Исполнитель желаний - Александр Скрягин

– Как только барбос такие бабаньки выиграл, – блеснув очками, прошипел Извольцев, – вы должны были от него не отходить и сразу объяснить, что никто такие деньги никогда не получает! За такие деньги жадным придуркам головенки откручивают! А если уж он десять тонн бабанек все-таки по ошибке получил, то потом-то с деньгами, как это он мог дальше, чем на пятнадцать метров от казино отойти? Что там вокруг кустов мало? Или вы общественности испугались? А?

Полубонцев, казалось, перестал дышать.

– Валерий Михайлович, – сиплым голосом начал он. – Как раз, когда этот барбос «зеро» взял и деньги получать пошел, во втором игровом зале непорядок образовался… Седельников перебрал и с крупье начал спорить, чтобы тот его фишки с черного на красное поле сдвинул. – от волнения Олег начал помогать себе жестами, хотя все и без них было понятно. – А ставки уже были закрыты…

– Ну, и что? – сквозь губу проронил Извольцев.

– Так, скандал мог быть, Валерий Михайлович! За столом серьезные люди сидели. Красков и сам Варыгин… Я, как шум услышал, сразу туда пошел, и все ребята там у стола собрались. Пока мы Седельникова успокаивали, этот шакал и слинял… Валерий Михайлович, мы же не могли не вмешаться!… – Полубонцев взмахнул рукой. – Там же заварушка чуть не началась! Как мы могли не вмешаться?… Наша репутация бы пострадала!

– Чего? – тихо, почти шепча, произнес Извольцев. Он, не вставая с кресла, придвинул к лицу подчиненного свою большую голову, словно она была укреплена не на обычной шее, а на раздвигающейся телескопической штанге.

– Репутация… – кашлянул бывший боксер.

– Репутация? – с нотками изумления в голосе повторил хозяин «Континетналя». – Где ты таких слов нахватался! Профессор прямо! – Извольцев изобразил голосом восхищение, но тут же сломал голос и зло зашипел: – О репутации он заботится! А то, что из казино десять тысяч уплыли, это для него – чепуха! Мелочь! Ерунда! Шелуха от семечек!

Он рассматривал начальника службы безопасности с таким удивлением, будто увидел оживший стул.

– Да, нет, Валерий Михайлович, я все понимаю… Ну, так получилось… – забормотал начальник службы безопасности. – Ну, кто ж знал, что пока мы с Седельниковым разбирались, этот барбос ускользнет…

Извольцев притянул назад к маленькому туловищу большую голову и откинулся на спинку кресла.

После минутного молчания он поставил локти на стол и тихо произнес:

– Деньги вернуть! Олег, ты понял меня? Деньги вернуть!

– Понял. – энергично кивнул Полубонцев. – Вернем! Не сомневайтесь, Валерий Михайлович!

Хозяин сощурился.

– Только чтоб тихо… – бесшумно опустил он ладонь на стол. – Никакой милиции! Поучить, конечно, барбоса надо!… Чтоб навсегда запомнил, что наши деньги – не для него… Только аккуратно. Нам лишних проблем не нужно!

– Да, не беспокойтесь, Валерий Михайлович, все сделаем! И деньги вернем! И щенку дворовому объясним, как в нашем казино себя вести…

Полубонцев переступил с ноги на ногу.

– Валерий Михайлович, только поселок – это же территория Пахома… – просительным тоном произнес он. – Вы не могли бы ему звоночек сделать, предупредить его, что мы там появимся… Ну, что бы Пахом чего зря не подумал.

Маленькие бровки Извольцева медленно полезли вверх.

– Как? – изумленно прошелестел он. – Что бы я еще у всякого уголовника разрешения спрашивал? Меня, дескать, тут один барбосик обул, разрешите, ваше благородие, мне его навестить? Можно, ваше превосходительство, мне с ним разобраться? Так, да? Ну, Олег, ты молодец! – протянул он. – Герой! Настоящая крутизна!

– Да, нет, Валерий Михайлович, вы меня не так поняли… – начал объяснять Полубонцев. – Я же о деле думаю!… Что бы из-за какого-то барбоса большой каши не заварилось… Я же что говорю? Я говорю: просто предупредить Пахома и все! Сказать ему, придет к вам мой человек, он по нашим делам, они к вам никакого отношения не имеют! Мы договор помним, мир соблюдаем! Я же о вас, Валерий Михайлович, беспокоюсь!

Извольцев даже засопел от сдерживаемой ярости:

– Олег! Ты обо мне не беспокойся! Ты о себе беспокойся! О себе! Ясно? Считай, что я твои слова не слышал! Мне! – он ткнул себе в лацкан пиджака большим пальцем. – У уголовника разрешения просить? Да, он в поселке только до весны! Весной я его выкину из Академического, как паршивого котенка! Вместе со всеми его корешами, кентами и шестерками! На просторы родной страны! Географию изучать!

Валерий Михайлович смотрел на Полубонцева так, словно пытался взглядом свалить его на ковер. И, казалось, продлись этот взгляд еще секунд десять, так и случится.

Но хозяин кабинета, видимо, решил пока пощадить своего сотрудника. Он нагнул большую голову и уставился в стол. Посидел так с минуту. Когда поднял лицо, его взгляд был уже спокойным и даже, немного сонным.

– Это у тебя уже третья ошибка, Олежек… – негромко и задумчиво протянул Извольцев.

– Да, Валерий Михайлович, что о тех делах вспоминать! – неохотно пробормотал Полубонцев.

– Я и не хочу вспоминать… – совсем тихо, угасающим голосом произнес хозяин кабинета. – Само вспоминается. Ну, ладно, действуй… Завтра деньги должны лежать на этом столе. – Извольцев показал пальцем на полированное дерево перед собой.

Подчиненные, друзья и соперники по бизнесу знали: хуже всего, когда Валерий Михайлович говорит негромко, так, что приходится напрягать слух. Это означало, что владелец «Континенталя» разъярен до последней степени. Конечно, знал об этом и начальник его службы безопасности Олег Полубонцев.

Когда дверь за ним закрылась, Извольцев дернул большой головой, снял очки и зло произнес:

– Ба-ба-ба! С кем приходиться работать!

Если бы он мог предвидеть, к каким последствиям приведет только что закончившийся разговор, Валерий Михайлович плюнул бы на эти десять тысяч долларов и никогда больше о них не вспоминал. В конце концов, и для казино и для него лично это была не такая уж значительная сумма.

Однако, Валерий Михайлович не обладал даром прозревать будущее. И он не остановил, не окликнул, не догнал осторожно закрывшего за собой дверь начальника службы безопасности казино «Континенталь» Олега Полубонцева.

Зря.