Фер-де-ланс - Рекс Стаут

Из газет я уже многое знал о Саре Барстоу. Ей двадцать пять лет, окончила Смитовский университет, довольно популярна в своём кругу в студенческом городке Холландского университета, где ректором был её отец, и среди курортной элиты округа Вестчестер. Хороша собой, как писали газеты, и на сей раз они не соврали, думал я, глядя, как она усаживалась в кресло, не сводя глаз с Вулфа. На ней было светло-бежевое льняное платье и такое же лёгкое пальто, на голове аккуратная маленькая чёрная шляпка. По её перчаткам я понял, что она сама водит машину. У неё было небольшое, но безукоризненно вылепленное лицо. Зрачки глаз были слегка расширены от волнения, а припухшие веки говорили о том, что она устала и много плакала. Однако бледность лица не была болезненной и не портила её. Голос у неё оказался низкий и глубокий. Она сразу же понравилась мне.

Девушка попыталась было объяснить Вулфу, кто она, но он характерным движением указательного пальца остановил её.

— Нет необходимости, мисс Барстоу, не утруждайте себя, я всё о вас знаю. Вы единственная дочь Питера Оливера Барстоу. Лучше скажите, зачем вы пожаловали ко мне.

— Хорошо. — Она вдруг смешалась. — Разумеется, вы должны это знать, мистер Вулф, — произнесла она. — Но так трудно объяснить… Я хотела бы начать издалека. — Она попыталась улыбнуться. — Я пришла попросить вас помочь мне, только не знаю, насколько это возможно…

— Я сам оценю это.

— О да, конечно. Прежде всего: вам известно, что моя мать поместила в сегодняшней газете объявление?

Вулф кивнул.

— Я читал его.

— Мистер Вулф, я… то есть вся наша семья, мы просим вас не принимать его всерьёз.

Вулф с тяжёлым вздохом опустил подбородок на грудь.

— Странная просьба, мисс Барстоу. Должен ли я поступить так же странно и немедленно согласиться или вы изложите мне причину вашей просьбы?

— Разумеется, причина есть. — Она снова замялась. — Это отнюдь не семейная тайна, нет. Все знают, что мама… временами… словом, она иногда не отвечает за свои поступки… — Она бросила на Вулфа взгляд, которому нельзя было не поверить. — Не подумайте ничего плохого, дело совсем не в деньгах. У меня с братом их более чем достаточно, и я совсем не скряга. Нет, нет, мистер Вулф, не думайте, что моя мать психически нездорова или считается недееспособной. Но вот уже несколько лет бывают моменты, когда она нуждается в особой нашей заботе и любви, а всё это произошло именно когда она находилась в таком состоянии. Нет, она не мстительна, и всё же она поместила это объявление. Мой брат считает, что она жаждет крови… Наши близкие друзья, конечно, всё поймут, но вот другие… Ведь мой отец был хорошо известен в самых широких кругах, мы благодарны тем, кто разделяет наше горе, но мы не хотели бы… Отец не хотел бы, чтобы они думали, будто мы жаждем отомстить и поэтому обратились к полицейским ищейкам…

Она запнулась и умолкла, испуганно взглянув сначала на меня, потом на Вулфа.

— Вы назвали меня ищейкой, мисс Барстоу, но я не обижаюсь, — произнёс шеф. — Продолжайте.

— Простите меня, бестактную дуру. Лучше было бы, если бы доктор Брэдфорд сам пришёл к вам и всё объяснил…

— Значит, доктор Брэдфорд знает о вашем визите ко мне?

— Да, то есть он разделяет моё мнение.

— А ваш брат?

— Он… Да, он тоже. Он очень сожалеет, я имею в виду, что появилось это объявление, и не совсем одобряет мой визит к вам. Он считает, что это ничего не даст.

— Он, видимо, исходит из бытующего предубеждения, что раз ищейка пущена по следу, её не остановить, не так ли? Наверное, он хорошо знает собак. Вы всё сказали, мисс Барстоу? Я хочу сказать, это все ваши причины?

Она тряхнула головой.

— Разве этого мало, мистер Вулф?

— Итак, если я вас правильно понял, вы против того, чтобы предпринимались какие-либо усилия найти и наказать убийцу вашего отца?

Она испуганно уставилась на него.