От/чет - Василий Сретенский

Тебя я не забуду ввек». —

Надежней я в Твоем Сионе,

Чем в матернем младенец лоне,

Коль так Сиону сам Ты рек.

Не назову я духа телом.

Не нареку и духом плоть;

Мечтая в воображеньи смелом

Постигнуть, сколь велик Господь.

Ты не объят числом и мерой. —

Но что блаженнее, коль верой

Жить буду, в сердце мысль храня,

Что пред Тобой весь круг Вселенны

Есть миг лишь с Вечностью сравненный,

И — помнишь, Боже! Ты меня.

Чем дальше мысли углубляю

В сокровище Духовных благ:

Творец! тем больше ощущаю,

Сколь беден я и слеп и наг.

Твои ж щедроты неизследны,

К Тебе зову из мрачной бездны:

Пошли мне Духа Твоего.

Он там, где хощет, жизнью дышит;

Сердцами кротким к благу движет:

Он жизнь, Он есть душа всего.

Моя мысль в бездне погрязает,

Мой дух желания томят;

Мой жаждет взор — изнемогает;

Но знаю я…

Последние несколько строк в сканер не попали, но это никак не могло помешать восприятию поэмы как в целом, так и в частностях. И вот мой вывод: если есть на свете снотворное лучше, то я его не знаю. Мне хватило 12 строф! Проснулся в два часа ночи на своем диване, но в одежде и при свете. Пошел принял душ, и сон совсем прошел. Лег, выключил свет. Раз, два, три, четыре, тыща. Включил свет, дочитал поэму. И вот мой второй вывод: поэма отчетливо масонская. Даже не посвященному в тайны учения, но хотя бы отчасти знакомому с масонской литературой это становится ясно с первых же строк.

Во-первых, в последней строке первой строфы Бог именуется «Творцом благих духов», в смысле ду́хов, что соответствует масонской традиции видеть в человеке последнее творение духовного мира и первое творение материального. Достаточно вспомнить второй параграф первой главы сочинения Ивана Лопухина «Некоторые черты о внутренней церкви», где он пишет, дай Бог памяти: «Дух Божий царствовал в духе Адамове, проникал светом своим все свойства души, все его чувства — и одевал его сиянием оного, яко ризою».

Автор, кстати, обращается к Творцу и Создателю, но не к Сыну (Христу), что опять-таки соответствует масонской традиции знания, уходящего в глубины дохристианского мира. Между прочим, Спаситель в поэме тоже не Иисус, а Бог-Творец.

Во-вторых, два стиха третьей строфы («А ты свет истинных познаний / Забвеньем от меня сокрыт») воспроизводят одно из главных положений масонства о тайном, истинном знании, подученном человечеством (Адамом, Моисеем, пророками, волхвами, мудрецами Египта) непосредственно от божества и забытом впоследствии.

В-третьих, в поэме жестоко эксплуатируются масонские образы:

солнце (правды) — главное начало деятельности, все работы масонов строились с учетом положения солнца;

вода— источник жизни, возрождение, очищение от скверны;

капля крови — символизирует искупление Христом человечества, у масонов — вступление в орден;

хлеб — духовная пища, символизирует преодоление соблазнов.

В-четвертых, строки «Надежней я в Твоем Сионе / Чем в матернем младенец лоне» отсылают к знаменитому масонскому гимну Хераскова «Коль славен наш Господь в Сионе».

В-пятых, насколько я помню, в «Нравоучительном катехизисе истинных франкмасонов» правило восьмое изложено так: «Какие суть самые верные знаки последования Иисусу Христу? — Чистая любовь, преданность, крест». «Преданность» — это, по сути, вся поэма целиком. «Любви» посвящена целая строфа. Только до нее добраться надо и не заснуть. Ara, вот — № 14 от начала:

Любовь душа всея вселенной;

Отец Любви — Любовь — сам Бог:

Любовь для смертных дар бесценной,

Всех благ единственный залог.

Что больше на земли прелестно.

Что больше в небесах любезно,

Любви божественной, святой? —

Еще отец любви! взываю.

Стократ мольбы усугубляю,

Дай духа мне любви благой.

Еще пять строф вниз — и пожалуйста, «крест»: «Здесь при кресте я отдохну». Следующая строфа: «Так вера истину стретая… Составит светоносный крест». Еще две строфы вниз: «Тогда на крест Христов взирая / Паду к подножию его».

И самое главное — строфа шестая от конца:

Свобода возноситься духом,

Твои доброты созерцать:

Твой глас внимать открытым слухом;

Свобода говорить — молчать.

Свобода избирать благое.

Решительно отринув злое;

Труды, насилия нести,

В любви дух мирный сохраняя,

Весь ум в завет Твой погружая.

От страстных сердце уз блюсти.

Этот гимн свободе воли отражает важнейший постулат масонства о свободном движении к истине, без которого постижение тайного знания невозможно. Тот же Лопухин писал, что Создатель «сотворил человека безмерно блаженствовать в неописанном раю сладости, дабы паче его возвеличить, одарил его свободною волею».

Ну-ка, напоследок вернемся к кресту. В первом случае он упомянут в сочетании со «свободой» и «светом». И во второй раз крест «светоносный», место встречи «веры» и «истины». В третьем случае он представляет собой «место духа».

Все это говорит о том, что автор был не просто масон, а скорее всего розенкрейцер, рыцарь «Розы и креста», или «Златорозового креста», в зависимости от транскрипции. Это течение в масонстве ведет свою родословную от легендарного германского рыцаря Христиана Розенкрейцера, который вывез тайное знание из поездки по Востоку и Индии в 1378 году. Его последователями считаются знаменитые мистики Агриппа Неттесгеймский, Папацельс и Нострадамус. А первые известные организации розенкрейцеров возникли около 1622 года под началом некоего Христиана Розе.

В России розенкрейцерство было основано Новиковым, рыцарем ab ancora, и Шварцем, рыцарем ab aequitate, в самом начале 1780-х годов, и доминировало в масонстве до ареста Новикова и запрещения масонских лож в 1792 году, вслед за чем уступило влияние шведской системе.

Здорово я себе посреди ночи лекцию прочитал! Интересно, есть ли в психиатрии такой диагноз: преподавание самому себе? И скоро я дойду до сдачи себе зачета? Нет, зачет — слишком слабо. Сейчас я спать лягу, а завтра после полуночи начну себе билеты экзаменационные составлять.