Смерть по фэн-шуй - Ирина Комарова

Под звон браслета Татьяна Викторовна открыла боковой кармашек сумочки, достала визитную карточку и положила на стол.

– Вот. И еще календарь наш, фирменный. – Рядом с визиткой лег прямоугольник рекламного календарика.

Александр Сергеевич бросил косой взгляд на пеструю картинку и взял в руки визитку.

– Дела в магазине идут неплохо, – продолжила Кулиничева. – Людное место, удобный график работы, качественные товары. Вы мне можете поверить, я очень хорошо в этом разбираюсь.

– Верим. – Баринов продолжал вертеть в руках визитку. – Ваш магазин процветает.

– Да, процветает. Сама я за прилавком, разумеется, давно не стою, у меня работают две продавщицы. Посменно: два дня, через два дня, шесть дней в неделю. В воскресенье – выходной. Нагрузка небольшая, поверьте, когда я сама начинала… впрочем, это не имеет отношения к делу. – Она снова повернулась к Гошке (серьги звякнули), и глаза ее затуманились печалью. Ну просто сиротка горькая, которой требуется помощь и защита! Гошка, разумеется, расправил плечи и выразил молчаливую готовность – и помогать, и защищать!

Баринов постучал визиткой по столу, привлекая внимание Татьяны Викторовны:

– Вы говорили о продавщицах.

– Да-да. – Теперь грустноглазая сиротка смотрела на шефа. – Одна из них, Светлана, давно у меня работает, порядок знает, и претензий к ней нет никаких. А вот вторая…

Снова длинная театральная пауза. Похоже, эта клубная самодеятельность начала утомлять не только меня, но и шефа. Голос его стал заметно жестче.

– Ко второй, очевидно, есть претензии?

Кулиничева бросила на Гошку еще один нежный взгляд, сопровождаемый мелодичным позвякиванием сережек, и сосредоточила внимание на Баринове.

– Именно так. Долли – вообще-то она Даша, Дарья Лагутина, но ей больше нравится Долли – работает у меня всего второй месяц. С работой она справляется, даже слишком хорошо справляется. Но я подозреваю… нет, я уверена. Я уверена, что Долли подворовывает.

– Это только подозрения или есть какие-то конкретные улики? – Поняв, что Татьяна Викторовна наконец перешла к делу, шеф позволил себе проявить интерес.

– Ничего конкретного. Да и подозрения только потому появились, что она… Я ведь в торговле больше двадцати лет, вы понимаете? И за прилавком стояла, и товароведом была, и хозяйкой не первый год. Я всякого навидалась – опыт есть. И я уверена: Долли подворовывает. Я это чувствую. Поэтому мне и нужна скрытая камера – я хочу поймать ее с поличным. Это ведь возможно?

– Разумеется, это возможно. – Александр Сергеевич положил визитку на стол. – Но зачем? Разве вы не можете просто проверить кассу? Провести инвентаризацию?

Кулиничева мило улыбнулась и стрельнула глазами в сторону Гоши. Мелодичный звон ее сережек показался мне немного назойливым.

– Конечно, могу. Но я бы хотела именно поймать ее за руку. Чтобы никаких вопросов не осталось.

– Если инвентаризация выявит недостачу, какие могут быть вопросы?

– Все не так просто. – Татьяна Викторовна снова погрустнела. – Дело в том, что эта Долли… она ведь ко мне не с улицы пришла. Если бы так, я бы долго разбираться не стала – зачем мне эта головная боль? Выгнала бы, и все. Но Долли я приняла по просьбе мужа. У меня как раз продавщица в декрет ушла, вот он и попросил пристроить девочку. Я подумала: почему бы и нет? Все равно кого-то брать надо, а Долли – привлекательная, неглупая, стильная. Муж так и сказал: «В стильном салоне за прилавком должна стоять стильная барышня». А «Жизнь по фэн-шуй», поверьте, стильный салон, работать в нем – это почти удовольствие. И зарплата приличная. Кто же знал, что эта девица – тварь неблагодарная! Ее взяли в такое приличное место, а она – воровать!

