Поверишь этому - поверишь всему - Джеймс Хедли Чейз

Я понял все.

Он поднялся, пробормотал что-то вроде «до свидания», не протягивая мне руки, вышел из кабинета и прошествовал мимо Сью, даже не взглянув на нее. Я проводил его взглядом, пока он не скрылся за дверью, а потом позвал девушку.

– Кто этот надутый тип? – спросила он.

– Это Вернен Дайер. Теперь нам часто придется с ним встречаться.

Я вкратце изложил ей суть дела. Глаза Сью округлились.

– Двести тысяч в год?

– Да, так он сказал.

Я записал в блокнот пожелания Дайера, вырвал листок и отдал Сью.

– Подсчитай сумму, наши комиссионные за услуги и подготовь все к следующей неделе.

Кивнув, девушка вернулась к себе. Я посмотрел на часы – 12.35.

Набрав номер отделения «Америкэн экспресс», я попросил к телефону управляющего филиалом фирмы в Парадиз-Сити Джо Харкенса. Мы уже встречались раньше и поддерживали дружеские отношения, хотя и были конкурентами.

– Привет, Джо. Это Клэй. Я хочу пригласить тебя на ленч в ресторан «Джонсон».

– Догадываюсь, что тебе нужно, приятель, и предупреждаю, что сандвичем ты тут не отделаешься, – рассмеялся Харкенс.

– Ладно, вымогатель, грабь. А как насчет хорошего бифштекса?

– Вот это уже лучше, – сказал он. – Буду через полчаса. – И повесил трубку.

Я принялся изучать бумаги, которые оставил мне Дайер. Мистер Видаль жил в районе Ларго в Парадиз-Сити – месте обитания самых богатых и влиятельных людей города. Его делами занимались три банка в Майами, Нью-Йорке и один местный. Адвокатом Видаля был знаменитый Джейсон Шеймен, а маклерами – Трейс Сиглар и Джозеф Коутс.

Я вышел из кабинета и приблизился к столу Сью.

– Слушай, я сейчас навещу Роду, а потом иду с Харкенсом на ленч.

Девушка понимающе кивнула, не поднимая головы от бумаг.

Выйдя из отеля, я направился в магазин готового платья «Тренди Мисс», где Рода работала старшим продавцом. Она была незанята и, сидя на стуле, просматривала журнал «Все для женщин».

Мы были женаты уже более двух лет. Я познакомился с ней в Бостоне, где работал в отделении нашей фирмы.

Торговый дом «Тренди Мисс», с которым Рода имела контракт, располагал филиалами во всех крупных городах страны. Через некоторое время мы поженились. У нее была однокомнатная квартирка в доме неподалеку от меня, и я часто подвозил ее туда на своей машине после работы.

Она была молодая, красивая, веселая и в меру сексуальная.

– Мы можем здорово сэкономить, если будем жить вместе, – сказала однажды Рода.

К этому времени мне уже порядком надоело холостяцкое существование. Я подумал, что, может быть, женитьба на Роде позволит мне забыть Валерию, от которой я потерял голову четыре года назад.

Вот так мы и вступили в законный брак, а вскоре я уже сделал первое печальное открытие. Внешне очень эффектная, всегда безукоризненно одетая на службе, Рода была совершенно неприспособлена для домашнего быта. Она и мысли не допускала о какой-то работе по дому, даже постель не заправляла. Пришлось нам приглашать служанку для этих целей. Питались мы только в кафе.

Когда меня перевели в Парадиз-Сити, Рода тоже переехала сюда и стала работать в местном отделении своей фирмы. Наш общий доход позволял нам жить безбедно и даже кое-что откладывать. Мы вели светскую жизнь и стали членами городского клуба.

И тем не менее этот брак скоро превратился для меня в простую утомительную обязанность, лишенную не только любви, но даже обычной привязанности.

– Рода, – сказал я, когда мы встретились, – завтракай сегодня одна. У меня деловая встреча.

– Хорошо, – безразлично сказала она, – тогда заходи за мной в шесть. – И снова углубилась в чтение журнала.

Спустившись в бар ресторана, я заказал виски со льдом и спросил бармена по имени Сэм, слышал ли он что-нибудь о Генри Видале.

В ответ Сэм лишь недоуменно пожал плечами.

Джо Харкенс опоздал на пять минут. Это был крепко сбитый мужчина среднего роста и примерно моего возраста, непритязательная внешность которого скрывала недюжинный ум и деловую хватку. Я сразу перешел к делу.

– У меня только что был клиент…

– Знаю, – перебил он. – До недавнего времени этот парень был и нашим клиентом. Могу тебе только посочувствовать. Когда я узнал, что он закрывает у нас счет, то чуть не подпрыгнул от радости.

– Ты шутишь, Джо?

– Отнюдь. Тебе, наверное, кажется странным, когда работник фирмы ликует, потеряв клиента, приносящего в год двести тысяч прибыли. Однако это именно так. Эти Видаль и Дайер попортили мне немало крови за те восемнадцать месяцев, в течение которых они сидели на моей шее. Да, да, я говорю серьезно. Они все время требуют кредит на полгода и погашают его с пятипроцентной скидкой. Этот Вернен Дайер тот еще фрукт. Из-за него я потерял отличную секретаршу, которая вынуждена была уволиться, так как совершенно не могла с ним работать. Его надо было постоянно ублажать, у него все время какие-то претензии, то ему одно не нравится, то другое. Один раз нам даже пришлось через суд опротестовывать встречный иск. Он всегда чем-нибудь недоволен.

– А что ты имеешь в виду под «ублажать»?

– Он никогда не приходит решать вопросы в офис. Назначает встречи в самых фешенебельных ресторанах и заказывает самые дорогие блюда и напитки. А счет, естественно, оставляет для оплаты мне. За год это обошлось нам в четыре тысячи долларов.

Несколько минут мы ели молча, а потом я спросил:

– А Видаль, что это за человек?

– Мы никогда с ним не встречались. Знаю, что он живет в Ларго, имеет прекрасную яхту, разъезжает на «роллс-ройсе» и купается в деньгах. Любит проводить время в изысканном обществе, женат на красавице.

– А на чем он делает деньги?

К этому времени Харкенс уже расправился с копченой осетриной и благодушно развалился на стуле.

– Он незаменим для сильных мира сего.

– Что ты имеешь в виду?

– Он создал универсальную коммерческую организацию. На него работают более двухсот человек. Они разъезжают по всему миру. Этим и объясняются огромные расходы на путешествия. Половина людей Видаля вступает в контакт с производителями сахара, кофе, цветных металлов, добытчиками нефти и так далее, а вторая половина выискивает тех, которым можно все это выгодно сбыть.

Затем Видаль выступает посредником между продавцами и покупателями, организует многомиллионные сделки и, само собой, получает с них хорошие комиссионные. Неплохо придумано, а? Он знает всю конъюнктуру, знает, у кого что есть и кому что можно предложить. На днях я прочел в газете, что Ливия закупила у Англии несколько устаревших миноносцев. Могу поспорить, что и за этой сделкой стоит Видаль.