Обреченный жених - Ольга Баскова

В тот летний день она отпросилась с работы пораньше, чтобы приготовить вкусный ужин и отметить годовщину знакомства с Петром. Войдя в прихожую, женщина поразилась тишине, царящей в квартире. Обычно в это время супруг сидел у телевизора. Может, он устал и прилег отдохнуть? Она скинула туфли и на цыпочках прошла в спальню. Картина, представшая перед глазами несчастной, заставила ее пошатнуться. Гражданский муж мирно покоился в объятиях Алины. Эльвира накинулась на дочь:

– Дрянь! Маленькая тварь!

Девочка открыла глаза и села на кровати:

– А, это ты…

– И тебе не стыдно?

Шаманов тоже проснулся и в ужасе уставился на Эльвиру. Для оправданий не находилось слов. Однако Алина не терялась:

– Теперь ты все знаешь, мама. И учти: мы с Петром поженимся. Он любит меня.

– Никогда! – Женщина в отчаянии бросилась на кухню. Шаманов поспешно натянул спортивные штаны и рванулся за Эльвирой:

– Подожди! Не слушай ее.

– Оставь меня.

– Я на ней не собирался жениться.

– Уходи. Чтобы больше я тебя не видела, и забирай свою новую пассию. – Ее глаза горели. – Я сама виновата, что связалась с маньяком.

– Но послушай…

– Я сказала: пошел вон…

В тот вечер Эльвира выгнала их обоих.

– Зачем ты это сделала? – спросил мужчина девочку.

Та лишь рассмеялась:

– Пусть старая галоша не строит из себя топ-модель. Я ведь круче, правда?

– И только поэтому ты меня соблазнила?

Она дернула плечом:

– А может, я в тебя влюбилась.

– И где ты собираешься ночевать?

Алина удивилась:

– Разве мы не поедем к тебе?

Он сжал губы:

– Чтобы мои соседи узнали про связь с несовершеннолетней? Нет, дорогая, к себе я тебя не приглашаю.

– Ну и черт с тобой, – бросила она. – Меня есть кому приютить.

Не прощаясь, девочка удалилась с гордо поднятой головой. Шаманов поймал такси и поехал домой. Только в пустой комнате он осознал, что наделал, и ругал себя последними словами. Как теперь быть, как поступить? Может, действительно подождать, пока подрастет Алина, и жениться на ней? Ее тело по-прежнему манило его. Однако он отмел эту мысль. Девчонка поставила себе цель – соблазнить сожителя матери, неважно, кого, чтобы доказать, что она больше нравится как женщина. Ни о какой влюбленности здесь не было и речи, поэтому ему нужно вернуться к Эльвире и покаяться. Если она простит, они продолжат совместную жизнь.

Но Эльвира не простила. Вероятно, она боялась повторения подобной сцены и снова выгнала его из квартиры. Впрочем, однажды женщина позвонила. Но лишь для того, чтобы сообщить неприятную новость: Алина погибла под колесами машины. После ее звонка его дела пошли наперекосяк. Правда, с дочерью он иногда встречался, но девочка росла и просила денег, а Петр не мог ей дать столько, сколько ей было нужно. Похоже, друг его обманывал при расчетах, ведь в баре всегда было много клиентов, а зарплату Шаманов получал такую, будто в это заведение вообще никто не заходил. От одиночества и неустроенности он сошелся с красивой официанткой Инной, желавшей получить от жизни много и немедленно. В один прекрасный день они выводили из кафе пьяного клиента. Из его бессвязной речи любовники поняли: он хочет, чтобы ему заказали такси. Инна выполнила его просьбу, и Петр и его девушка поддержали под руки господина, еле державшегося на ногах. Когда машина наконец подошла, мужчина достал бумажник и открыл его. От множества стодолларовых купюр у парочки зарябило в глазах. Как только они вернулись в зал, Инна тихо сказала:

– И таких людей мы отправляем пачками. Верно?

Он кивнул:

– Точно.

– Если бы мы немного почистили его кошелек, он бы никуда не заявил, потому что ничего бы не вспомнил, – задумчиво проговорила девушка.

Петр пожал плечами:

– Наверное.

Она повернулась к нему:

– Ведь нам нужны деньги?

Шаманов даже отшатнулся, догадавшись, куда она клонит:

– Но не таким способом.

– А каким ты еще заработаешь? – усмехнулась Инна. – Думаешь, я не вижу, как Рубен обирает тебя? А все потому, что, по его словам, он и так облагодетельствовал тебя, взяв на работу.

– На подобное дело я не пойду, – ответил Петр, но уже начал колебаться. И девушка это заметила:

– Ну посуди сам, кто узнает? В худшем случае сюда придет полиция и начнет интересоваться, не запомнили ли мы номера машины, в которую усаживали клиента. Мы им что-нибудь наплетем. И потом, облегчать карманы нужно не каждый день. Мы будем предельно осторожны. Если что – заляжем на дно на время.

– А таксист? – поинтересовался Петр. – Для достижения лучшего результата необходимо, чтобы и он был с нами в доле.

Она хитро улыбнулась:

– Такой человек есть. Это мой двоюродный брат.

Вот так в один прекрасный день и родилось преступное сообщество, обчищавшее клиентов. На их счастье, еще ни одна жертва не заявила в полицию. Преступники выносили почти бесчувственное тело из машины недалеко от его дома и усаживали на скамейку. Вероятно, пробуждаясь, потерпевшие думали, что их ограбили на этом месте. Если бы не дело Алины, возможно, сообщники процветали и дальше.

– Ну, вот вы и в курсе моих художеств, – излив душу, Шаманов откинулся на спинку стула. – Отрицать очевидное не буду. Но Алину я не убивал. А если бы она сказала мне про ребенка, я бы женился на ней. В моей семье аборт всегда считался грехом. Вы мне верите?

– Когда преступник задает такой вопрос, ответить на него сложновато, – признался Истомин.

– Однако мне вы должны поверить, – Шаманов захрустел пальцами. – А результаты генетической экспертизы? У вас они есть?

– Эксперты не сочли нужным делать такой анализ, – соврал Иван. – Мы ведь сначала думали: это простая авария.

Глаза Петра потухли.

– Жаль. Но знаете, я бы не удивился, если бы отцом ребенка Алины оказался другой человек. Когда она меня соблазнила, моя падчерица не была девушкой. Эльвира говорила мне, что неоднократно видела дочь с незнакомыми мужчинами. Возможно, кто-то другой…

– А вы знали кого-нибудь из ее ухажеров? – спросил Иван.

Петр вскинул брови:

– Откуда? Девочка уверяла: мол, любит только меня. А вот Тоня Милованова могла знать. У них не было друг от друга секретов. Видите, Алина рассказала ей о наших отношениях, хотя клялась, что не сделает этого. Мой вам совет: потрясите ее еще раз. Скажите: я тут ни при чем. Может, она станет откровеннее.

– Может, – Иван вызвал конвойного. – Эту и многие другие ночи вы проведете за решеткой.