Миллионщица - Фридрих Незнанский

– Все дела в офисе я закончил пораньше, около восьми вечера, – начал он. И, заметив удивленно округлившиеся брови Турецкого, пояснил: – Для меня это действительно «пораньше», мои сотрудники работают по скользящему графику, как это в принципе принято в торговле. А я практически без выходных… Мы с партнером затевали расширение одного проекта, но потом так получилось, что партнера я фактически лишился, все дела свалились на меня, в том числе и по разделению фирмы.

– Почему же так вышло и что значит – «лишились»?

– Если вы, Александр Борисович, не против, об этом я скажу позже… Ну, в общем, все последние месяцы я ужинал в одном и том же ресторане. Возможно, вы его знаете – «Гаргантюа», он находится…

– Я знаю, где он находится, – улыбнулся Турецкий. – Там действительно отличная кухня…

Говорить Стулову о том, что оперативники Славы Грязнова успели побывать в «Гаргантюа» накануне, он не стал.

– Да… Я его знаю уже лет десять, прямо с момента открытия.

– Кто вас обслуживал в пятницу?

– Меня всегда, в зависимости от того, какая смена работает, обслуживает либо «Боря в кубе»… Простите, Борисюк Борис Борисович, либо Настасья. Ее отчества и фамилии я, простите, не знаю. В тот вечер была Борина смена…

– Получается, вы всегда сидите за одним и тем же столиком?

– За одним из трех, который свободен. За Бориными. Мы с ним за эти годы стали старыми знакомцами, он в «Гаргантюа» с самого начала, а Настя там недавно. Нет, Борис не мог меня травануть, я, знаете ли, помимо прочего… Ну, чисто из человеческих отношений… Я всегда оставляю очень приличные чаевые…

Стулов закашлялся и, поморщившись, продолжил:

– Я и заказал в тот вечер все, что заказываю обычно: телячьи отбивные под грибным соусом, салат, десерт и бутылку «Киндзмараули» – оно у них поставляется прямиком из Грузии, от производителя…

– Вы ужинали в одиночестве?

– Я всегда ужинаю в одиночестве… Заодно просматриваю прессу. Днем на это просто нет времени, забираю с собой из офиса…

– Вероятно, среди посетителей ресторана у вас за столько лет появились знакомства, хотя бы шапочные… – Стулов кивнул. – Кого из знакомых вы видели в тот вечер?

Илья Рудольфович ненадолго задумался, нахмурившись.

– Кажется, в противоположном от меня углу сидел Каретников, у него в Подмосковье сеть бензоколонок. Мы с ним немного знакомы, как раз из-за пристрастия к кухне «Гаргантюа», приветствуем обычно друг друга… Да, и в тот вечер здоровались, но просто обменялись кивками, Каретников был с дамой…

– И он к вашему столику не подходил?

– Совершенно точно – нет, ему было явно не до меня.

– Каретников, вы сказали, сидел в противоположном от вас углу. А поближе? Скажем, за одним из соседних столиков никого знакомых не было?

– Точно – нет, – уверенно произнес Стулов. – Конечно, я мог кого-то и не заметить, поскольку ел и просматривал прессу, в «Коммерсанте» была интересная статья. Но если бы кто-то из знакомых оказался за соседним столиком, меня наверняка окликнули бы.

Александр Борисович ненадолго выключил диктофон и задумался.

В соответствии с показаниями опрошенного накануне официанта, Илье Рудольфовичу Стулову внезапно, перед самым десертом, вдруг «стало плохо», он повалился лицом на стол. И в тот же момент из-за соседнего столика к нему подбежали двое мужчин, подхватили бизнесмена. Официанту и подскочившему к ним метрдотелю они представились старыми знакомыми Ильи Рудольфовича и сказали, что помогут ему добраться до дома, поскольку это – заурядное опьянение. Мол, перебрал бизнесмен якобы в их обществе, еще до визита в ресторан… Борисюк, обслуживавший в тот вечер Стулова, подтвердил, что Илья Рудольфович появился в ресторане «сильно подшофе»…

– Илья Рудольфович, – Турецкий снова включил диктофон, – скажите, в тот вечер до визита в ресторан вы употребляли какие-нибудь алкогольные напитки?

– Что вы… – Стулов криво улыбнулся. – Когда?.. Я же прямо из офиса туда… Вы можете справиться у моей секретарши Зины, мы с ней работали часа три подряд, пока я не вспомнил, что сегодня пятница и Зине пора отдохнуть.

– Хорошо, – вздохнул Сан Борисович, – давайте продолжим.

– Собственно говоря, продолжать особо нечего. Последнее, что я запомнил, – Борю, которого увидел издали, он направлялся к моему столику с десертом. Больше ничего – вплоть до момента, когда очнулся здесь…

Он горько усмехнулся и замолчал.

– Сами вы кого-нибудь подозреваете в том, что произошло?

Турецкий намеренно не заговорил об убитой девочке. Будучи сам отцом, и тоже дочери, правда, уже девушки скорее, чем девочки, он инстинктивно старался оберегать чувства Стулова.

– Если вы имеете в виду моих конкурентов на рынке – нет, никого. Больно об этом говорить, но мне вообще некого подозревать, кроме… Кроме собственной жены… Но даже ее я не в состоянии заподозрить в убийстве Маринки, это… это уже слишком… Или я опять ошибаюсь?

…Все произошло настолько быстро и естественно, на том самом деловом приеме, устроенном Ильей, словно и впрямь было заранее запрограммировано ее Судьбой.

Уже после отъезда Катьки, которая – надо же! – не сочла даже нужным с ней попрощаться, Лариса, предупредив мужа, пошла наверх – подправить макияж.

Миновав свою спальню и оказавшись в ванной комнате, она для начала плеснула себе в лицо холодной водой из-под крана, чтобы немного снять овладевшее ею возбуждение. А когда подняла голову к зеркалу, увидела за своей спиной Сергея и ахнула… Он не дал Ларисе прийти в себя. Им в тот момент, который она позднее вспоминала много раз с неизменным волнением и восторженностью, владела ничуть не меньшая страсть, чем Ларой.

Молча, почти грубо развернув к себе женщину, он впился в ее полуоткрытые в восклицании губы, и Лариса буквально упала в объятия Красных, который нетерпеливо овладел ею прямо тут, в ванной, при распахнутых настежь дверях спальни. Его первое слово – «Прости…» было произнесено уже после того, как их первое соитие осталось позади и она, застонав от не испытанного ею никогда прежде наслаждения, спросила в ответ: «За что?.. Я… Я люблю тебя…»

В этот момент внизу, в гостиной, Велена, от которой не укрылось то, что Сергей проскользнул наверх вслед за хозяйкой, поколебавшись, подошла к Илье с каким-то пустяковым вопросом относительно фуршета, организованного для гостей. И отвлекла его этим разговором вплоть до момента, когда раскрасневшаяся, дрожавшая от волнения Лариса, спустилась вниз и явно через силу вернулась к своим обязанностям хозяйки вечера. Этот эпизод никто из гостей не заметил – как не заметил его и сам Стулов. К тому времени, когда ему понадобилось пообщаться со своим партнером, Сергей уже был внизу, и казалось, его полностью поглотил разговор с одним из приглашенных бизнесменов, на которого оба они с Ильей рассчитывали в качестве одного из поставщиков.