Достаточно одной таблетки - Наталья Андреева

– Я сам целыми днями на работе, – буркнул Алексей. – И тоже устаю.

– Но ты-то не худеешь! Наоборот! Глянь, какое пузо отрастил! – Анечка шутливо похлопала его по животу.

– Но-но! Это в целях безопасности! А вдруг бандитская пуля?

– Хочешь сказать: в жире застрянет? А я ведь помню, какой ты был в девяносто восьмом, когда мы познакомились! Помнишь дело Серебрякова?

– Еще бы не помнить! Расследуя это убийство, я встретил Сашу.

– И даже меня подозревал, помнишь? А какой ты был? Худенький-прехуденький! За удочкой мог спрятаться, как в анекдоте про дистрофиков!

– Я тогда еще не был женат.

– Хочешь сказать: жена откормила? Сашка замечательно готовит, это правда! Тебя-то откормила, а сама...

– Я тебя тоже помню... В девяносто восьмом. Язвить ты не умела, хамить тоже. А меня, между прочим, называла по имени-отчеству: Алексей Алексеевич.

– А ты, никак, обиделся, Алексей Алексеевич?

– Кому приятно, когда указывают на недостатки? Да, я поправился! Я, между прочим, всю жизнь борюсь с собой! Периодически делаю гимнастику и бегаю по утрам.

– А потом, когда заканчивается этот период, ты не делаешь гимнастику и не бегаешь... Бери пример с Сергея, у него таких периодов вообще не бывает.

– Не сравнивай меня со своим мужем. У Сереги на роду написано: спецназ. А я не бегаю, я думаю. Я мозг.

– Хочешь сказать, что мой муж – дурак? – в свою очередь обиделась Анечка.

– Не дурак, но... – Алексей опасливо оглянулся.

– О чем секретничаете? – подсел к ним Серега, поймав его взгляд.

– Тебя обсуждаем, – буркнул он.

– Значит, я вовремя!

– Что, телевизор надоел?

– А... – махнул рукой Серега. – Там каждый год одно и то же и одни и те же. Может, пойдем, бабахнем? Фейерверк запустим!

– Рано еще.

– А потом кто его заметит? Все ж пойдут на улицу, бабахать!

– Все равно надо дождаться полуночи.

– Дети не хотят ложиться спать, – объявила Саша, появившись в дверях. – Требуют фейерверк. Что делать?

– Запускать! – рубанул рукой воздух Серега.

– Подождать, пока все пойдут запускать фейерверки, – посоветовал Леонидов. – Потому что дети все равно проснутся от этого грохота. В конце концов, новогодняя ночь бывает раз в году. Не трогайте их.

В ответ из соседней комнаты раздался визг. Две девочки, одна Леонидовых, другая Барышевых, чтото не поделили. Матери метнулись их разнимать.

– Ну, как дела, Леха! – хлопнул его по плечу Барышев.

– Нормально.

– А чего такой смурной?

– Жена болеет.

– Тогда лечи!

– Знать бы еще, что с ней...

– Да, старость... – могучая Серегина грудь обозначила вздох. Вырвавшийся при этом из похожих на кузнечные меха легких воздух мог бы раздуть угли в костре, погасшем дня три назад. Леонидов чуть не поперхнулся:

– Кто бы говорил...

– А помнишь, какой я был лет десять назад, когда мы только познакомились? – мечтательно сказал Серега. – Я в день пробегал по восемь километров. А сейчас некогда. Только на спортзал и хватает времени.

– Да что вас всех сегодня на ностальгию потянуло?!

– Так... Еще один год прошел! И какой тяжелый год... А, говорят, следующий будет еще хуже...

– Шел бы ты, Серега... Фейерверк запускать.

– Ты ж сам сказал: после полуночи. Давай лучше выпьем... Водочки.

– Водочки выпьем, – согласился Леонидов.

– Тебе когда на дежурство? – спросил Серега, разливая водку.

– Четвертого.

– А мне второго. Повезло!

– Повезло, что не первого?

– Ага... Ну, давай! С наступающим! – Они выпили. – Есть что интересное? – спросил Серега, жуя соленый огурец. – Или одна бытовуха?

– Она. Преступник пошел какой-то мелкий. Перестали убивать красиво. Ни одного стоящего маньяка за последний год!

– Радуйся.

– И все из-за денег. Все преступления – из-за денег.

– Время такое.

– Да. Время денег. Когда его полно, а денег нет. А они как раз и нужны, когда времени полно. Есть время, чтобы тратить деньги, а тратить нечего. Наступает конфликт. Между избытком свободного времени и недостатком наличности. И люди начинают тратить время на поиски денег. Растет преступность. Потому что разжиться деньгами быстрее всего криминальным способом, к примеру, ограбить банк. Или просто ограбить.

– На философию потянуло? Тебе, Леша, пить нельзя. Ты начинаешь грузить людей своими якобы умными мыслями.

– Я просто готовлюсь к дежурству.

– Думаешь, будет труп?

– Пари?

– Грешно на это пари заключать, – покачал головой Серега.

– Мы все равно ничего не изменим. Аннушка уже разлила масло.

– Чего-о?

– Булгакова ты не читал, понятно. А у меня жена – преподаватель русского языка и литературы. Вынужден поддерживать уровень начитанности, чтобы сохранить брак. А то она уйдет к какомунибудь критику или филологу. Знаешь главную причину разводов?

– Не сошлись характерами.

– Вот именно. «Мне с ним даже поговорить не о чем». О моей работе говорить противно, находим точки соприкосновения в области литературы. Я «Мастера и Маргариту» три раза читал, – похвастался Леонидов.

– А я кино смотрел... Помню, как чувак на рельсах поскользнулся и ему голову трамваем отрезало. А все из-за растяпы, которая масло разлила. А кого убьют?

– Того, у кого много денег.

– А кто?

– Тот, у кого их мало.

– Тогда работа у тебя будет плевая.

– И хорошо. Мне еще надо придумать, как жену лечить.

– Без пяти двенадцать, – напомнил Серега.

– А где шампанское? И где наши женщины? Барышев – бросок к холодильнику! Шампанское – на стол! Саша! Аня! Дети! Бенгальские огни! Все сюда!

– Главнокомандующий, – усмехнулся Серега, идя за шампанским. – Не гляди, что маленького роста...

– Уже?! – закричали появившиеся в дверях женщины. – Ксюша! Даша! Сережа! Все сюда! До Нового года пять минут!

– Тихо! Дайте послушать президента!

– Открываю!!! – взревел Серега, поднимая над головой бутылку шампанского.

– Бокалы! Бокалы давайте!

– Бенгальские огни где?!!

– Да тихо вы! Ничего же не слышно!

– Раз, два, три, четыре, пять...