. Нам идеально подойдет детское кафе возле парка. Там в это время тихо и спокойно, а персонал всегда скромный и ненавязчивый, никто не станет нарушать уединения или пытаться подслушать наш разговор.

— Хорошо. Тогда встретимся там через два часа.

— Договорились, до встречи Анна Степановна.

Женщина закончила беседу более уверенным тоном. Казалось, теперь, после того, как встреча была назначена, она полностью успокоилась и поверила, что ей обязательно помогут.

Во время телефонного разговора тетя Мила не спускала с меня настороженного взгляда, пытаясь по моим репликам уловить смысл всей беседы.

— Просите, и дано вам будет, — усмехнулась я тетушке, — это звонила новая клиентка.

— Правда? А кто ее порекомендовал?

— Понятия не имею, но обязательно уточню во время первой встречи, это может быть важно.

— Но ты будешь охранять эту женщину?

— Судя по всему, она нуждается в помощи и защите. Так что да, скорее всего, буду.

— Вот и замечательно, — подытожила тетя Мила. А я ей согласно кивнула и отправилась в свою комнату собираться и готовиться к деловому свиданию.

* * *

Я любила это заведение по многим причинам. Здесь стояли уютные светлые диванчики вокруг столиков, а из окна открывался замечательный вид на консерваторию, одно из самых красивых зданий города, университет, парк и площадь с фонтаном. Вежливые, отзывчивые официанты предлагали вниманию посетителя пару десятков видов мороженого или вкуснейшие десерты с не менее вкусным чаем. И их никогда нельзя было упрекнуть в навязчивости. Они не намекали, что, взяв лишь только чашечку чая или кофе, невежливо сидеть слишком долго. Наоборот, сделав один раз заказ, там можно провести хоть весь день. И самое главное: это заведение можно посетить всего лишь пару раз, а потом не появляться хоть полгода, но по возвращении вас встретят как желанного гостя или доброго друга, что вернулся к знакомому порогу. Вам будут искренне радоваться, расспросят о делах, посетуют, что давно не виделись, и порадуют тем, что сегодня ваш любимый десерт очень свежий, буквально только что привезли.

Я добралась до заведения немного раньше, нашла удобную парковку для машины. Поднялась на второй этаж, сделала заказ и немного поболтала с приятельницей, которая стояла сегодня за кассой. Выбрала столик с хорошим обзором на улицу, опустила ложечку в емкость с мороженым и принялась терпеливо ждать.

Через некоторое время к тротуару подъехала серая «Хонда» с шашечками, открылась дверь, из машины вышла полноватая женщина среднего роста с растрепанной прической. Одета она была в тонкий лавандового цвета сарафан с бретельками, а плечи прикрывала широким батистовым палантином с вышивкой. Женщина повесила сумочку на руку, прикрыла дверцу машины и кивнула таксисту, что тот может трогаться. Тут и выяснилось, что, выбираясь, пассажирка оставила в салоне часть палантина, зажав его дверцей. Машина тронулась с места, палантин стал съезжать с плеч дамы. Она крепко ухватилась за ткань, еще ничего не понимая, но не собираясь сдавать позиций. Тонкая ткань, разумеется, разорвалась, женщина громко вскрикнула и сокрушенно покачала головой. Таксист остановился, заметив неладное, вышел из машины, открыл дверцу пассажирского сиденья, помог извлечь сильно пострадавшую ткань и быстро проговорил какую-то тираду, разведя руки в стороны. Женщина сокрушенно махнула ему рукой, мол, сама виновата, чего уж теперь, и двинулась по тротуару в сторону двери кафе. А я, хихикая над этой комичной сценой, уже догадалась, что это, вероятно, и есть моя будущая клиентка Анна Степановна Зуева.

Женщина что-то слишком долго не показывалась, и я уже начала нервничать. Ведь чтобы попасть в это кафе, нужно было войти в первую дверь, пройти мимо дверей, ведущих в подсобку и туалет, подняться по довольно крутой, выложенной кафельной плиткой лестнице на второй этаж и снова войти в пластиковую дверь со стеклянными филенками. То есть сейчас мне должно быть видно каждого, кто поднимется по лестнице и подойдет к двери. Анна не появлялась, и я уже подумала, что ошиблась. Что видела совершенно другую женщину, которая, двинувшись в сторону двери кафе, потом изменила направление и прошла мимо здания.