Zero. Миссия "К" - Юрий Горюнов

– Нужен не мазок, а талант, но может вы и правы. А вы что ищите? Или гуляете?

– Присматриваюсь. В некотором роде я ваш конкурент и коллега одновременно. У меня небольшой художественный салон, но не здесь, в другом районе, вот и хожу в поисках новинок.

– Раз покупаете, значит не конкурент. Доходы есть?

– Есть, но салон для души, а так у меня другой бизнес.

– Вам можно позавидовать.

В тот раз я ничего у него не купил, но мы стали общаться в дальнейшем. Он познакомил меня с другими владельцами магазинов. Иногда они звонили, и я приезжал посмотреть, что они предлагают. Они понимали, что у меня иные клиенты, чем у них здесь, а так я им помогал в реализации картин. Мои клиенты здесь не покупали, хотя полотна для них я мог купить где угодно. Поэтому такие отношения были выгодны всем.

– Какой источник! Так ручеек, – продолжал Николя на мое замечание.

– Ты жалуешься?

– Нет, конечно. Жажды не испытываю, – и он кивнул на свой стакан с вином, – есть еще на что купить. У меня новое полотно, – продолжил он, – вчера принесли. Что-тоесть интересное в нем. Знаешь, Жан, вот чем отличается хорошая работа, так это тем, что вроде бы ничего особенного, а взгляд притягивает. Вот так и она. Посмотришь?

– Посмотрю. Надо дать возможность не высохнуть роднику.

– Как бизнес? – поинтересовался Николя.

– Не жалуюсь.

– Ты никогда не жалуешься.

– А надо?

– Не стоит опускаться до подобного. Мужчина должен уметь держать удар.

– Пока не бьют. Но хочется чего-то более масштабного.

Николя ухмыльнулся: – Ты здесь ищешь масштабное? Разве только построить новый Париж.

– Париж оставим таким, каким он есть. Теперь так не строят.

– Я всю жизнь живу в Париже и не хочу иного.

– А еще где бывал?

– Один раз выехал к морю и быстро вернулся.

– Что так?

– Я чувствую себя хорошо только здесь.

– И больше никуда не ездил?

– Никуда. Видимо воздух вне Парижа, мне вреден. Меня сразу одолевает тоска, что сил нет сдерживать ее. А здесь я знаю все.

Я подозвал официанта и заказал еще два стакана вина. Николя принял это как должное. Да и почему не выпить за счет того, у кого денег больше. Отпив вина, он посоветовал:

– Для масштаба тебе надо ехать в Азию или Африку.

– Почему?

– Там есть, где развернуться, там еще шейхи, эмиры. Им много чего хочется.

– В твоих словах есть доля разума.

– В моем разуме много долей и каждая живет сама по себе.

– Уживаются?

– Как видишь, – хохотнул он, – ну, что? Пойдем смотреть?

Я оставил деньги на столе и кивком головы указал на них официанту. Магазин Николя был рядом. Мы зашли в магазин, который был чуть затемненным, но не мрачным. Я не раз говорил Николя, что надо больше света, но он лишь отмахивался.

– Тогда туристы увидят изъяны, – он достал картину. – Не выставлял, хотел тебе сначала показать.

Он был прав. С первого взгляда картина не представляла особого интереса, но чуть задержав на ней взгляд, начинаешь понимать, что в ней отсутствуют яркие краски, что и привлекало. Полутона. На картине была изображена заводь, когда солнце уже садилось и его последние лучи пробивались сквозь кроны, а внизу, у воды, уже сгущались семерки.

– Нравиться?

– Угу.

– Что мне твое угу. Его в карман не положишь. Значит, берешь, – заявил он утвердительно.

– Кто принес?

– Не знаю, откуда он, но говорил с акцентом, не француз. Думаю с Востока. Они сейчас многие стараются перебраться в Париж.

– В Париж все и всегда хотят, – подметил я.

Николя назвал цену и я согласился. Еще в начале нашего знакомства мы торговались, а потом привыкли друг к другу и торги прекратились. Каждый знал реальную цену в этом месте и в это время. Он называл цену, которую я мог заплатить.

Николя завернул картину в пергамент. Выходя из магазина, я направился вниз по улице Кальвадор, спускаясь к улице Габриэль, где оставил машину. Пока шел, ко мне пришла доля разума Николя.

Действительно в Азии и Африке можно было попробовать начать работать и в области дизайна, и в области искусства. Я поймал себя на мысли, что рассуждаю, как бизнесмен, в голове которого основная идея – прибыль. Да я им и был. Просто так ехать глупо. Надо искать местных, чтобы помогли. Ну да, можно подумать я в другие страны ездил, где было все готово? – спросил я себя, – известить надо начальство, куда поеду. Есть над чем подумать.

Воодушевленный новыми идеями я дошел до машины и поехал в салон, а там картинуотдал Элен:

– Повесь не далеко от входа.

Элен по образованию была искусствовед и знала в этой области больше моего, я же брал интуицией, но без нее мне было бы туго. Салон был метров двести, и, не смотря на его относительную величину, я не любил, чтобы картины висели близко одна от другой. Одна не должна отвлекать внимание от другой. На не больших тумбах стояли скульптуры, вазы. Я не зря изучал искусство Китая. Здесь я был выше, чем Элен.

– Как сегодня успехи?

– Заходил месье Трибо, спрашивал, есть ли что новое.

Трибо был сотрудником в МИДе. Я иногда продавал ему картины. Мог пригодиться. Среди моих клиентов было много нужных людей.

– Заходил араб, – продолжила Элен.

– Посмотреть?

– Я бы так не сказала.

– Состоятельный?

– Думаю да.

– Что хотел? Ты ему что-то всучила?

– Он посмотрел только. Мне показалось, что ему понравились некоторые, но хотел видеть владельца. Оставил телефон.

– Зачем я ему, не сказал?

– Нет.

– Не будем заставлять ждать клиента.

Я взял листок с номером телефона и прошел в кабинет Элен. На мой звонок ответил администратор гостиницы. Я, назвав себя, попросил к телефону Омара аль Балхи. Администратор попросил подождать и через некоторое время я услышал сносный французский.

– Месье Марше?

Я продолжал жить под этим именем, так как менять его не счел возможным после предыдущего задания. Да и в МИ-6 знали меня под этим именем, а новое, если они узнают, могло дать повод для подозрений. Мне было разрешено поддерживать с англичанами отношения по необходимости.

– Я был у вас в салоне, – продолжал незнакомец, – не могу сказать, что все понравилось, но пару картин я бы купил.

– Тогда почему не купили?

– Хотел поговорить с вами. Вы можете приехать сегодня ко мне в течение часа, а то я потом буду занят, – он назвал отель, где остановился.

– Могу через полчаса.

– Буду ждать.

Я повесил трубку и повернулся к Элен: – Поеду. Он хочет купить пару картин