Теперь серьги и брелоки браслета зазвенели в унисон. Мне даже показалось, что я улавливаю мелодию.

– А ваш супруг… он хорошо знаком с этой Долли? Почему он хотел, чтобы вы взяли ее на работу?

– Он не сам хотел. В смысле, Олега просил приятель – это его пассия, вы понимаете? Поэтому я и не могу вот так, прямо ее обвинить. Вы понимаете?

– Пока не совсем. Даже если девушка – подруга приятеля вашего мужа, для вас она просто наемный работник. Причем работник, которому вы перестали доверять. В конце концов, вы можете просто поговорить с этим приятелем. Как его зовут, кстати?

– Женя. Евгений Максимович Лихачев. Но я же говорю, все не так просто. Женя – не только приятель мужа, у них с Олегом совместный бизнес.

– Какой именно?

– Большая пиццерия – «Пицца Итальяно». Вы, наверное, знаете, это около вокзала.

Баринов слегка пожал плечами и вопросительно посмотрел на нас с Гошкой. Мы синхронно кивнули. А как же, знаем, и бывать там приходилось.

– Они владеют пиццерией на равных, – продолжила Татьяна Викторовна, – хотя Женя больше занимается административно-коммерческой частью, а Олег – производством. Наверное, это хорошо, потому что мой муж в финансовых вопросах далеко не гений… – Она на мгновение замолчала и нахмурилась, явно досадуя на себя. – Впрочем, это не имеет отношения к делу. Я просто хотела сказать, что, когда у предприятия два владельца, они не должны провоцировать друг друга на ссоры, вы понимаете?

– Абсолютно с вами согласен. – Шеф не то чтобы кивнул, а так, слегка наклонил голову, подтверждая свои слова. – Совладельцы бизнеса должны быть осторожны во взаимоотношениях.

Александр Сергеевич не стал уточнять, что агентство «Шиповник» имеет аж четырех совладельцев – весь наличный состав сотрудников. Даже я, хоть и работаю здесь меньше года, тоже партнер-совладелец. Самый младший, правда, с минимальной долей и исключительно совещательным голосом. Но у меня есть перспектива роста и пример перед глазами – Гоша с Ниночкой. Они, соответственно, равноправные партнеры, уже с правом голоса. Сам же Сан Сергеич первый среди равных, и его голос всегда решающий. Но, признаться честно, я не замечаю у нас особой осторожности во взаимоотношениях. Тот же Гошка не далее чем на прошлой неделе… впрочем, я отвлекаюсь.

– Вот-вот, и я о том же! – Кулиничева обрадовалась сдержанной поддержке шефа. – Женя, конечно, человек разумный, но какому мужчине понравится, что его девушку называют воровкой? А если у меня в руках будет пленка, если я смогу показать ему, как Долли по витринам шарит, Женя меня еще поблагодарит. Я ведь полицию вызывать не собираюсь, мне в магазине скандалы не нужны.

– Теперь ваша идея мне понятна. – Баринов снова взял в руки визитку, постучал уголком по столу. – И сколько времени вы предполагаете таким образом наблюдать? Допустим, мы поставим камеру завтра утром, но ведь нет никакой уверенности, что завтра же и будет совершена кража. Может пройти неделя, две, месяц…

– Долго ждать не придется, – перебила его Татьяна Викторовна. – Я заказала партию совершенно уникальных амулетов – золото, платина, бриллианты, сапфиры, изумруды. Не простая ювелирка – эксклюзив. Сейчас все лежит у меня в сейфе, добраться невозможно. Но как только вы поставите камеру, я выложу амулеты в витрину. Долли не удержится. Один день, не больше, в крайнем случае два – и она что-нибудь да стащит.