Томка и блудный сын - Роман Грачёв

– Придется менять колесо, – сказал он.

Зайка робко подполз ближе. Ему очень хотелось узнать, что же произошло с Самолетиком в небе. – Почему ты такой грустный? – спросил Зайка.

И Самолетик ему рассказал.

Он летел над далеким лугом. Он давно хотел к нему слетать, но все не хватало времени – ведь это был очень занятой Самолетик. Он летел и радовался жизни. У самой земли порхали разноцветные бабочки, которых можно было увидеть даже с большой высоты. Впереди за лугом тянулась голубая ленточка реки, на берегу коровы жевали сочную зеленую траву.

Вдруг совсем рядом Самолетик увидел летящую ворону.

– Привет! – каркнула ворона.

– Привет! – радостно сказал Самолетик. Он всегда радовался новым знакомым и с удовольствием готов был с ними поболтать, если позволяло время.

– Ты что тут делаешь? – спросила ворона. Кажется, она была чем-то недовольна.

– Я лечу к дальнему лугу.

– Ты уже долетел! Вот я и спрашиваю, что ты тут делаешь, на дальнем лугу?

Самолетик растерялся. Он не понимал, почему ворона сердится.

– Ты не можешь тут летать! – каркнула та. – Потому что небо – для нас. – Для кого – для вас?

– Для птиц!

Ворона летела теперь совсем близко, возле самого крыла.

– Небо – для птиц! Небо – для птиц! – кричала она. – А ты летать не должен, потому что ты не птица!

– Но, – расстроился Самолетик, – я же летаю! Разве ты не видишь?

Вот именно! Ты не птица, а летаешь! Ты тяжелый и железный, и на носу у тебя пропеллер, который жужжит как противная муха. Ты слишком шумный и от тебя много дыма! Улетай отсюда!

Самолетик уже чуть не плакал – так сильно он расстроился.

– Мне нравится летать! Почему я не могу делать то, что мне нравится!

– Если все будут делать то, что им нравится, начнется кошма-аррр!

Самолетик хотел еще что-то возразить, но ворона ему помешала.

– Кошма-аррр!!! Карррр!!! – кричала она. – Небо – для тех, кто рожден птицей!!! Улетай отсюда, улетай, улетай!!!!

Ворона подлетела поближе и клюнула его в крыло.

Самолетику не было больно, но от неожиданности он покачнулся и полетел вниз. Земля мчалась навстречу, ветер свистел, и Самолетик зажмурился, испугавшись, что упадет и расшибется.

«Почему я не могу летать?! – думал он про себя. – Даже если я железный и слишком шумный, что с того! Ведь я умею летать! Почему ворона может мне указывать, что мне делать? Ведь она всего лишь ворона».

Самолетик открыл глаза и зарычал пропеллером, пытаясь взмыть вверх. Но земля была уже слишком близко…

…Зайка слушал его историю, прижав уши.

– И ты упал? – спросил он.

– Да, – ответил Самолетик, – но упал не больно, только проехал пузом по траве и поцарапал крылья. Да вот и колесико поломал. Но все это не страшно.

– А что тогда страшно?

– То, что сказала ворона.

– Но ведь это неправда! – закричал Зайка, вставая на задние лапки. – Летать могут все!

– Даже зайцы? – рассмеялся Самолетик. Ему нравилось, что друг переживает за него. И еще ему было забавно видеть, как Зайка, маленький пушистый Зайка с длинными ушами, готов был броситься защищать друга. – Даже зайцы могут летать! – кричал он. – Ведь я же летал с тобой!

– Да, ты летал.

– И ворона сказала неправду! Небо – для всех.

И Зайка мечтательно уставился вверх, в голубые небеса. Он знал, что небо для всех, ведь он мечтал о нем всю жизнь.

– Да, небо бескрайнее, – согласился повеселевший Самолетик. – И оно – для всех. Пока, Зайка! Спасибо тебе!

И Самолетик покатился в гараж чинить порванное колесо. Он его обязательно починит и снова полетит к дальнему лугу.

Ему все равно, что думают вороны. Он будет летать. Потому что летать могут все».

…Томка спит, отвернувшись к стене. Моя правая рука, на которую она улеглась, страшно затекла. Я пытаюсь освободиться, но Томка тут же хватает меня своей маленькой клешней и бормочет сквозь сон: – Стой! Никуда не пойдешь… я буду Зайка, а ты – Самолетик… будем летать… хм…