Достаточно одной таблетки - Наталья Андреева

– Леша, я так больше не могу!

– Сашенька, что случилось? – спросил Алексей Леонидов у жены, не отрывая взгляда от экрана телевизора.

Он же никак не мог пропустить вечерний выпуск новостей! А вдруг революция? Новый виток кризиса? Банки лопнули, биржа легла, нефть раздают даром. А мы не готовы! Надо же куда-то бежать, что-то делать! В магазин, пива купить, да в киоск, за свежей газетой, узнать подробности! А то утром явишься на работу, как марсианин, все что-то бурно обсуждают, а ты ни словечка не можешь вставить! Жена, она сама скажет, в чем ее проблема, надо будет, посреди ночи растолкает и скажет, а о событиях в мире можно узнать только из вечернего выпуска новостей. Еще из газет и из Интернета, но газет Саша не покупает принципиально, а компьютер оккупировал сын.

– А ты не видишь? – со слезами в голосе спросила жена. – Я задыхаюсь, я... Я места себе не нахожу! Я не знаю, что со мной!

Ответ напрашивался сам собой.

– Иди к врачу, – сказал Леонидов и прибавил звук.

Болеешь? Иди к врачу! А муж – не доктор, он добытчик. Его святое дело сдать в семейный банк зарплату, чтобы хватило и на врачей в том числе.

– К врачу?! – возмутилась Александра. – Ты сказал: к врачу?! А у меня есть на это время?! У меня забот полон рот, дом на мне, двое детей, да еще работа! Ты только и знаешь, что на диване лежать! Так тоже больше нельзя! Ты посмотри на меня! Нет, ты посмотри! На меня посмотри, оторвись, наконец, от телевизора! Леша!!!

Леонидов перевел взгляд с симпатичной дикторши на жену. Тоже ничего. Вполне может работать на телевидении.

– Ты ничего не замечаешь? – спросила Александра.

– Волосы покрасила?

– Леша!

– Тебе идет.

– Я не красила волосы.

– Но что-то ты с собой сделала, определенно. И тебе это идет.

– Я же похудела!

– Молодец!

– Молодец?!

– Ты столько об этом мечтала. Помнишь, как жаловалась после родов на то, что растолстела? Только и разговоров было: ах, когда же я только похудею! И вот мечта сбылась!

– Да, сбылась! Но я никогда не думала, что это будет так!

– Как так?

– Я же не могу есть. У меня совсем нет аппетита, – пожаловалась Саша. – В горле ком стоит. Леша, мне дышать тяжело...

– Ты серьезно?

– Стала бы я с этим шутить! Я тяжело больна, Леша, – шепотом сказала жена. – Мне кажется, я умираю...

Тут и Леонидов испугался. Черт с ней, с революцией! С розовой, с голубой, хоть с какой! Революция далеко, а жена вот она, рядом! Что он будет делать без Саши? Саша – это его жизнь! А жизнь надо спасать!

– Но надо же что-то делать! – возмутился он. – Не сидеть же сложа руки!

– Что?

– К врачу идти!

– Леша, ты знаешь, какое сегодня число?

– Новый год скоро.

– Скоро! Завтра, Леша!

– Сегодня что, тридцать первое декабря?!

– Тридцатое, – грустно сказала Саша. – Сегодня тридцатое декабря.

– У меня дежурство четвертого... Значит, первого, второго и третьего я в твоем распоряжении. И машина, разумеется, тоже.

– Ты да, – горько сказала Саша. – Но больницы, Леша, закрыты.

– Как так закрыты? Совсем?

– Государственные учреждения в праздничные дни не работают. Все поликлиники, больницы. Они закрыты до десятого января.

– А если огнестрельное ранение? – прикинул Леонидов. – Или пожар? Я сам видел, в каком количестве покупают пиротехнику! Определенно будут жертвы.

– Есть приемный покой. Травмпункты.

– Значит, мы идем туда!

– И что мы там будем делать?

– Раз ты смертельно больна, они должны спасти тебе жизнь! Да я из них душу вытрясу! Я все-таки в милиции работаю!

– И ничего этим не добьешься, – грустно сказала Саша. – Пойми ты, мне нужен хороший врач. А не дежурный в приемном покое, который не в себе с похмелья и мечтает только о том, чтобы поскорее смениться и пойти домой, к семье, или к друзьям, к накрытому столу. Праздники, Леша. Мертвый сезон. Тут уж ничего не поделаешь.

– Почему же ты раньше не сказала, что больна?

– Потому что у меня работа. Конец четверти. Елки, наконец. Я же не могу бросить своих детей! Да и заменить меня некем. Сейчас у меня каникулы, и я могу поболеть. Только у всех остальных тоже каникулы.

– Мы что-нибудь придумаем.

– Что?

– Во-первых, нарядим елку. У тебя депрессия. А это прекрасно лечится шампанским. Надо накрыть праздничный стол, пригласить гостей, выпить, расслабиться, вкусно поесть...

– Но я не могу есть!

– Правильно! Ты же еще не пила шампанского! Кстати, ты Барышевым звонила? Как они? Придут?

– Придут.

– Вот и отлично! Давай сначала встретим Новый год, а потом будем думать о болезнях. И о том, как их побороть. Обещаю: сразу после праздников мы всерьез займемся твоим здоровьем.

– Ты мне обещаешь?

– Да. Клянусь.

– Если я переживу эти праздники... – тяжело вздохнула Саша.

– Куда ты денешься? Придет же такое в голову: умирать в Новый год!

...Праздник не получился. Хотя Саша держалась изо всех сил, развлекала гостей как могла, смеялась шуткам и даже пыталась есть. Но Алексей теперь и сам видел, что жене кусок в горло не идет. Даже деликатесы. А он столько всего накупил! Хорошо, Серега в гости пришел, уминает за обе щеки! И как грустно смотрит на него Саша. Барышев – само здоровье. Двухметровый гигант, гора мышц, взгляд как у орла, зубы белой акулы, а могучий желудок жареные гвозди переварит. Леонидов, который сам был невысокого роста и совсем не атлетического телосложения, Сереге всегда завидовал. Выдает же природа такие шедевры! Чтобы вылепить такого вот Серегу Барышева, скольких людей она обделила! Алексея Леонидова, например...

– Что с женой? – спросила его Анечка Барышева, улучив минутку, когда Саша ушла к детям, а муж увлекся юмористическим шоу.

– Сам не знаю.

– На нее же смотреть больно! Кожа да кости! Все женщины мечтают похудеть, но чтоб так... У нее нездоровый вид и худоба какая-то болезненная. Лицо землистое, под глазами круги. Я, конечно, не врач, но и я вижу: что-то с ней происходит. Может, она так на работе устала?