Багаж императора. В дебрях России. Книга вторая - Владимир Дмитриевич Нестерцов

потоками людей, минут через десять мы подошли к небольшому деревянному домику с вывеской над дверью. Это была харчевня, вокруг которой распространялся изумительный аромат свежеиспеченного хлеба. Здесь меня уже ждали. Их было трое. Главный среди них, очевидно, был высокий парень, который крутил папиросу в зубах, перебрасывая ее слева направо и наоборот. В результате дым окутывал его голову со всех сторон, и казалось, что у него дымятся мозги. Осмотрев меня снизу доверху, он выплюнул папиросу, растер ее ногой и, сплюнув на землю, спросил:

–Это тебе что ль нужен Ламака?

–Мне, – ответил я.

–А чего ты хочешь, говори мне, я передам.

–По – моему, я ясно сказал, что мне нужен Ламака. А ты на него вроде бы не похож, – заявил ему я.

–Поговори мне! – взвился длинный и угрожающе сделал шаг вперед.

Я, не испугавшись его выходки, лишь сконцентрировал свое внимание на предмете возможного нападения и продолжил:

–Если нет Ламаки, значит, нет и разговора. Все, что я должен сказать, я скажу только ему. Поэтому давай решай быстрее: или мы идем, или я возвращаюсь обратно. Только потом ты сам будешь ему рассказывать, почему ты помешал нашей встрече, а он с тебя спросит по полной.

Очевидно, мое красноречие подействовало на длинного, особенно последняя фраза, и он, поколебавшись, кивнул головой своим напарникам и двинулся вперед. Я пошел за ним, а сзади, замыкая нашу группу, шли его помощники, настороженно поглядывая по сторонам, держа правую руку в кармане. Пройдя хлебные ряды, мы свернули направо, пролезли через замаскированную дырку в заборе, немного прошлись по улице, идущей вдоль рынка и, свернув в узкий переулок, остановились возле зеленых ворот. Длинный тихонько свистнул, и ворота приоткрылись. Оттуда выглянула рыжая физиономия, которая осмотрела нашу компанию и, узнав знакомые лица, открыла шире ворота, пропуская нас во двор. Подойдя к крыльцу, главный стянул картуз с головы, плюнул на свою пятерню и, пригладив волосы, буркнул мне:

–Погодь.

Затем, вытерев ноги о крыльцо, решительно открыл дверь и скрылся в доме. Отсутствовал он минут пятнадцать. За это время я успел осмотреть двор, моих сопровождающих и прикинуть возможные пути отхода, если что пойдет не так. Вскоре дверь снова открылась. Оттуда высунулась голова длинного, и он крикнул мне:

–Заходь.

Воспользовавшись приглашением, я быстренько проскользнул вовнутрь и очутился в небольшой прокуренной комнате. В центре нее стоял круглый стол, за которым сидел пожилой кряжистый мужчина, по бокам еще двое, дымившие папиросами, как паровозы. Взгляд у мужчины был тяжелый. Очевидно, он привык таким взглядом ломать людей. Кроме того, он обладал большой физической силой, что было видно по его покатым плечам и длинным жилистым рукам. Взглядом он попытался взять инициативу в свои руки, направив на меня свои пронзительные глаза и пытаясь поймать мои глаза своими. Зная это, я, взглянув на него, начал рассматривать его руки, затем одежду, давая ему возможность следить за мной и направляя его туда, куда я хотел. Измотав незнакомца, таким образом, я внезапно глянул в его глаза и, поймав их, уже не отпускал, внушая ему, что я пришел как гость. Теперь с ним можно было делать все что угодно, но это не входило в мои планы, и я медленно отпустил его. Он вздрогнул, опустил глаза вниз и, придя в себя, спросил:

–Что привело тебя сюда, господин хороший? Дело какое есть али так просто? Ты случаем не из ЧК? А то последнее время только и сталкиваемся с ЧК: то облавы здесь устроят, то подошлют кого– нибудь, чтобы нас извести. А тебе чего надо?

–Да в принципе не так уж много, – ответил я. – Ну, во-первых, передать тебе привет из Одессы от Мишки Япончика.

–Ну и что из этого? – ответил он. – Таких Мишек в Одессе много. И где правда о том, что ты действительно знаешь его? Может, тебя специально подослали выпытать чего-нибудь о нас. Мы с таким, как ты, знаешь, как расправляемся?

И он, взяв лежащий на столе пятак, согнул его пополам двумя пальцами. Затем бросил на стол и многозначительно посмотрел на меня.

–Впечатляет, – сказал я. – Теперь мне понятно, почему вас прозвали Ламакой, но это к делу не относится. Он просил передать, что у вас были общие дела по отношению к Валету, и в честь этого он просит вас помочь мне кое в чем.

–Валет, – он наморщил лоб, словно припоминая. – Ах, Валет! – И он громко расхохотался. – Да, катанули мы одного фраера, и если бы не Мишка Япончик, неизвестно, как бы все закончилось.

–Ну, садись, – сказал он расслабленно, подавая знак своим сотоварищам, которые сидели с напряженными лицами, что все в порядке.

–Что за нужда такая тебя привела?

–Если можно, я бы хотел переговорить об этом наедине, – и многозначительно посмотрел на собеседников.

Он правильно понял меня и, глянув на своих помощников, сказал:

–Вот что, ребята, пойдите покурите на улице, а то тут дышать нечем.

Те молча поднялись и быстро выскользнули из комнаты. Мы остались вдвоем.

–Ну, у меня необычная просьба, которая состоит из двух частей. Первая: если у вас есть знакомый в Петрограде, то я хотел бы с ним там встретиться и, в случае необходимости, обсудить одно дело. Ну а вторая касается того самого ЧК, о котором только что шла речь. Может быть, у вас случайно есть там свой человек, с которым можно обговорить ряд моментов.

И я вопросительно посмотрел на него.

–Интересный ты человек, – сказал Ломака. – Вот так сразу и положь ему то, что добывалось с таким трудом. А вдруг ты не тот, за кого себя выдаешь? И что тогда?

–А это уж вам решать, что и как. Кроме того, что я сказал, мне больше добавить нечего. Если это ваше последнее слово, тогда разрешите откланяться, – и я встал, намереваясь выйти.

–Погодь, погодь, чего ерепенишься? – спокойно отреагировал Ламака .-Это дело сурьезное и такими знакомствами так просто не разбрасываются. Он на секунду задумался, затем, очевидно, приняв решение, сказал:

–Ладно, я должен Мишке Япончику, а долги у нас всегда отдают. Завтра в семь вечера пойдешь в ресторан «Савой», сядешь за второй столик у окна, его будут держать для тебя. Положишь перед собой эту монету, – и он протянул мне согнутый пятак, – по ней тебя узнают. К тебе подойдут, ну а дальше твоя забота.

–Премного благодарен, – ответил я. – Ну а как насчет Петрограда?

–Ну, это проще. Когда приедешь туда, то пойдешь по адресу, – и он назвал его. – Там покажешь эту монету,