Кто в чемодане живет? - Дарья Донцова

– Николетта любезно пригласила Генри пожить у себя! – сообщила Анна. – Дорогая, это поступок настоящего друга. Теперь я перестану нервничать.

– Пустяки, ангел мой, – отмахнулась маменька. – Борис!

Секретарь возник в гостиной.

– Слушаю вас.

– Немедленно приготовь гостевую комнату, – скомандовала маменька, – туда послезавтра въедет Генри. Новый матрас купи, белье! Все по высшему разряду! Начинай.

Борис скосил взгляд на меня, потом тихо произнес:

– Госпожа Адилье, дайте, пожалуйста, ключи от апартаментов Ивана… то есть от квартиры, где вы сейчас проживаете.

Мне стало грустно. Не так давно Николетте попала в очередной раз шлея под хвост, она бросила своего мужа Владимира и сошлась с человеком по имени Безумный Фред^[2]. Матушка хотела оформить развод, но Владимир со слезами на глазах уговорил взбалмошную супругу не принимать резких решений, попросил Николетту остаться в их загородном доме, не заблокировал ее кредитки. Мне всегда казалось, что Владимир мазохист, чем хуже с ним обращается женушка, тем сильнее он ее обожает. Мне отчим очень нравится, я на его стороне, поэтому посоветовал ему:

– Забудь Николетту. Обеспеченный мужчина в расцвете лет легко найдет новую спутницу жизни.

– Нет, Ваня, – грустно произнес Владимир, – кроме Никки, мне никто не нужен. Я отлично изучил характер жены, долго она с этим Безумным не выдержит, у нас опять все будет как прежде.

Я выдохнул.

– Понимаю, – засмеялся отчим, – ты испугался, что они приедут жить в твою квартиру.

– Да, – честно ответил я, – хотя ничего страшного нет. Если это произойдет, я уйду в апартаменты, которые мне достались по наследству от Элеоноры. Не очень далекий путь, только улицу перейти.

– У тебя там офис, – напомнил Владимир.

Я махнул рукой.

– Ерунда. В хоромах пять комнат. Одна отведена под кабинет, вторая – гостиная, три свободны. Мы с Борисом и Демьянкой прекрасно там разместимся.

– Не переживай, парень. Никки никуда из нашего особняка не денется, – заверил Владимир, – себе я уже снял дом в соседнем поселке.

Но отчим ошибся, он не принял в расчет Безумного Фреда, который заорал:

– Я не альфонс, чтобы спать в той же кровати, где ты с Володькой обнималась. Деньги его тратить тебе запрещаю.

И завертелась карусель. Маменька с Фредом переехали в мою квартиру, мы с Борисом и Демьянкой перебрались в дом напротив. Николетта торжественно порезала ножницами все свои пластиковые карточки. Безумный радостно объявил:

– Шикарно. Теперь я не чувствую себя жиголо.

И больше не заговаривал о деньгах. Николетте Фред ни копейки не дает, маменька, как встарь, велит мне покупать ей все желаемое. А господин Подушкин ни в чем не отказывает Николетте, потому что у него в руках платежный документ, выданный Владимиром для того, чтобы я исполнял любой каприз его жены. Единственная моя неприятность – переезд в офис детективного агентства. Живу теперь в спальне, которую занимал много лет, будучи секретарем Элеоноры.

– Зачем тебе ключи? – опешила маменька.

– Вы велели приготовить гостевую комнату для господина Дюпре, – терпеливо объяснил Борис.

– Вот и начинай! – рявкнула маменька.

– Генри появится только послезавтра, – быстро уточнила Анна, – рано утром, около полудня. Дружочек, вы успеете сделать комфортную комнатку для ребенка. Дайте номер своего телефона, я вышлю вам интерьер его детской дома. Ничего не придумывайте, просто повторите.

– Устроим вашего мальчика с полным комфортом, – заверил я Анну и протянул руку к Николетте: – Дай ключи, пожалуйста.

– Да зачем? – возмутилась госпожа Адилье.

Жизнь с Николеттой развивает терпение.

– Надо оборудовать комнату, – улыбнулся я, – для этого необходимо…

Николетта не дала мне договорить:

– Отлично! Борис! Генри поселится в бывшей спальне Норы.

Я напрягся.

– Парень будет жить у меня?

– Конечно, – подтвердила Николетта. – А что, есть иной вариант? У тебя вполне удобно, поэтому я спокойно предоставила Анне комнату для ее мальчика. Кстати, надо куда-то деть собаку, она все время громко топает, у Генри от этих ужасных звуков начнется депрессия.

– Что делать? – поинтересовался Борис, когда гости ушли.

– Готовить комнату, – вздохнул я.

– Боюсь, дело связано с большими расходами, – заметил секретарь.

– Сейчас звякну Владимиру, – пообещал я.

– У вас через полчаса, в пять вечера, клиент, – напомнил Борис.

– Как раз успею поговорить, – кивнул я, – в каждой неприятности есть доля хорошего.

Помощник поднял бровь.

– Я сам смотрю на жизнь оптимистично, но иногда теряю это качество. Не вижу ничего положительного в том, что госпожа Адилье теперь живет в ваших апартаментах, а вы, господин Подушкин, ютитесь в офисе.

Я взял телефон.

– Слово «ютиться» не очень уместно. Я обосновался в пятикомнатных апартаментах. Когда-то мы тут прекрасно сосуществовали вместе, я и Элеонора, ничего не мешало нашей работе детективов. Посмотрите в окно. Что вы видите?

– Сегодня с утра льет проливной дождь, – поморщился Борис, – а сейчас еще и гроза началась.

– Вот-вот, – кивнул я, – если бы я остался жить на прежнем месте, бежать бы мне вскорости в офис и промокнуть до нитки. Но благодаря тому, что я живу в старой квартире, никуда бежать нет необходимости. Вот вам и светлая сторона проблемы.

Борис рассмеялся, и тут же раздался писк домофона.

– Клиент пришел раньше, – уходя в спальню, заметил я, – проводите его в кабинет, угостите кофе, я хочу успеть позвонить Владимиру.