Пуаро ведет следствие - Агата Кристи

Мы сразу же согласились и отправились в ресторан на такси.Мистер Филип был уже там и весьма удивился, увидев свою невесту в обществе двухнезнакомых мужчин. Он оказался приятным молодым человеком, высоким и опрятным,с висками, тронутыми сединой, хотя на вид ему было не больше тридцати.

Мисс Фаркуар подошла к нему и положила руку на плечо.

— Извини меня, Филип, что я пригласила этихджентльменов, не посоветовавшись с тобой. Позволь представить тебе мсье ЭркюляПуаро, о котором ты, наверно, много слышал, и его друга, капитана Гастингса.

Риджвей был потрясен.

— Конечно, я слышал о вас, мсье Пуаро! —воскликнул он, пожимая руку великому сыщику. — Но мне и в голову не моглоприйти, что Эсме решит посоветоваться с вами о моем… о нашем несчастье.

— Я боялась, Филип, что ты не позволишь мне сделатьэто, — кротко сказала мисс Фаркуар.

— И потому решила себя обезопасить, — заметилРиджвей с улыбкой. — Надеюсь, мсье Пуаро, вам удастся пролить свет на этуневероятную загадку. Я просто потерял голову от волнений и тревог.

И в самом деле, лицо его было измученным и осунувшимся.

— Хорошо, — сказал Пуаро, — давайтепозавтракаем и вместе обсудим это дело. Я хочу услышать всю историю от самогомистера Риджвея.

Пока воздавали должное великолепному бифштексу и пудингу,Филип Риджвей изложил обстоятельства исчезновения облигаций.

Его рассказ полностью совпадал с тем, что мы уже услышали отмисс Фаркуар. Когда он кончил, Пуаро задал вопрос:

— Мистер Риджвей, а как вы узнали, что облигациипохищены?

Риджвей горько рассмеялся.

— Это сразу бросилось в глаза, мсье Пуаро. Мой саквояжв каюте наполовину торчал из-под полки. Он был весь исцарапан и изрезан там,где пытались взломать замок.

— Но, насколько я понял, он был открыт ключом?

— Совершенно верно. Вору не удалось взломать замок, нов конце концов он каким-то образом сумел его открыть.

— Любопытно, — сказал Пуаро. В глазах его появилсяхорошо знакомый мне зеленоватый свет. — Очень любопытно! Сначала тратитсямасса времени, чтобы взломать замок, а потом — sapristi![38] —взломщик вдруг обнаруживает, что у него есть ключ. А ведь каждый хаббсовскийзамок уникален!

— Именно поэтому у вора не могло быть ключа!

— Вы в этом убеждены?

— Клянусь честью! Кроме того, если есть ключ, зачемтратить время на взлом замка, взломать который просто невозможно.

— Ага! Если мы найдем разгадку, то именно благодаряэтому удивительному факту. Прошу не обижаться на мой вопрос: вы абсолютноуверены, что не оставляли саквояж открытым?

Филип Риджвей лишь взглянул на Пуаро, и тот сделализвинительный жест.

— Да-да, я вам верю, хотя такие вещи и случаютсяиногда. Значит, облигации были украдены не из-за вашей оплошности. Но что жепотом сделал с ними вор? Как он ухитрился сойти с ними на берег?

— В том-то и дело! — вскричал Риджвей. — Окраже было сообщено таможенникам, и каждую живую душу, покидавшую корабль,буквально прочесали.

— А облигации, я полагаю, были в большом пакете?

— Конечно. Их вряд ли спрятали на пароходе —безусловно, их не спрятали, потому что буквально через полчаса после прибытия«Олимпии» их начали распродавать мелкими партиями.

Я еще не успел послать телеграмму в Лондон, чтобы мнесообщили номера облигаций, когда их уже продали. Один маклер даже уверял меня,что купил несколько облигаций до прибытия «Олимпии».

— А не проходил ли мимо парохода быстроходный катер?

— Только служебный и после тревоги, когда все уже былинастороже. Я сам следил, чтобы их не могли передать таким образом. Боже мой,мсье Пуаро, это сводит меня с ума! Люди начинают говорить, что я украл их сам.

— Но ведь вас тоже осматривали, когда вы сходили наберег? — деликатно спросил Пуаро.

— Да, конечно. — Молодой человек смотрел на Пуароозадаченно.

— Я вижу, что вы не уловили моей мысли, — сказалПуаро, загадочно улыбаясь. — А теперь я хотел бы произвести некоторыерасследования в банке.

Риджвей достал визитную карточку и написал на ней несколькослов.

— Покажите это, и мой дядя примет вас немедленно.

Пуаро поблагодарил его, попрощался с мисс Фаркуар, и мыотправились на Треднидл-стрит, где размещался Лондонский и Шотландский банк. Мыпредъявили карточку Риджвея, и клерк провел нас через лабиринт конторок истолов в маленький кабинет на первом этаже, где нас приняли оба генеральныхдиректора. Это были важные господа, поседевшие на службе в банке. МистерВавасур носил короткую седую бородку, а мистер Шоу был гладко выбрит.

— Насколько я понимаю, вы занимаетесь исключительночастным сыском, — сказал мистер Вавасур. — А мы полностью положилисьна Скотланд-Ярд. Этим делом занимается инспектор Мак Нейл, по-моему, оченьспособный следователь.

— Нисколько не сомневаюсь, — вежливо ответилПуаро. — Разрешите мне задать несколько вопросов по делу вашегоплемянника. Во-первых, относительно замка. Кто его заказывал Хаббсам?

— Я заказал его лично, — сказал мистер Шоу. —Это дело я не доверил бы ни одному клерку. Что же касается ключа, то один ключбыл у мистера Риджвея и по одному ключу у меня и мистера Вавасура.

— И ни один клерк не имел к ним доступа?

Мистер Шоу вопросительно взглянул на мистера Вавасура.

— Думаю, не ошибусь, сказав, что ключи все времяоставались в сейфе, куда мы положили их двадцать третьего числа, — сказалмистер Вавасур. — К сожалению, мой коллега заболел две недели назад — какраз в день отъезда Филипа — и только недавно поправился.

— Тяжелый бронхит не шутка для человека моеговозраста, — сказал мистер Шоу печально. — Боюсь, мистер Вавасурслишком устал от тяжелой работы в одиночку, да еще эта история с облигациями…

Пуаро задал еще несколько вопросов. Я понял, что он оченьстарался выяснить степень близости между дядей и племянником. Ответы мистераВавасура были краткими и точными. Его племянник был доверенным служащим банка,он не имел долгов или денежных затруднений. Он и в прошлом исполнял подобныепоручения. Наконец мы вежливо распрощались.

— Я разочарован, — сказал Пуаро, когда мыоказались на улице.