Дело толстых - Оксана Обухова

— В точку, Валерыч. Кто-то стукнул. Начальство «Гелиоса» хотело ситуацию спустить на тормозах, не выносить сор из избы. Но не получилось, даже собаку похоронить не успели. Приехали парни из «Кредита» и забрали тело.

— Быстро партнеры сработали, — пробормотал Тарасов. По оговорке полковника Валерыч понял: в деле есть интерес крупного банка «Кредит доверия». А это серьезная фирма… и головная боль.

— Еще бы. Такие деньги в ход запущены. Семьсот тысяч — это мелочи. На строительстве клиники уже три миллиона чужих денег освоено. Не рублей, как понимаешь…

— Солидно, — протянул Тарасов. Хотя, несмотря на «солидность», заниматься делом, которого и в принципе не было, капитану не слишком хотелось. — Чего ты от меня-то хочешь, Николай Иваныч?

— Походи там на мягких лапах, Миша. Погляди, воздух понюхай…

— С какой стати? — Капитан затушил окурок в пепельнице и отнес ее на подоконник, дальше от вынужденно не курящего приятеля. — На каком основании? Насильственная смерть пса Тяпы?! Да со мной и разговаривать не станут! Дело не заведено, оснований никаких — деньги на месте, Гольдман отдыхает…

— Разговаривать с тобой, Михаил Валерьевич, будут, — жестко произнес полковник. — Никуда не денутся.

— Просьба партнеров? — с пониманием усмехнулся Тарасов.

— Да. Таким людям в просьбе не отказывают.

— Пошли своих орлов, — предложил капитан.

— Валерыч, нельзя орлов, — грустно и просительно произнес Морозов. — Там парить не надо, там надо тихонько по щелям проползти… извини. Мне ты нужен. Походишь, посмотришь, если кто чего и унюхает, то только ты. Кстати, отпуск у тебя через неделю? Управишься — поедешь с Марьей в санаторий МВД. Две путевки гарантирую.

— Взятку предлагаешь? — уколол Тарасов.

Полковник махнул рукой, откинулся в кресле и проговорил:

— Думаешь, мне самому это приятно? Но там, — Морозов ткнул пальцем в потолок, — приказы не обсуждают. Даже неофициальные. Меня уже в субботу утром на даче разыскали, попросили направить человека в «Гелиос» и ситуацию провентилировать.

— Может, все-таки орлов? — не сдавался Тарасов.

— Эх, капитан, никогда тебе не быть майором, — поморщился Николай Иванович, — нет в тебе карьеризма. Представление на тебя полгода лежит, а Володин зажимает звездочку. Разберешься с «Гелиосом», нажму на Володина как следует — получишь майора.

Карикатура со свиньей в фуражке дорого стоила Тарасову. Модель карикатуриста пошла в кадры управления и мстила званиями.

— Ну, по рукам?

— Черт с тобой. Давай по делу.

Полковник придвинул к себе исписанный блокнот и начал делиться информацией:

— Фирма «Гелиос» была основана в 1997 году. Владелец — Гольдман Борис Аркадьевич, гражданин России, племянник крупного бизнесмена из Швейцарии. Кстати, племянник единственный. Дядюшка сам из бывших — вторая волна эмиграции. Ну, о самой фирме вот здесь почитай. — Николай Иванович протянул Тарасову яркий буклет.

— Наркотой здесь не пахнет? — сразу насторожился капитан. — Как-никак фармацевты…

— Замечены не были, — скупо ответил Морозов. — Борис Аркадьевич женат, жену зовут Марта Игоревна. Дама крайне примечательная. — Полковник многозначительно поднял брови.

— Чем?

— В город ее привез Князь. Помнишь Князева Ивана Платоныча?

— Кто не помнит, — буркнул Тарасов.

— Так вот. Была у него подручной. А кое-кто и дочерью называл… Потом по наследству перешла Гольдману.

— Иди ты, — усмехнулся Валерыч.

— Иду дальше, — отшутился Морозов. — Марта Игоревна дама крутая. После дефолта 1998 года так дела повела, мужики вздрогнули. На деньги швейцарского родственника Гольдмана столько недвижимости накупила! Половину очередников расселить можно. Так что тетка с головой. И тылы у нее серьезные. Ты Вову Гудвина помнишь? Нет? Был такой парнишка из доверенных у Князя. — Тарасов наконец кивнул. — Так вот, Гудовин в «Гелиосе» заместитель директора по общим вопросам.

— Крышу держит?

— Работает, — уклонился от прямого ответа полковник.

— Может, им кого из налоговой заслать? — предложил Тарасов.

— Валерыч, ты майора хочешь?! — вспыхнул Николай Иваныч.

— Про санаторий МВД не забудь, — буркнул капитан.

— Вот именно. Сиди и вникай. Кстати, начальником охраны у них Саша Васнецов служит. Не сталкивался? Он у Крылова в отделе был…

— Нет, — коротко ответил Тарасов.

— Ну ладно. Хороший парнишка был…

— Был? — перебил Тарасов.

— Не придирайся к словам! Парень был хороший, правильный. Но зарплата у опера сам знаешь какая. Гудовин с Сашей в одном классе учился, пока на малолетку не загремел. Встретились, предложил работу в «Гелиосе». Кто откажется?

— Я бы точно не отказался, — вставил Тарасов и вернулся к делу: — Почему жена не может точно сказать, когда и куда уехал ее муж?

— Они живут врозь. Она на городской квартире, Гольдман за городом на даче.

— Всегда?

— Почти. Вернее, всегда.

— Почему?

— А вот ты сходи и узнай, — ядовито заметил Морозов. — Буклет раскрой. — Тарасов подчинился. — Фотографию Гольдмана видишь?

С глянцевой бумаги серьезно смотрел невероятный, обрюзгший толстяк. Килограммов сто пятьдесят, не меньше.

— Н-да, с таким в одной постели… тесновато…

— Солидный дядя, — согласился полковник. — Торт, мороженое для него покупали.

— Чем в разных местах жить, — буркнул Тарасов, — лучше б за мужиком следила, на диете держала…

— У богатых свои причуды. Вот распечатка последних звонков Гольдмана с сотового и телефона дачи. Потом ознакомишься.

— Где его и собаку видели в последний раз?

— Служащие в офисе около шести вечера в четверг. Приходящая домработница — она предпочитает называть себя «экономка» — на даче до половины седьмого. Она накрыла стол для ужина и сразу уехала. Гольдман любит кушать в одиночестве.

— Экономка не сказала, Гольдман собирал вещи для отъезда?

— Только начал, так как собирался отправиться на курорт ночным рейсом в пятницу, и время еще было.

— Почему он вылетал так поздно? Дневных рейсов не было?

— Марта Игоревна сказала, что Гольдман не любит прилетать в дневную жару. Он тяжело переносит акклиматизацию.

— Ты уже виделся с женой Гольдмана? — удивился Тарасов.

— Нет, вчера по телефону разговаривал, — поморщился от воспоминаний Морозов. — У меня возникли те же вопросы, что и у тебя. Тогда-то Марта Игоревна и сказала, что, возможно, Борис Аркадьевич отказался от идеи отдыха за рубежом и остался где-то в России.