Убей меня по-братски - Марина Серова

На этом видео оборвалось. Гриша собрался отворить дверь и отключил запись.

Я обратила внимание, что это видео было единственным на его страничке. Поэтому для меня лично это осталось загадкой: почему он решил его выставить. Словно что-то чувствовал или хотел этим что-то сказать. Мне стало интересно, видела ли это видео Вероника. И я едва не позвонила ей, но заметила, что время не самое удобное для звонков. Было уже почти три часа ночи.

Закрыв ноутбук, я решила, что пора бы и поспать. Но тут увидела на телефоне непрочитанное сообщение. Странно, что я его не услышала раньше. Кто-то с неизвестного номера прислал сообщение час назад с просьбой встретиться и поговорить. Незнакомец назначил встречу в центральном парке завтра в двенадцать часов на скамейке у каруселей. В конце он приписал, что «дело касается Г.Я.».

Что ж, все становится интереснее. Я так и знала, что это не просто сердечный приступ. С этими мыслями я заснула.

Утром меня разбудил телефонный звонок. Я понятия не имела, сколько времени, но похоже, выспаться я успела.

– Тань, включи телевизор, наши местные новости на втором канале, – протараторила Ленка.

– Я вообще-то еще сплю. А что там?

– Там про Гришу показывают. Говорят, что его, возможно, убили. Это что, правда?

Я подскочила с кровати и бросилась к телевизору. Пока я его включила, сюжет уже почти закончился. Единственное, что я увидела, так это как корреспондент говорит о том, что следствие решает вопрос о возбуждении уголовного дела.

– Лен, я тебе перезвоню. Возможно, произошла какая-то утечка информации.

Я сбросила подругу и тут же набрала Кирьянова.

– Слушаю. Кирьянов, – ответил Володя, сняв трубку.

– Вов, ты смотрел наши местные новости?

– Сегодня пока было не до этого. А что там?

– Кто-то слил прессе информацию о Грише.

– Какую именно?

– Я не видела весь сюжет, но, со слов Ленки, журналист говорил об убийстве. Это информация от вас?

– Конечно, нет! – возмутился он.

– Тогда откуда они узнали?

– Понятия не имею. Пусть в этом разбирается наша пресс-служба.

– И что вы решили с делом?

– Я разговаривал сегодня утром с Головиным.

– И что он ответил?

– Он считает, что ты всячески пытаешься перейти ему дорогу.

– Но ты же знаешь, что я не преследую такой цели? Правда ведь?

– Не думаю, что тебе это надо. Я знаю тебя, Иванова, не один год. Но также знаю, что ты в лепешку расшибешься, но добьешься своего.

– Так будет дело или еще нужны доказательства?

– Проведем доследственную проверку, а дальше видно будет.

– Кто ее будет проводить? Головин?

– Да, поскольку он прибыл на труп, то и поручили ему. Извини, но я сделал все, что мог. Только ты к Головину пока не суйся, ладно? Если что, информацией постараюсь подсобить.

– Да что ж я, не понимаю, что ли? – досадливо буркнула я.

Я и впрямь понимала, что окажусь крайней в глазах следователя. Кто знакомился с делом? Кто пытался доказать, что это – убийство? Таня Иванова, частный детектив. Кто подставил следователя несколько лет назад? Частный детектив. Хм… Да, к нему в ближайшее время лучше не лезть.

– Хоть на этом спасибо, – положила я трубку.

Единственное, чего мне сейчас хотелось больше всего, так это залезть под душ. И непременно под контрастный. Свежий кофе и сэндвич с ветчиной, сыром и листом салата стали приятным дополнением к утренним водным процедурам.

До встречи с незнакомцем в парке оставалась пара часов. Наверное, кто-то назовет безрассудным поступком идти неизвестно к кому. А вдруг это маньяк, который таким образом заманивает молодых девушек? Или преступник, решивший расправиться со мной как с наиболее опасной фигурой в этом раскладе? В самом деле, полиция дело закрыла. И не откроет, если не появится свежих фактов. Сами они не будут рыскать в поисках доказательств. Устранить меня – и проблема решена.

На всякий случай я положила «макарова», свой пистолет, в сумку. Больше чем уверена, что он мне не пригодится, но с ним будет спокойнее. Да к тому же встреча назначена в многолюдном парке, а не в темном переулке.

Я приехала в Центральный городской парк немного заранее. На удивление, в нем было не очень много людей. В основном мне попадались навстречу молодые мамочки, прогуливающиеся с колясками.

Я села на одну из скамеек, предварительно расчистив ее от снега, я начала присматриваться к окружающим.

На соседней лавочке расположился дедушка. Он читал газету, что в наше время редкость и уже вызывает подозрения. Рядом стояла его трость. Но я, видимо, так на него пялилась, что спустя пару минут, закрыв газету, он аккуратно свернул ее в трубочку и засунул во внутренний карман пальто. Затем поднял воротник, сильнее натянул на уши шапку, взял в руки свою палочку и неспешным шагом пошел в противоположную от меня сторону, не оглядываясь.

«Точно не он», – подумала я.

Сидеть на одном месте было достаточно некомфортно и холодно. Как-никак, а на дворе без пяти минут календарная зима. Поэтому я встала со скамейки и решила походить туда-сюда.

Вдруг в назначенном месте появился молодой парень. Возраста он был примерно такого же, как и Гриша. Он что-то рассматривал в телефоне, и я уж было намерилась подойти к нему. Но тут к парню подбежала девушка, и они слились в поцелуе. И снова обозналась.

– Татьяна? – неожиданно услышала я за спиной грубоватый женский голос.

– Да, – обернулась я. – А вы кто?

– Мы можем поговорить с вами где-нибудь в тихом и теплом месте? А то тут чересчур холодно.

– Я могла бы предложить вам мой офис. Это квартира, где я принимаю клиентов. Буквально в паре кварталов от парка. Могли бы туда проехать. Но только сначала прошу вас все-таки представиться.

– Меня зовут Полина. Я биологическая мать Григория Яшина. – Вот это поворот! А эта-то откуда взялась? – Давайте проедем к вам. После двадцати с лишним лет жизни в Турции я отвыкла от российской зимы. И