Готовьте ваши денежки - Марина Серова

– И снова не угадал, – повторила я тот же жест.

– Так чего, Жень? Зачем заставила тащиться меня в это кафе в самый центр города? – возмутился Дима.

Реальный повод для встречи с представителем правоохранительных органов у меня был. Я подалась вперед, посмотрела направо, налево, на Евдокимова и коротко произнесла:

– За мной следят.

Димка резко отпрянул.

– Кто?

– Не знаю, – пожала я плечами.

Приятель откинулся назад, почесал затылок.

– И давно?

– Начали сразу после моего приезда в Зеленоград. Эти люди не заходят в гостиницу, не сопровождают меня в кафе или магазин, но стоит мне только появиться на улице – тут же за моей спиной кто-то появляется… Я не могу вычислить – кто именно. Девушка или молодой человек, а может, мужчина – это всегда разные люди. Но они следят за мной! Дима, понимаешь, следят? – с чувством произнесла я.

– Женя, очевидно, ты кому-то перешла дорогу, – констатировал приятель.

– Кому?

– Возможно, это связано с твоими последними заказами?

Я припомнила рабочие будни нескольких прошедших месяцев – законопослушный бизнесмен, стареющий антиквар, несколько моделей. Не работа, а так – пустяки!

– Нет, – покачала я головой. – Точно нет.

– Старые счеты?

– Все, кто хотел свести со мной счеты, либо в тюрьме, либо уже давно организовали встречу тет-а-тет.

Димка побарабанил пальцами по столешнице и спросил:

– А до приезда в Зеленоград ты ничего такого не замечала?

– Нет.

– То есть в Тарасове все было нормально? Все началось, как только ты оказалась здесь?!

– Именно, буквально на следующий же день я заметила слежку. И с тех пор эти люди не оставляют меня в покое…

– А кто знал о твоем приезде?

– Да никто! Все так спонтанно произошло – я даже тебе позвонить не успела!

Я закурила вторую сигарету.

Димка морщился, разгонял дым у себя перед лицом и задавал один вопрос за другим.

– Они следят за тобой только на улице?

– Да…

– В помещении не появляются?

– Нет.

– И эти люди всегда разные?

– Именно!

– Они просто ходят за тобой по пятам? Никто ни разу не пытался к тебе подойти и заговорить?

– Нет!!!

– Фух, – выдохнул Дима, расстегнул верхние пуговицы рубашки и знаком подозвал к себе официанта: – Еще чашечку кофе!

Я во все глаза следила за манипуляциями приятеля.

– Жека, у тебя паранойя! – выдал он, как только перед ним появилась очередная порция эспрессо. – Тетя была права, говоря, что тебе нужно отдохнуть. Только бить тревогу надо было как минимум месяц назад.

– Димка, ты о чем? – не сразу поняла я.

– Ставлю вам диагноз, Евгения Максимовна, вы за-ра-бо-та-лись!

– ???

– Последний раз ты была здесь пять лет назад. Из знакомых, кроме меня, у тебя никого не осталось. Подумай сама – кому ты могла понадобиться? Кто бы стал за тобой следить, да еще на следующий же день после появления в городе? Для этого надо как минимум знать, что ты сюда приедешь. А ты сама мне призналась в том, что об этой экскурсии не знал никто!

– Дима, я все понимаю, – горячо зашептала я. – Но за мной следят. Уже который день. Вот и сегодня я специально не стала вызывать такси, пошла пешком, чтобы еще раз во всем убедиться… Чтобы проверить… И они снова следили… Кто-то шел за мной от гостиницы до самого кафе…

– Женя, – перебил меня Дима, – Женя, подумай сама – кому и зачем понадобилось за тобой следить в совершенно чужом городе?

– Ты думаешь, я все это придумала?

– Женечка, – Дима взял меня за руку, – я думаю, что ты просто устала и тебе действительно нужен отдых. Давай пойдем куда-нибудь вечером… Хочешь в кино?

– Ты же говорил, что занят, – напомнила я.

– Я отложу все дела! Все ради тебя, Жека! Скажи, где ты остановилась? Я заеду за тобой.

Я наблюдала, как Димка стискивает мою руку, как сюсюкает со мной, и понимала – моя затея искать помощи у Евдокимова с треском провалилась, и все мои усилия в чем-либо убедить приятеля будут сведены к нулю!

– Гостиница «Аврора», – промямлила я.

– Отлично! Я заеду за тобой! После семи! А сейчас мне пора… – засуетился Димка. – Меня ждут в Управлении.

Он быстро надел кожаную куртку и вжикнул молнией.

– Не грусти, Жека. Выкинь эту дурь из головы. Никто за тобой не следит, все о’кей! – Приятель наклонился и чмокнул меня в щеку. – Да, и бросай курить, Жека! – поморщился он, развернулся и размашисто зашагал к двери.

Я осталась за столиком одна. В пепельнице тлела недокуренная сигарета. Рядом – чашка остывшего кофе. А в голове – ворох мыслей…

Да, все, что сказал Евдокимов, каждое его слово, совершенно справедливо. Да, никто не знал, что я приеду в Зеленоград. Да, у меня, кроме Димки, здесь нет никаких знакомых. И да, ни у кого в принципе не могло быть повода, чтобы устраивать охоту на меня. И все же – ЗА МНОЙ СЛЕДЯТ!

Я заказала еще чашку кофе, закурила очередную сигарету и уставилась в окно. Мимо мирно тек людской поток. Закутанные в теплые пуховики, они натягивали шарфы, ворошили сапогами охапки неубранных листьев на асфальте и, не глядя друг на друга, спешили – каждый по своим делам. А я очень не хотела выходить на улицу! Ведь где-то там, за одним из углов Манежной, меня уже наверняка поджидали…

Я снова заказала кофе, машинально прикурила сигарету и еще долго сидела в кафе. Только когда на улице начали зажигать фонари, я спохватилась, что нужно идти – ведь Димка обещал заехать ко мне вечером!

Я быстро оделась, обмоталась шарфом и выбежала из кафе. Пронизывающий ветер, холод, колючая изморось и, конечно же, ни одного такси поблизости! Номера телефона, чтобы вызвать машину, я не знала. Можно было вернуться в кафе и спросить у кого-нибудь из официантов, но я не стала этого делать. Поплотнее затянула шарф и быстро зашагала вперед. «В одном Евдокимов точно прав, – думала я, – мне нужно отвлечься! Сегодня пойдем в кино, проведем вечер вместе, а потом – по старой дружбе, может, даже загляну к нему на чашечку кофе!»

Я так размечталась, что не заметила, как оказалась на автобусной остановке. Изморось перешла в самый настоящий дождь. На тротуаре в считаные минуты образовались лужи, и мои замшевые сапожки промокли. Зябко ежась и кляня все на свете, я забилась под навес. Рядом со мной тут же оказался дядька, такой же несчастный прохожий, застигнутый врасплох непогодой, – ни удобной обуви, ни зонта, с низко надвинутого капюшона стекает вода.