Невеста мафии - Владимир Колычев

Судя по красновато-синим пятнам и трупной окоченелости, смерть наступила довольно давно. По логике возможного следствия умереть она могла от моей руки, еще до того, как я отправился на поиски Лидочки. А это значило, что алиби у меня не было.

Вопрос, как она умерла? Можно было предположить, что вчера вечером она проникла в мою квартиру, каким-то образом выманив у Лидочки ключи, легла ко мне в постель, где и скончалась в муках – мало ли что произошло, вдруг ее хватили, например, желудочные колики? Но если ключи и страшную гримасу на лице можно было как-то объяснить, то как истолковать след от удавки на ее шее? И предсмертную гримасу на лице?.. Девушка погибла таким же образом, как Таня Зуйко, с одной только разницей, что стриптизерша приняла смерть с умиротворением на лице. Но та принимала наркотики, да и шейные позвонки ей сломали сразу. А у этой, похоже, ничего не сломано, кроме девичьей судьбы.

Да и как Свирцева могла попасть в мою квартиру, если она уехала с Горожановым, который не мог отпустить ее живой? Он отпустил девушку мертвой, и ко мне она попала по его воле.

Я еще раз осмотрел тело в поисках синяков, порезов или даже колотых ран. Может, ее жестоко избили, прежде чем убить. Но на теле ничего такого не было. Отсутствовали даже особые приметы – ни тату, ни шрамов или рубцов, даже родимых пятен и тех не было. Имелись родинки, но в среднестатистическом количестве.

Я сел в кресло, обхватив голову руками. Сейчас не так важно было выяснить, как покойница оказалась в моей квартире, мне нужен был четкий ответ на вопрос, что делать дальше. Звонить в отдел или постараться избавиться от трупа?

Больше я склонялся к последнему. Ведь неспроста же у меня в постели оказалось мертвое тело. Если кто-то его сюда доставил, значит, это кому-то нужно. Кому?.. Скорее всего, Горожанову.

Я провел ладонью по голове, будто взлохмачивал несуществующие волосы. Затем точно таким же движением причесал их, вместе с мыслями. Надо успокоиться, сосредоточиться, и тогда правильный ответ созреет сам по себе.

Я попытался выяснить, в каком виде покойную Свирцеву доставили в мою квартиру – голую или в одежде? А может, она и не была на тот момент покойной. Может, ее задушили в моей квартире, возможно, где-то валяется удавка с фрагментами кожного покрова ее шеи. И где-то, возможно, валяется ее одежда.

Я осмотрел комнату, заглянул в шкаф – ничего постороннего. Обследовал кухню, ванную, вешалку в прихожей – тот же результат.

Остался балкон. Но и там ничего не было, кроме свежего воздуха, в котором, как оказалось, я сейчас очень нуждался. Все-таки остывший труп в квартире, а здесь так легко дышится.

Не помню, сколько времени я провел на балконе, но, вернувшись в комнату, с ужасом увидел застывшего над трупом Олега Семиряднова. Будь на его месте сама Смерть в черном балахоне и с капюшоном на голове, я бы испугался не так сильно. А его появление ввергло меня в состояние прострации.

Увидев меня, он испуганно попятился к двери, вытянув руку, чтобы отгородиться от меня.

– Петрович, спокойно! Сейчас во всем разберемся!

И тут мне вдруг стало все ясно. Это же Олег все и организовал. Ну, конечно же, он, больше некому. Он подговорил Лидочку, чтобы она усыпила меня, потом подобрал ее по дороге ко мне домой, убил, забрал у нее ключи, вскрыл ими мою квартиру, но ко мне в квартиру затащил труп Свирцевой, конечно же, вместе с Горожановым. А теперь вот застал меня на месте преступления. Сейчас вызовет наряд, и все – мне крышка.

– А чего тут разбираться? Все и так ясно. Я – убийца, и меня нужно задержать. А еще лучше застрелить при попытке к бегству… – голосом, горьким от сарказма, проговорил я. – Зачем ты это сделал?

– Что я сделал?

– Свирцеву убил, – показал я взглядом на труп.

– Я убил?! – оторопело уставился на меня Семиряднов. – Ну, ты фрукт, Петрович! Она у тебя в постели, не у меня!

– Правильно, у меня! Потому что меня подставить надо, а не тебя! Тебе надо и Горожанову!.. Что ж, теперь ты можешь меня задержать на месте преступления. Ты же для этого сюда пришел?

– Мне Якушева нужна, поэтому я и пришел к тебе. Узнать, где она работает…

– Якушева?!

Взмыленное сознание не сразу подсказало мне, что речь идет о Лидочке.

– Зачем тебе Лида? Она уже сделала свое дело. Забрала у меня ключи, отдала их тебе.

– Какие ключи?

– Которыми ты открыл квартиру.

– Ключ в замочной скважине торчал. Ты не открывал, я зашел… Ты, наверное, забыл вытащить ключи, когда входил…

– Не забывал. Ключ у меня в кармане…

Я точно помнил, что положил ключ в карман после того, как открыл квартиру. Дверь закрылась сама по себе. На английский замок… Но, может, память меня подводит и я все-таки оставил ключ в двери.

Мне нужна была куртка, но проход к ней преграждал Олег. А поворачиваться к нему спиной или хотя бы боком я не хотел – мало ли что у него на уме. Поэтому я попросил его снять куртку с вешалки, бросить мне. Он пожал плечами, но просьбу мою исполнил. Я сунул руку в карман и выудил оттуда связку ключей, с недобрым торжеством во взгляде крутанул ее на пальце.

– А ты говоришь, забыл!

– Ну, может, запасные, – отстраненно пожал плечами Олег.

История с ключами его не волновала. Гораздо больше он интересовался трупом. Все правильно, для того он и пришел сюда, чтобы намертво привязать меня к мертвому телу. Возможно, даже в буквальном смысле. Китель на нем сидел, как всегда, ладно, левая пола не выпирала по сравнению с правой – значит, кобуры с пистолетом под мышкой нет. Но есть оружие скрытного ношения, с плоским корпусом. Такие стволы носятся за поясом брюк, и под пиджаком его не различишь. Впрочем, я не замечал, что его рука хотя бы интуитивно тянется под полу кителя, который, кстати говоря, был еще и застегнут.

– Нет, запасные у меня. А эти ключи у Лиды были. Ты их у нее забрал… Где Лида? Что ты с ней сделал?

– Ты еще и Лиду мне шьешь? – изумленно повел бровью Семиряднов. – Ты, Петрович, с больной головы на здоровую не вали… Мне самому Лида нужна… Была…

– Почему была?

– Да потому что мне ряд вопросов по Свирцевой задать ей было надо. Было. Уже не надо. Потому что со Свирцевой все ясно… Это же она?

– А то ты не знаешь.

– Ну, похожа… Влип ты, Петрович.

– По твоей милости.

– Опять я виноват!

– Ну а кто?.. Ключи у тебя были. А я вчера всю ночь отсутствовал. За Горожановым гонялся… Пока я за ним бегал, он здесь побывал, гостью мне привез! – клокотал я, как вулкан, готовый к извержению.

Семиряднов – враг, и я имел право убрать его со своего пути. Но голова хоть и закипала от злого возмущения, соображала пока хорошо. Я наброшусь на Олега, и тут же в квартиру ворвется группа захвата. Этот гений черных дел на все способен.