Операция «Вариант» (Как закрывается «Ящик Пандоры») - Андрей Шестаков

— Шеф, вы не тянете на Копперфилда, поэтому заканчивайте этот свой дешевый балаган и откройте вашу страшную тайну.

— Ты не романтик, Джон, и я не понимаю, как тебя взяли в ЦРУ, — начал, было Эспозито, но взглянув на откровенно смеющегося агента, поднял палец вверх, и наклонившись в сторону собеседника тихо прошептал — У нас в КГБ есть «крот», который сделает все, чтобы наша операция удалась. И тогда, одновременно с раскодированием шифра твоего кейса… откроется «Ящик Пандоры».

Основные оперативные подразделения КГБ СССР на момент описываемых событий:

Первое главное управление (ПГУ) — внешняя разведка;

Второе главное управление (ВГУ) — внутренняя безопасность и контрразведка;

Третье главное управление (3 ГУ) — военная контрразведка;

Четвертое управление (4 Управление) — контрразведывательное обеспечение объектов транспорта и связи:

Пятое управление (5 Управление) — защита конституционного строя;

Шестое управление (6 Управление) — экономическая контрразведка;

Седьмое управление (7 Управление) — наружное наблюдение;

Оперативно-техническое управление (ОТУ).

Глава 1

13 декабря 1987 года (воскресенье) — 09.00. Москва, КГБ СССР

Начальник 6 управления КГБ СССР генерал-лейтенант Туманов вызвал руководящий состав подразделения экономической контрразведки, чтобы провести экстренное оперативное совещание. В связи с веяниями эпохи перестройки работа в выходные в госорганах не практиковалась, но генерал был человек старой закалки и считал, что офицер всегда должен быть готов к выполнению своего долга перед страной.

Туманов, дождался, когда большая стрелка его наручных часов достигла цифры 12, оглядел всех присутствующих, грузно поднялся из массивного кресла и начал степенно расхаживать по кабинету. Генерал, краем глаза заметил, что подчиненные прониклись значимостью совещания и для закрепления эффекта, начал с официоза:

— Политбюро ЦК КПСС и лично Председатель КГБ СССР поставили перед нашим Управлением архисложную и архиважную задачу, — Туманов, словно вспомнил, что он не на трибуне партсъезда, сменил торжественный тон на рабочий и продолжил. — Генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Сергеевич Горбачев провозгласил курс на новое политическое мышление. В мире все динамично меняется и новые миролюбивые инициативы Советского Союза, озвученные 8 декабря в Вашингтоне во время советско-американской встречи на высшем уровне, создают новые условия для обуздания гонки вооружений.

Еще совсем недавно мы находились в состоянии «холодной войны» с США. Это было крайне напряженное и опасное противостояние, от которого зависел мир во всем мире. Сейчас США — этот наш недавний враг № 1 постепенно превращается если не в друга, то в партнера по вопросам ядерного разоружения. Свидетельством этого служит, как раз Договор о ликвидации ракет средней и малой дальности.

Вам известно, что руководство США ввиду экономических трудностей не в состоянии обеспечить возрастающие финансовые претензии Пентагона. Как результат конгресс США с этого года начал сокращение расходов на военные нужды.

Кроме того, в Вашингтоне руководители внешнеполитических ведомств обеих стран выступили с заявлением, в котором была зафиксирована принципиальная договоренность о подготовке советско-американских исследований по контролю договора об ограничении подземных испытаний ядерного оружия.

Я позволю себе кратко остановиться на политических предпосылках проведения Советско-Американских испытаний (САИ), на основании справки составленной 1 отделом нашего управления для председателя КГБ СССР.

Генерал взял со стола документ и начал читать.

— На пути ограничения ядерных вооружений было несколько этапов. На первом этапе, в конце 40-х — начале 50-х годов, выдвигались предложения о запрещении разработки и применения такого оружия. Затем в 1958 году были временные моратории на ядерные испытания. В 1963 году был заключен многосторонний Договор о запрещении испытаний в трех средах: в воздухе, в космическом пространстве и под водой. Позже СССР и США подписали Соглашение и Договор об ограничении стратегических ядерных вооружений.

Наиболее существенный прогресс в этом вопросе произошел в 1974 и в 1976 годах, когда Советский Союз и США заключили так называемые "пороговые" договоры: Договор 1974 года об ограничении подземных испытаний ядерного оружия и Договор 1976 года о подземных ядерных взрывах в мирных целях.

Договор 1974 года установил, что, начиная с 31 марта 1976 года, все подземные испытания ядерного оружия должны проводиться только в пределах согласованных границ испытательных полигонов и иметь максимально разрешенный порог мощности в 150 килотонн. Соглашение фактически приостановило разработку сверхмощных ядерных боеприпасов.

В соответствии с протоколом к Договору 1974 года контроль за соблюдением порога осуществлялся исключительно национальными средствами, то есть на основании наблюдений из космоса и данных сейсмических измерений, точнее, телесейсмических, которыми располагала каждая из сторон. При этом в распоряжении США, помимо национальной сейсмической сети, фактически имеется обширная информация международной сети, созданной с их помощью. В распоряжении советской стороны имелись данные, полученные только внутри СССР. В силу особенностей сейсмического метода неопределенность в оценке энергии взрыва, особенно при первых применениях этого метода для взрывов на "некалиброванных" площадках достигала двукратных значений номинала.

Договор 1976 года содержит положения о процедурах, исключающих возможность использования мирных ядерных взрывов в целях, несовместимых с договором об ограничении подземных испытаний ядерного оружия мощностью 150 килотонн.

Оба договора не были ратифицированы, чему в немалой степени способствовала обстановка напряженности, соперничества и подозрительности.

Высказывались опасения в неэффективности средств контроля договоров. Также не состоялся предусмотренный по протоколу обмен данными об испытательных полигонах, который должен был способствовать обеспечению эффективности проверки. Вместе с тем стороны условились на взаимной основе соблюдать положения договора, и весь этот период воздерживались от его нарушения.

Улучшение советско-американских отношений, начавшееся с инициатив генерального секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачева, положило начало новому этапу диалога об ограничении ядерных испытаний. Несмотря на сохранившиеся серьезные различия в подходах к проблеме контроля, обе стороны признали, что целью их сотрудничества в данной области должно стать полное прекращение ядерных испытаний.

Первым этапом советско-американского диалога стали двусторонние полномасштабные переговоры по ограничению и прекращению ядерных испытаний, преследовавшие цель выработки и согласования улучшенных мер контроля за соблюдением положений Договора 1974 года об ограничении испытаний ядерного оружия и Договора 1976 года о подземных ядерных взрывах в мирных целях, что должно привести к ратификации указанных договоров. Однако, ситуация с "неполноценным" контролем за соблюдением обоих нератифицированных Договоров сохраняется свыше 10 лет.

В 1986 году президент Соединенных Штатов Америки Рональд Рейган категорически поставил вопрос об улучшении контроля за соблюдением порогового Договора, назвав в качестве эффективного средства такого контроля гидродинамический метод измерения мощности непосредственно на месте испытаний. Вскоре СССР и США приступили к консультациям по этому вопросу. Итогом консультаций стал переход к полномасштабным переговорам. При этом политики и дипломаты советской стороны стремятся к расширенной постановке задач переговоров: ограничение и, в конечном счете, поэтапное