Невеста мафии - Владимир Колычев

– Она видела, как Свирцева садилась в машину к толстяку.

– А он-то как мог узнать, что она это видела?

– Семиряднов мог ему об этом сообщить!

– Кому ему? Толстяку?! Семиряднов?! – оторопело посмотрел на меня Марцев. – Ты хоть понял, что сказал?

В ответ я призвал начальника набраться терпения и поведал ему о своих подозрениях относительно Семиряднова.

– Ты об этом кому-нибудь говорил? – недоуменно посмотрел на меня майор.

– Нет, ты первый.

– И лучше всего, если я буду последним…

– А если Семиряднов и толстяк заодно?

– Быть этого не может.

– Почему?

– Да потому… Ты хоть знаешь, кто у Семиряднова лапа? Почему он уже майор? Почему его уже начальником отдела назначают?

– Да как-то не задавался это выяснить, – пожал я плечами.

Можно было строить догадки, предположения вокруг чужой и в общем-то стремительной карьеры. Но у меня в роду не было базарных бабок, и я сам не жалую сплетни, чтобы перемывать кому-то косточки. Хотя, конечно же, иногда подумывал о том, что Семиряднова подталкивают вверх по служебной лестнице. Впрочем, он и сам по себе определенно чего-то стоил…

– Да это тебе и не нужно. И мне тоже. Но я-то знаю… В общем, за ним сам городской глава стоит. Олег – племянник его… И родители у него хорошо живут, если ты не заметил…

– Ну, была мысль.

Семиряднов не носил золотых часов, не щеголял мобильным телефоном из платины, и машина у него была не самой дорогой – слегка подержаный «Фольксваген Бора». Но при этом чувствовалось, что парень в этой жизни никогда ни в чем не нуждался. А еще я знал, что у него своя квартира в центре города, жена-красавица и отдыхать он ездит с ней на заграничные курорты. Баловень судьбы, одним словом.

– Вот и скажи, зачем ему с преступниками связываться, если он и без этого как сыр в масле? – ткнув указательным пальцем в крышу над головой, спросил Марцев.

– Ну, а если его дядя вдруг преступником окажется, он что, не станет ему помогать? – осенило меня.

– Кто, дядя?! Преступником?!. Хочешь сказать, что это наш мэр Юрку Стеклова убил?

– Ну, может, у него еще один дядя есть, родной там или двоюродный…

– Ерунду ты, Петрович, городишь. Но, как опытный сыскарь, я тебе скажу, что ерунда – тоже овощ, из нее тоже борщ сварить можно… Ты прав, надо бы родственников Семиряднова пробить. Или знакомых… Только ему ничего пока не говори…

– Ну, это понятное дело.

– Да уж, дело понятное, но со многими неизвестными… Ты мне вот что скажи, а то я не понял, зачем толстяку твоя Лида?

– Может, она запомнила номера его джипа?

– Да, но ведь в заявлении ясно указано, что номера машины неизвестны…

– Она могла вспомнить.

– Трудно вспомнить то, чего не знаешь.

– Ну, может, заметила, да в памяти не отложилось. Я же тоже номера эти видел. «Ка» «два ноля три» «ю»… Твою Матильду! – обрадованно хлопнул я себя по лбу.

Все-таки случилось то, на что я так надеялся. Все-таки выудила память механически втиснутую в нее информацию. Две буквы и три цифры – отличный, надо сказать, результат. Пять угаданных номеров из шести возможных, в «Спортлото» при таком соотношении озолотиться можно.

– А последняя буква? – встрепенулся Марцев.

– Не вижу я последнюю букву. Да и черт с ней!

– Так, ты оставайся здесь, а я сейчас…

Марцев отправился к себе в кабинет, чтобы по номеру машины установить данные на владельца.

Я мысленно поблагодарил Лидочку за то, что она позволила мне хорошенько выспаться. Теперь я готов был к бессонной ночи, которая, судя по реакции начальника, меня ожидала.

Вспомнив о Лидочке, я отправился вслед за Марцевым. Нужно было узнать, у кого находится заявление Свирцевых. Плохо, если у Семиряднова, ведь после ночного дежурства он должен был сейчас находиться дома. Но, может, кто-то из следственного отдела позволит мне покопаться в его бумагах. Глядишь, что-нибудь интересное найду.

На рабочем месте я застал следователя Табачкова, моего ровесника и такого же капитана по званию. Я знал, что Леша недолюбливает Семиряднова, и решил на этом сыграть. Но, как выяснилось, нужное мне заявление находилось у моего начальника.

Дверь в кабинет Марцева была приоткрыта, и я услышал, как он разговаривает по телефону. Голос его звучал тихо, и к тому же он положил трубку к тому времени, как я открыл дверь.

– Петрович? Я же сказал, в машине меня жди, – сказал Марцев и сунул трубку мобильника в карман.

– Да мне заявление Свирцевых нужно, там адрес моей Лиды.

– Ну, есть такое.

Он вынул из-под папки на столе лист бумаги, пробежал взглядом текст.

– Записывай или запоминай. Улица Ленинградская, дом сто четыре, квартира шестнадцать. Номер телефона не указан…

– Да ладно, сам съезжу.

– Съездишь. Потом. А сейчас нам на Красногвардейскую надо ехать. Частный сектор, частный дом… Не люблю частные дома, собаки там… В общем, вычислили твоего толстяка. Горожанов его фамилия, Георгий Бориславович, шестьдесят четвертого года рождения… Адрес я тебе сказал…

– А место рождения?

– Это обязательно? – озадаченно спросил Марцев.

– Ну, интересно…

– Московская область, город Электроугли… В общем, считай, из Москвы. М-да…

– Что так?

– Да вся зараза к нам из Москвы идет. Ну, во всяком случае, так принято считать… Но мы же не будем вдаваться в эти досужие домыслы. Нам ехать надо… Группу надо брать. Мало ли, вдруг у него там пулемет на крыше… Шучу. Хотя какие уж тут шутки. Юрку Стеклова он из автомата приговорил… Кстати, оружие достаточно серьезное, пистолет-пулемет «Бизон», на базе «калашникова», шнековый магазин на шестьдесят четыре патрона… Может, этот ствол сейчас при нем. Так что с кондачка лучше не наскакивать. Группу морально подготовить надо, проинструктировать. Красногвардейская тут недалеко, я пока группой займусь, а ты, так уж и быть, к своей Лиде сгонять можешь…

– Да нет, я как-нибудь потом.

Что, если моя старушка заглохнет где-нибудь в пути? Что, если мама Лидочки обрушит на меня град вопросов, похоронит под ними отпущенное мне время? Опоздаю я, и Марцев сам возьмет свинорылого. Честь ему и хвала будет за это, но уж очень хотелось мне лично поучаствовать в столь важном для всех нас событии. Все-таки Юркин убийца на прицеле.

Марцеву и самому не терпелось взять в оборот Горожанова. Нервничал он, торопился, но тем не менее группу немедленного реагирования подготовил к выезду основательно. Лично проверил экипировку и вооружение, проинструктировал всех вместе и в отдельности – командира и водителя. Мне тоже пришлось надеть бронежилет, каску, вооружиться автоматом. Все правильно, разгильдяйство в столь серьезном деле недопустимо. И все-таки жаль, что на подготовке к выезду мы потеряли столько времени.