Акула пера - Светлана Алешина

Но все это было пока в будущем, и нас с Виктором больше занимало, сумел ли что-нибудь выяснить Ромка, побывав в доме Самойловой. К тому времени, как мы вернулись в редакцию, он еще не показывался, но беспокойства это у нас не вызвало: мы-то были на машине, а бедному Ромке приходилось передвигаться общественным транспортом.

Он появился примерно через полчаса, чрезвычайно гордый и сияющий как медный пятак. Сразу было понятно, что его разведывательная акция принесла какие-то плоды. Но он не спешил докладывать о своих успехах.

— Мне бы чашечку кофе, — небрежно заметил он, с видом победителя усаживаясь в кресло. — А то в горле что-то у меня пересохло.

— Джеймс Бонд вернулся, — прокомментировала Маринка и с фальшивой угодливостью добавила: — Может быть, капельку коньяку, сэр?

— Коньяк до исполнения совершеннолетия является административным правонарушением, — немедленно сообщила я. — А если речь идет о намеренном вовлечении несовершеннолетнего в это административное правонарушение, то речь может уже идти об уголовной ответственности лица, вовлекшего…

— Да я не прошу коньяка! — завопил Ромка. — Я прошу чашечку нормального кофе! Я что — не имею права?

— Маринка, мигом приготовь человеку кофе! — распорядилась я. — А ты давай выкладывай, с какой радости у тебя такой гордый вид!

Ромка самодовольно улыбнулся и сказал:

— Есть ваш грабитель! Его там видели! Осталось его подкараулить и…

— Ты толком рассказывай! — поморщилась я. — Выводы мы будем сообща делать.

— Ну, в общем, заявился я на Садовую, где Самойлова живет, — начал объяснять Ромка. — В ее квартиру соваться не стал, а позвонил соседям. Женщина какая-то открыла. Я, как и договаривались, представился разносчиком телеграмм и вежливо так спрашиваю, не знает ли она, где можно найти гражданку Самойлову, потому что в квартире никого нет, а у меня для нее срочная телеграмма. Соседка сказала, что Самойлову уже давно не видели, и предложила оставить телеграмму у нее. Но я сказал, что должен вручить лично, мол, у нас с этим строго. Тогда соседка посоветовала мне сходить к Самойловой на работу, но тут выяснилось, что она понятия не имеет, где та работает. Стали звонить к другим соседям — дома была девчонка лет пятнадцати. Она тоже не знала, где Самойлова работает, но зато она сказала, что Самойлова, наверное, куда-то уехала, потому что они с подружками до позднего вечера торчат во дворе, но за последнюю неделю ни разу Самойлову не видели. Зато один раз они видели, как ночью в ее квартиру входил незнакомый мужчина.

— А ты не догадался спросить, как он выглядит? — воскликнула я.

— Как это я не догадался?! — возмущенно ответил Ромка. — Конечно, я спросил. Но что взять с этих девчонок? Сказала, обыкновенный мужик, пожилой, серьезный такой… Но больше она его не видела. Скорее всего, он стал осторожнее и выходит только глубокой ночью — вот что я думаю!

— Молодец, Ромочка! — с чувством сказала Марина, наливая в чашку ароматный кофе. — Ты заслуживаешь награды! Тебе как подать: на золотом подносе или удовлетворимся обыкновенным?

— Спасибо, я сам возьму, — буркнул Ромка. — Можешь на подносе своим женихам кофе разносить!

— Фи, как это грубо! — поджав губы, заметила Маринка. — Не завидую той девочке, которая в тебя влюбится: ее ждет тяжелое испытание!

— Ладно, хватит трепаться! — сказала я. — Нужно хорошенько обдумать эту новость. Неужели грабитель действительно поселился в квартире Самойловой?

— Да надо просто выследить его и спросить об этом напрямую! — решительно заявил Ромка.

— А он тебе так и скажет — ах, Ромочка, это я! Прими у меня явку с повинной! — язвительно заметила Маринка.

— Вот и посмотрим, что он тогда скажет! — упрямо огрызнулся Ромка.

Сергей Иванович Кряжимский жестом спортивного арбитра поднял вверх руки.

— Тише, молодежь, тише! — призвал он. — Мне хотелось бы сразу предостеречь вас, чтобы вы не слишком увлекались. Мы же с вами не в компьютерную игру играем. Здесь нужно руководствоваться древним проверенным принципом: семь раз отмерь, один раз отрежь. Скоропалительные решения здесь не годятся… Вот, например, ты, Рома, предлагаешь этого человека выследить и, насколько я понял, задержать, так?

— Ну, так, — настороженно ответил Ромка.

— Но ты забываешь о том, что у нас нет никаких прав осуществлять задержания, аресты и тому подобное. А если этот человек окажется каким-нибудь племянником Самойловой? Мы можем попасть в очень неловкое положение. Но даже допустим, этот человек — преступник. Тогда его задержание неизбежно будет связано с очень серьезной опасностью. Чьей жизнью ты предлагаешь при этом рисковать — своей, моей, Виктора? Это несерьезно, мой юный друг!

— Да Виктор его одной левой… — смущенно начал Ромка, не желая сдаваться.

— Хорошо бы тогда и Виктора спросить, готов ли он пустить в ход свою левую, — невозмутимо заметил Кряжимский. — Но дело даже не в этом. Представь себе, что этот человек в наших руках, — а дальше что? Какие у нас доказательства, что это именно он ограбил квартиры? Сам-то он в этом не признается, как верно сказала Мариночка.

— Найдем доказательства, — уже без особой уверенности возразил Ромка.

— И какую юридическую силу будут иметь эти доказательства? — спросил Кряжимский. — Например, его карманы набиты похищенными драгоценностями — так он просто заявит, что не имеет к ним никакого отношения и все это добро ему подбросил наш Рома.

— Ну а что же делать-то? — растерянно произнес курьер, обводя нас обиженным взглядом.

— Собирать информацию, — хладнокровно объяснил Кряжимский. — За квартирой Самойловой, конечно, стоит понаблюдать, но, например, мне представляется, что это мало что даст.

— Мы можем увидеть преступника, — возразила я. — Пока мы только знаем, что это некий мужчина средних лет…

— Ну да, обыкновенный, — подхватил Кряжимский. — И, возможно, это не преступник вовсе.

— Но ведет-то он себя осторожно, — напомнила я. — Слишком осторожно для обыкновенного человека.

— Поэтому-то я и полагаю, что он уже сменил укрытие, — сказал Кряжимский.

— Да что мы будем гадать! — вмешался Виктор. — Сегодня же ночью и проверим!

— А можно, я тоже приму участие? — воспрял духом Ромка. — Тем более что я уже там был.

— Тем более тебе там делать нечего! — решительно заявила я. — Может, тебя изучили в дверной «глазок» до малейшей детали. Наблюдением займемся мы с Виктором. Возражения есть?

По лицу Ромки было видно, что у него имеется целый набор возражений, но он не стал их обнародовать, почувствовав мое настроение. Нам с Виктором оставалось без помех обсудить план действий на предстоящую ночь.

— Обязательно захватите с собой покушать, — заботливо посоветовала Маринка. — Когда ночью не спишь, ужасно есть хочется! Я это по себе знаю. Хотите, я сварю вам кофе про запас? В термосе он долго будет горячим…