Отель для интимных встреч - Марина Серова

— Кстати, твоего нового заказчика зовут… — выкрикнул Кирилл, но водитель повернул ключ зажигания, и машина сорвалась с места с таким ревом, что окончание этой фразы мне так и не удалось расслышать.

Потрясающе! Я оказалась в незнакомом городе, согласилась расследовать убийство, о котором ничего не знаю, и сейчас жду клиента, имя которого для меня пока тоже остается тайной.

Но даже не зная имени моего нового заказчика, я могла с уверенностью сказать, что он романтик. Подобный вывод я сделала из того, что местом нашей встречи была выбрана центральная площадь, возле обшарпанного памятника великому вождю. Вышагивая вокруг этого монументального шедевра, я обратила внимание на живописную группу людей, изображавших нечто вроде разборки крутых авторитетов. Два пузатых дяди стояли друг против друга и, судя по сосредоточенным лицам, обсуждали отнюдь не философские вопросы, а за спиной каждого из них торчала пара здоровенных верзил. Я бросила на них взгляд, потом другой, а на третий раз решила, что не стоит подвергать свою жизнь риску, мелькая перед этими громилами, и благодушно замерла в тени.

От нечего делать я достала из сумочки сигареты и, закурив, подумала о том, что в наши дни встречи возле памятника приобрели несколько искаженный и даже извращенный характер. Теперь у монументов встречаются отнюдь не влюбленные, а частные детективы и их клиенты, воры и скупщики краденого, наркоманы и поставщики травки. Здесь, конечно же, происходят и разборки братвы.

Можно было бы сказать, что и в трудные минуты своей жизни наши люди тяготеют к прекрасному, но едва ли это определение будет здесь уместно.

— Здравствуйте, — отвлек меня от размышлений о вечном чей-то голос.

Я обернулась и уперлась взглядом в красный галстук. Затем медленно подняла голову и, кажется, даже открыла рот, потому что предо мной стоял… Во-первых, высокий, во-вторых, блондин, в-третьих, с голубыми глазами, заглянув в которые, должно быть, можно было увидеть космос, но я ради собственного благополучия не стала этого делать.

— Здравствуйте, — я выдала свою самую обворожительную улыбку и попыталась представить, во что меня превратила эта нестерпимая жара.

Вообще-то в джинсовых шортах и коротеньком топике я выглядела чертовски соблазнительно, но, судя по каменному выражению лица блондина, сегодня был не мой день.

— Я — Разумовский Виктор Геннадьевич… — блондин сделал многозначительную паузу и внимательно на меня посмотрел.

Он явно предполагал, что его имя должно мне о чем-то сказать. Но даже если бы его звали Алексеем Христофоровичем Лопоушенко, я все равно была бы не прочь с ним познакомиться.

— А вы, если не ошибаюсь, Татьяна Александровна? — продолжал мой новый знакомый.

Больше всего на свете я терпеть не могу подобное начало разговора. Как правило, ничего хорошего оно для меня не предвещает. Так было и теперь. Я совсем забыла, что нахожусь здесь, так сказать, по долгу службы и этот красавчик-блондин — мой новый заказчик. А первое правило частного детектива Татьяны Александровны Ивановой гласит: «Ничего личного с клиентом». К вышесказанному оставалось только добавить «а жаль», что я и сделала мысленно.

— Да, я частный детектив, а вы, значит, тот самый приятель Кирилла?

— Именно, — подтвердил Виктор Геннадьевич. — Но я, честно говоря, даже предположить не мог, что Кирилл знаком с частным детективом, да еще и с такой красивой девушкой. Пройдемте к моей машине, — предложил он, покосившись на действо, разворачивающееся по ту сторону памятника.

Я тоже посмотрела туда и отметила, что столкновение местной братвы набирает обороты. Так что предложение Виктора Геннадьевича было вполне уместным.

— В конце концов, не будем же мы разговаривать посреди улицы, — поторопил меня он.

Увидев машину Виктора Геннадьевича Разумовского, я уже второй раз за нашу короткую встречу раскрыла рот — к тротуару был припаркован черный «Ягуар» с тонированными стеклами. Мое девичье сердце было покорено.

Виктор Геннадьевич распахнул дверцу, и я, не сдержав улыбки, скользнула в машину. В салоне оказалось свежо и прохладно, из чего можно было сделать вывод, что этот красавец снабжен прекрасной системой кондиционирования.

Кроме нас в машине на месте водителя сидел здоровенный парень, одетый под стать боссу. «Секьюрити», — кажется, так теперь называют таких мальчиков, и этот представитель человеческого рода вполне тянул на подобное звание.

В зеркало заднего вида я поймала его заинтересованный взгляд, после чего он встретился глазами с боссом и мгновенно поскучнел.

— Суть дела мне известна только в общих чертах, — решила я положить конец этой короткой заминке.

— Ну а о материальной стороне Кирилл вам рассказал?

Я кивнула.

— Отлично, тогда перейдем к основному, — Виктор Геннадьевич замолчал на минутку, собираясь с мыслями, после чего поднял голову и, уставившись в тонированное стекло, начал свой рассказ:

— Мою жену убили. В тот вечер в нашей квартире раздался странный телефонный звонок. Трубку взяла Юля. Она почти ничего не говорила, только слушала. Так что я не знаю, о чем шла речь и кто звонил. Но сразу же после этого звонка Юля собралась и ушла, сказав, что у одной из ее подруг неприятности и она должна помочь. Я никогда ни в чем не подозревал свою жену, но в тот раз понял, что она соврала, дело вовсе не в ее подруге. Но все же я не стал ее удерживать, не потребовал объяснений. Я позволил ей уйти… А уже на следующее утро мне позвонили из милиции и попросили приехать на опознание. Моя жена была задушена. В ходе следствия было установлено, что, выйдя из дома, Юля действительно пошла к своей подруге — Лере, но лишь затем, чтобы попросить у нее машину на один вечер, чтобы съездить на какую-то срочную встречу. С кем и где должна была состояться эта встреча, она не сказала и подруге. Так что о том, что происходило с Юлей после, никто ничего так и не смог узнать. У следствия была лишь догадка о том, что она поехала в гостиницу «Околица», так как машина, на которой она уехала, была найдена на гостиничной стоянке, а труп Юли обнаружили за городом — недалеко от дороги, в лесополосе. Эксперты установили, что ее привезли туда уже мертвой.

Виктор Геннадьевич закончил и продолжал смотреть в окно. Я тоже туда посмотрела, но ничего интересного не увидела и предпочла бросить косой взгляд в зеркало, чем немало порадовала здоровенного парня, сидящего за рулем, который все это время усиленно разглядывал мое отражение.

Молчание начинало затягиваться. Очевидно, Виктор Геннадьевич был натурой ранимой и теперь переживал утрату своей жены. Беспокоить человека в минуту его душевных терзаний, конечно же, нельзя, но и просто сидеть в машине, даже если это машина моей мечты, я не могла, потому решила заговорить.

— Скажите, а то, что ваша жена ушла из дома на ночь глядя, — это нормальное явление? Такое раньше случалось?

— Иногда она оставалась ночевать у одной из своих подруг, но это бывало не часто. Она вообще была домоседкой.