Бархатная смерть - Нора Робертс

– Я передам. – Чарльз встал и, наклонившись, поцеловал Еву в щеку.

– Не понимаю. Не понимаю. – Ева хмурилась, пока Рорк вез ее домой. – Я знаю, что он прав, я знаю, что это правда, но я этого просто не понимаю.

– «Этого» – чего именно?

– Как можно заниматься сексом на стороне, когда состоишь в браке, причем с согласия своей дражайшей половины? Зачем тогда вообще жениться или замуж выходить?

– Финансовый интерес, дружеские отношения, чувство защищенности, статус.

– Чушь, чушь, чушь.

– Тебе ей-богу следовало бы научиться формулировать свое мнение более четко.

Ева как будто и не слышала.

– Да, и насчет того, что она не получает всей своей потехи в рамках брака. Ладно, допустим. Я это слышу сплошь и рядом, особенно когда муж убивает жену или наоборот. Но это чушь собачья. – С досады она съехала вниз на сиденье. – Если не ловишь кайфа в сексе, за каким хреном, спрашивается, было жениться?

– Бывает, что кайф меняет частоту для одного из партнеров.

– Ладно, допустим, – повторила Ева. – Допустим, я хочу сменить частоту. Допустим, мне надо, чтобы ты сосал большой палец и называл меня мамочкой, пока я шлепаю тебя по твоей хорошенькой попке. А иначе, решила я, никакого кайфа не будет. – Ева перевела взгляд на Рорка. – Что скажешь?

– Я предложил бы разумный компромисс. Например, я предпочел бы пососать не большой палец, а что-нибудь другое, желательно какую-нибудь часть тебя. При этом я называл бы тебя как угодно, если тебе это нравится. Если уж шлепанье является непременной частью игры, нам придется делать это по очереди.

– Вот видишь! – Ева ткнула его кулаком в плечо. – Мне это нравится!

– От души надеюсь, что нет, но мы посмотрим.

– Да нет же, – засмеялась Ева, – я хочу сказать, мне нравится, что ты готов пойти на компромисс, если я предложу нечто невообразимое.

– Напомни об этом в следующий раз, когда мне захочется связать тебя твоими же собственными чулками и намазать твое обнаженное тело малиновым вареньем.

Ева подозрительно покосилась на него.

– Что значит «в следующий раз»? А что, был первый раз?

– Возможно.

«Этот человек не перестает меня удивлять», – призналась себе Ева.

– Вернемся к сути. Я не вижу, как брак может остаться прочным, если хотя бы один из партнеров – если не оба! – вступает в интимную связь на стороне. Притом, что ни говори, а связь с лицензированным компаньоном все равно интимна. – Ева задумалась, перебирая в уме варианты, пока Рорк въезжал в ворота. – Допустим, девушка выходит замуж за парня, и вдруг оказывается, что он голубой, как августовское небо. Значит, у нее проблема. Может, она будет просто терпеть по всем тем причинам, что ты называл, – деньги, привычка, – а может, пойдет к профессионалу. Надо же ей где-то получить удовольствие! Но тогда что это: брак или просто условность?

– Ты забываешь, что есть еще и любовь. У тебя ограниченное представление о таких вещах. Тебе вообще свойственна некоторая узость взглядов.

Еве собственные взгляды не казались узкими. Они казались ей как раз правильными.

– Брак – это обещание. Ты сам так говорил. Отчасти благодаря этому ты сумел меня втянуть. Если одна из сторон нарушает обещание, весь договор летит к чертям.

– Даже если обе стороны согласны?

– Я не знаю. – Ева выбралась из машины. – Но я хочу послушать, как Ава Эндерс это объяснит.

Войдя в дом, они вместе поднялись наверх.

– Мне кажется, – начал Рорк, – если бы Ава хотела скрыть свои расчеты с Чарльзом, она могла бы платить наличными. И кстати, о Чарльзе: тебе не показалось, что он несколько рассеян сегодня? Его что-то беспокоило. И он был встревожен еще до того, как понял, зачем мы пришли.

– Да, пожалуй. Может, они с Луизой поссорились, хотя он сказал, что у них все в порядке.

– Было бы очень жаль. Они прекрасно смотрятся вместе.

Когда Ева направилась к себе в кабинет, Рорк схватил ее за руку и потянул к себе.

– В чем дело? У меня работа.

– У нас с тобой всегда есть работа. Сейчас уже почти полночь, а у тебя был очень длинный день.

– Я только хочу…

– И я хочу. Как раз подумываю, не заказать ли малинового варенья.

– Остряк-самоучка. Слушай, мне нужен еще час, чтобы…

– У меня свои виды на твой ближайший час. – Рорк начал теснить ее в спальню. – Это и есть тот самый обещанный компромисс. – Он нажал на пружинку замка на плечевой кобуре, которую Ева успела снова надеть перед поездкой к Чарльзу Монро.

– А может, я не в настроении?

– Ну, в таком случае… – Рорк провел пальцем по ее горлу, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. – Что ж, в таком случае, я полагаю, ты будешь скучать. Включить камин.

Он продолжал теснить ее к возвышению, на котором стояла кровать величиной с озеро, не сводя с нее глаз, пока кобура, а за ней и рубашка падали на пол.

– Осторожно, ступенька, – предупредил Рорк, когда они достигли возвышения. – И еще одна.

Потом он легонько толкнул ее, и она упала на спину.

– Что ж, придется мне просто лечь и вытерпеть все это.

– Ничего другого не остается. – Рорк поднял ее ногу и стащил ботинок.

– Только не обижайся, если я вздремну чуток.

– Конечно, какие обиды! – Рорк отбросил в сторону второй ботинок, провел руками вверх по ее ногам и улыбнулся: Ева вздрогнула, когда он задержал пальцы по пути к застежке на брюках. Он стянул с нее брюки и отбросил в сторону.

Ева притворно зевнула и прикрыла рот рукой:

– Извини.

Рорк поднял бровь. Не было в мире другой женщины, которая могла бы вот так бросить ему вызов, зажечь и рассмешить одновременно. Он стащил с себя свитер, сел на край кровати и принялся стаскивать туфли. Ева у него за спиной преувеличенно громко захрапела. Рорк ущипнул ее.

– Ой, извини. Я что, храпела?

Рорк выпрямился, расстегнул брюки и снял их.

– Можешь спать дальше, – сказал он, забравшись в постель и накрыв ее своим телом. – Это много времени не займет.

Ева засмеялась, но ее смех захлебнулся, когда его зубы укусили ее за грудь сквозь тонкую безрукавку.

– Ну ладно. – Ее голос вдруг охрип, пришлось прочистить горло кашлем. – Так и быть, уделю тебе пару минут.

– Что ж, буду тебе очень признателен.

Ни на секунду не теряя самообладания, Рорк втянул в рот ее сосок и одновременно провел кончиком пальца по внутренней стороне бедра.