На секретной службе - Сергей Донской

Секретарша Милочка пахла так, как должна пахнуть всякая уважающая себя женщина: чистотой, свежестью, парфюмерией и немножко пороком. Ее манера наивно округлять глаза и хлопать ресницами была явно перенята у какой-то киноактрисы, но как только Милочка забывала играть свою роль, ее взгляд делался прицельным и твердым. Это был взгляд хищной самки, убежденной в том, что ее добычей станет любой мужчина, на котором она остановит выбор.

Болтала она много и охотно, но за те десять минут, пока Бондарь терпеливо выслушивал спутницу, из ее уст не прозвучало никакой полезной информации. И все же затыкать ей рот было рановато. Пока что Бондарь предпочитал помалкивать, держа ушки на макушке.

– Раньше эта тачка принадлежала старшему сыну Григория Ивановича, – сообщила Бондарю Милочка, когда они уселись в темно-зеленый «Бьюик». – Правда, классная?

Вопросительно приподняв ухоженные брови, она развернулась к собеседнику, то ли действительно имея в виду автомобиль, то ли предлагая полюбоваться своей сильно декольтированной грудью под распахнутым плащом.

Бондарь, которому было неловко осознавать себя пассажиром этой фифы, передернул плечами:

– Не хотел бы я иметь машину, запчасти к которой нужно выписывать из-за границы.

– Ой, тоже мне проблема! – беспечно воскликнула Милочка. – Были бы деньги.

– А у вас их, надо понимать, хватает?

– Женщине совсем необязательно быть богатой. Ей достаточно иметь рядом богатого мужчину.

– Вы удачно вышли замуж? – предположил Бондарь.

– Нет, – призналась Милочка. – Но зато у меня есть один перспективный москвич на примете. Босс снабдил его шикарным авто с персональным водителем и выдал ему кругленькую сумму на карманные расходы. Чем не жених? – Милочка лукаво улыбнулась. – Вот, кстати, ваши деньги, Евгений. Здесь ровно три тысячи долларов.

С этими словами она извлекла из сумочки конверт и протянула его Бондарю. Когда он попытался забрать его, Милочка слегка придержала конверт холеными пальчиками и доверительно сказала:

– Григорий Иванович велел мне сопровождать вас повсюду и исполнять ваши любые просьбы. Любые, понимаете?

– Угу, – буркнул Бондарь, – понимаю. Заодно Григорий Иванович приказал вам докладывать ему о каждом моем шаге. Лучше бы он мне доверенность на автомобиль выписал.

Милочка оставила камешек в свой огород без внимания.

– Обязательно выпишет, – сказала она с убежденностью профессиональной предсказательницы. – Не сегодня, так завтра.

– Не завтра, так послезавтра…

– Вот видите, как мы хорошо понимаем друг друга. – Наградив спутника лучезарной улыбкой, секретарша Пинчука включила зажигание и, не прибегая к помощи рук, сбросила туфли, чтобы двенадцатисантиметровые каблуки не мешали ей манипулировать педалями. – Куда прикажете, шеф? – задорно осведомилась она.

– Шеф у вас остается прежний, – охладил ее пыл Бондарь.

– Иметь сразу двух начальников гораздо выгоднее, чем одного. – Слово «иметь» в устах Милочки прозвучало довольно вульгарно. Позволив спутнику хорошенько осмыслить сказанное, она притормозила на перекрестке и добавила: – В любом случае я назначена вашим гидом, а гид – птица подневольная. Так что командуйте, не стесняйтесь. Относитесь ко мне, как к золотой рыбке, исполняющей любые желания.

– Прежде всего я хотел бы определиться с гостиницей, – сказал Бондарь.

– Само собой, – кивнула Милочка. – Я так и знала, что Григорий Иванович не рискнет поселить вас в своем доме.

– Он меня опасается?

– Он опасается, что кто-нибудь отобьет у него молодую жену. Красивая, стерва. Красивая и породистая.

– У Григория Ивановича есть основания для ревности?

– У всех без исключения мужчин есть основания для ревности, уж поверьте моему женскому опыту.

– Вы хотите сказать, что Оксана изменяет мужу?

– Не в том смысле, на который вы рассчитываете.

– Я ни на что не рассчитываю, – буркнул Бондарь.

– Ой ли? – Милочка расхохоталась, заманчиво сверкая золотой коронкой. – Посмотрим, что вы запоете, когда увидите эту особу. Положа руку на сердце, – она прикоснулась к груди, – мне вас заранее жаль, Евгений. Это будет для вас серьезным испытанием.

– Оксана настолько красива?

– Говорю же вам: породистая стерва.

«Кто же тогда ты сама, девочка?» – мысленно спросил Бондарь, после чего решил сменить тему разговора:

– Я хотел бы поселиться где-нибудь в центре.

– Григорий Иванович распорядился отвезти вас в «Пассаж», это самый центровой отель, – заверила его Милочка, беспрестанно подрезая попутные автомобили и перестраиваясь из ряда в ряд. – Но сначала придется заглянуть к администратору гостиничного хозяйства города.

– У вас в городе проблемы с номерами? – изумился Бондарь.

– У нас проблемы с приличными номерами. Вы же не хотите жить в каком-нибудь клоповнике с видом на мусорник?

– Вообще-то мне приходилось обитать и в местах похуже.

– Но не в одесских шалманах стоимостью сто баксов в сутки, – уверенно сказала Милочка. – С москвичей в Одессе дерут по первому разряду, зато обслуживают их по самому низшему. Вот поэтому мы и завернем на улицу вице-адмирала Жукова. Это совсем рядом с «Пассажем», так что времени мы потеряем немного. Зато сбережем нервы и деньги.

– Сдается мне, – промолвил Бондарь, – сдается мне, что администратор гостиничного хозяйства Одессы – мужчина.

– И очень видный, – подтвердила Милочка без тени смущения. – Раньше на его месте сидела старая мымра, так она мне однажды заявила, что скорее сдохнет, чем станет иметь со мной дело. И что вы думаете, Женя? Не прошло и двух дней, как она сдержала слово!..

– С тобой не соскучишься, – только и смог сказать Бондарь.

– О, мы перешли на «ты», – обрадовалась Милочка. – Наконец-то. А скучать со мной действительно не приходится, или я не баба? – Заехав двумя колесами на тротуар, Милочка заглушила мотор «Бьюика» и, нащупывая босыми ступнями сброшенные туфли, кокетливо добавила: – Именно поэтому мне выделят самый лучший номер, который есть в «Пассаже». – Проворно обувшись, она открыла дверцу и приготовилась выбраться из машины. Ворвавшийся в салон свежий воздух не сразу развеял аромат ее духов.

– Возьми мой паспорт, – спохватился Бондарь, когда Милочка картинно выставила ноги на мостовую.