Кругом одни соблазны - Марина Серова

Легко перекусив, я прикинула, каким временем располагаю. И оказалось, его в запасе достаточно. Макияж, прическа сделаны «профи», платье готово прильнуть к моему телу. Сейчас осталось лишь настроиться на волну детства и юности… Но сначала, что скажете, вы, мои «магические»?

Бросок. 16+26+5 — «Путешествие, следствием которого будут решительные перемены в жизни».

Ничего хорошего, да и плохого тоже. Короче, непонятно, но здорово.

«Ладно, поживем, увидим», — подумала я и взяла в руки школьный фотоальбом.

Просматривая фотографии одну за другой, почувствовала какое-то тревожное состояние. Вот весь наш класс — самый хороший по успеваемости и самый ужасный по дисциплине. Все счастливы и довольны. Какими вы стали сейчас, мне предстоит узнать через несколько часов.

Так, а этот портрет, перечеркнутый черным карандашом, давненько не попадался мне в руки. На нем я и моя первая неудачная любовь. Леша. Как безумно, по-детски я любила его и как переживала, когда в десятом классе он ушел к «новенькой» девочке — Наташе. Вот тогда и появился жирный крест на фото.

Я его не только на фотографии зачеркнула, но и из своей жизни напрочь вычеркнула. Порвав с ним, похоронила все наши общие мечты и вместо психологического факультета университета сдала вступительные экзамены в юридический институт.

В результате стала тем, кто сегодня есть — частным детективом, довольно известным, хорошо оплачиваемым. Так что худа без добра не бывает.

Как сложилась их любовь и жизнь дальше — не знаю. И вот теперь уже без флера романтики посмотрю на них трезвым взглядом взрослого человека… И себя покажу. Пусть знают, что вовсе я не пропала, а даже совсем наоборот. Взглянула на себя в зеркало — вид блестящий, но нужно переодеваться, скоро заедет Вадим.

Я успела набросить платье, вдеть в уши жемчуг в виде капелек. Трель звонка входной двери раздалась в тот момент, когда я уже подкрашивала губы. И одновременно прозвенел зуммер телефона. Я включила автоответчик и пошла к двери.

Увидев в глазок Вадима, распахнула дверь.

— Ты точен. Спасибо, что не отказал.

Мы перешли с ним на «ты» еще в салоне одежды.

— А ты — прекрасна, спасибо за просьбу. Так мы едем?

— Минуточку, Вадик, сейчас захвачу сумку и выйду.

За сумкой пришлось возвращаться в комнату, и я услышала конец речи все того же незнакомца:

«Запомни, мы на все пойдем».

Я перемотала и прослушала начало:

«Таня, не лезь в это дело, оно только нас касается. Он должен понести наказание, козел вонючий. И если ты сунешь свой нос, — уже звучала угроза, — запомни, мы на все пойдем».

Черт! Расслабиться не даст, паршивец. Привязался. Какое дело? Какой козел? Я иду развлекаться, так сказать, на встречу с детством…

Ресторан «Белый медведь» был мне знаком лишь понаслышке, а бывать там не приходилось. Зато Вадим, сидя за рулем, воспевал это заведение.

Мы свернули на тихую улочку и остановились напротив здания с красивой вывеской "Бар-ресторан «Белый медведь». Вадим обратился ко мне:

— Думаю, вы будете в банкетном зале. А я в баре время скоротаю.

— Спасибо, Вадим. — Он оказался не только отзывчивым, но и ненавязчивым. Неплохо. — Я осмотрюсь сначала, а потом сориентируемся. О'кей?

Мы поднялись по ступенькам деревянного крылечка и вошли в вестибюль ресторана. На первый взгляд неплохо: не роскошно, но уютно. К нам подошел молодой человек приятной внешности, одетый в яркую жилетку поверх белой рубашки и темные, хорошо отутюженные брюки.

— Здравствуйте! Меня зовут Арсений. Проходите, чувствуйте себя как дома. — Он улыбнулся, показав два ряда белоснежных зубов.

— Послушайте, Арсений, я сюда по приглашению моих друзей, где это будет? — Я протянула ему открытку. Он быстро взглянул на нее, но не на текст, а на адрес.

— Проходите тем более! Вы вместе? Я взглянула на Вадима и отрицательно покачала головой:

— Не совсем.

— Пойдемте, провожу вас в зал, там уже ждут. — Потом, повернувшись к Вадиму:

— А вы проходите в первый зал, я подойду к вам.

Я улыбнулась Вадиму, но приглашать его с собой, не разведав обстановку, не хотела — будет еще время.

— Ну, пока! — и шагнула за Арсением в дверь банкетного зала. Он был большой и очень красиво оформлен. Дизайнеры, надо сказать, потрудились неплохо.

Однако меня поразил не сам зал, а пустота, царившая в нем. Лишь у стены за одним из столиков, спиной к двери сидела женщина.

— Наталья Ивановна, госпожа пришла. Женщина вздрогнула, обернулась и поднялась мне навстречу.

— Слава богу! Танюша, здравствуй. Прости за такой розыгрыш, но мне так нужно было тебя увидеть!

Передо мной стояла все такая же красивая и стройная Наташка Семина, та самая, о которой я думала, собираясь сюда.

— Арсений, подавай на стол и не позволяй пока никому нас беспокоить.

Когда он исчез в дверях, она виновато пожала плечами:

— Извини за эту маленькую ложь о встрече, но я должна была тебя увидеть, мне нужна твоя помощь.

Во мне шевельнулось раздражение. Я тут из себя выпрыгиваю, на романтику настраиваюсь, а вместо этого про меня вспомнили, когда помощь понадобилась.

Первым моим желанием было повернуться и уйти куда-нибудь с Вадимом «добить» вечер. Потом появилось любопытство: что бы такое могло случиться, если человек, который стал моим врагом десять лет назад, молит о помощи. Похоже, здорово припекло.

Наверное, лицо мое было не настолько непроницаемым, как мне хотелось бы, и на нем отразились мои мысли, так как Наталья с мольбой посмотрела на меня:

— Я бы, наверное, не решилась. Понимаю, тебе не за что меня любить, но это не только моя просьба. Не уходи, пожалуйста. Выслушай…

Я подумала, что настроение мое уже все равно испорчено, я встретилась не с тем, кого хотелось бы видеть, и махнула рукой:

— Ладно! Но можно было и ничего не выдумывать. — Я уселась за столик напротив нее. Глядя на меня с благодарностью, она опустилась на свой стул.

С близкого расстояния я стала рассматривать ее.

Все те же синие глаза, обрамленные мохнатыми ресницами, и ни тени косметики на лице. Все такое же красивое лицо, но что-то в нем было не так. То ли усталость, то ли растерянность.

Именно это выражение лица и пробудило во мне желание выслушать ее. Я мельком взглянула на стол, оценив сервировку по достоинству и отметив, что накрыт он на две персоны, значит, больше никого не будет.

Рядом с Натальей стояла хрустальная пепельница, полная окурков со следами помады. Значит, совсем плохо.