Полковнику никто не верит - Алексей Макеев

Они медленно прошлись по дороге, глядя себе под ноги.

– Где-то здесь, – заметил Гуров.

– Да уж, – откликнулся Крячко. – Тут бы по свежим следам пошукать. Теперь-то что после драки кулаками махать. Вот сволочи! Всю малину нам испортили!

– Гильзу ищи! – строго сказал ему Гуров. – Что толку языком молоть!

– Иголку в стоге сена! – откликнулся Крячко. – Вот сколько раз он стрелял? Если один, то это вообще голый номер. Найти одну гильзу среди российских просторов – это нереально...

Только он это сказал, как тут же и обнаружил гильзу. Она валялась на земле, тускло отсвечивая сочным латунным блеском.

– Есть! – как ни в чем не бывало, сказал Крячко, наклоняясь. – Гильза самая обычная. То есть стреляли из «макарова» – сто процентов. И вообще толку от этой гильзы...

– Не говори гоп, – остановил его Гуров. – И припрячь ее хорошенько. По этой гильзе мы на ствол можем выйти.

– Можем-то можем, – вздохнул Крячко. – А можем и не выйти.

Он поднял голову и посмотрел вперед.

– Что там дальше?

– Вот сейчас и узнаем – что, – сказал Гуров. – Туда, как сказала Мария, уехали три машины – «Скорая», легковушка и бетономешалка. Не может быть, чтобы от них не осталось никаких следов.

– Особенно от бетономешалки, – поддакнул Крячко.

– Да-а, не дает мне покоя эта бетономешалка! – сказал Гуров. – Неприятный намек в ней содержится. Что-то подсказывает мне – нужно искать нечто похожее на котлован, на фундамент...

– На братскую могилу, короче говоря, – кивнул Крячко. – Тогда лучше поедем. Как говорится, раньше сядешь – быстрее выйдешь.

Они опять забрались в кабину «КамАЗа» и махнули Лехе, чтобы ехал. Некоторое время молчали, обдумывая неприятные варианты, ожидающие их впереди. Леха, который от молчания заметно томился, наконец не выдержал и поинтересовался, знают ли полковники, куда они едут, или катаются просто так, без ясной цели.

– Ну что же, и так можно интерпретировать и эдак, – решил Гуров. – Но ты все же посматривай – не появится ли на горизонте что-нибудь похожее на стройку или овраг какой-нибудь...

Проселочная дорога делала большую петлю среди лугов, а потом раздваивалась. Гуров выбрал поворот направо, потому что в противном случае им явно скоро предстояло вернуться на шоссе. Не исключено, что преступники так в итоге и поступили, но Гурову подумалось, что от трупов они все-таки постарались избавиться в первую очередь.

Поворот направо привел их в некое заброшенное место, поросшее дикими травами в метр вышиной, среди которых там и сям были разбросаны бетонные остовы каких-то строений. Судя по всему, им так и не пришлось подняться над землей выше, чем на метр. Но какие-то работяги здесь, видимо, появлялись совсем недавно – об этом говорили раздавленные стебли чертополоха, развороченная колесами земля, свежие пятна раствора на траве. Сердце у Гурова забилось. Он приказал Лехе остановиться и вышел из машины.

Следы чужого грузовика были основательно размыты дождями – прошлыми и нынешним, но они появились здесь совсем недавно, это стало очевидно. Судя по ним, можно было представить себе, как разворачивалась здесь тяжелая бетономешалка. По следам Гуров вышел к осыпавшейся узкой канаве. Она была почти доверху наполнена уже схватившимся раствором. Гуров оглянулся. Крячко с необычно кислой физиономией из-за его спины рассматривал находку.

– Ну вот и приплыли! – заключил он с отвращением. – Тут, чтобы до истины докопаться, целую бригаду рабочих вызывать надо.

– Раз надо – вызовем, – кратко сказал Гуров. – Но зато к вечеру у нас будет зацепка. Трупы наверняка здесь.

Гуров лично связался с генералом Орловым и объяснил ему ситуацию. Тот сделал вид, будто несказанно удивлен звонком подчиненного.

– Вот дела! Ты уже на свободе, что ли? Сбежал или отпустили? Ну-ну, шучу, конечно... Только учти, тут такое дело, что обвинения с тебя пока не сняты. Ты об этом, может быть, забыл, а я помню. У меня должность такая – все помнить и все учитывать. Кстати, про подписку о невыезде ты, похоже, тоже забыл? Обратно в узилище захотелось? Твои предпочтения, конечно, твое дело, но мне неприятности надоели. Рабочих я тебе пришлю, и следственный комитет поставлю в известность. Но чтобы тебя самого там сию же минуту не было! Исчезни, растворись, сгинь!.. Оставь за себя Крячко и немедленно в Москву!

– Я немедленно не могу, – возразил Гуров. – Во-первых, я сюда на «КамАЗе» добирался, и уехать мне сейчас не на чем, а, во-вторых, ты же, Петр Николаевич, должен понимать, насколько это важно, что мы нашли. Если в нашем распоряжении будут тела тех, кто похищал Марию, мы можем вплотную приблизиться к организаторам...

– Ага, для этого их убивали! – язвительно заметил генерал, – чтобы позволить тебе вплотную приблизиться! В общем, я не знаю про тела, а для тебя сейчас особенно важно не нарушать закон и беречь Марию. По-моему, тебя предупредили, что если не перестанешь рыть землю...

– Ты это всерьез? Мне перестать? – с вызовом спросил Гуров.

– Да! И немедленно! – резко сказал Орлов. – Подумаешь! Кроме него, в МВД некому землю рыть!.. Ты эту манию величия брось! Ты отстранен. Это серьезно. На «КамАЗе» или как-то, но чтобы через час был у меня, понятно?

– Бригада-то когда будет? – хмуро спросил Гуров.

– Будет тебе бригада, – пробурчал генерал. – То есть не тебе, а полковнику Крячко. Тоже, между прочим, старшему оперуполномоченному по особо важным делам! Ты уже движешься в направлении Москвы, или мне подъехать – придать тебе ускорение?

– Считай, что я уже у тебя на пороге, – ответил Гуров.

В душе он, однако, решил совершить некрасивый поступок – ослушаться начальство. Уехать, так и не узнав, кто похоронен в грязной канаве посреди унылого русского поля, было выше его сил. «Семь бед, один ответ, – решил про себя Гуров. – А победителей не судят. Найдем убитых – следствие будет вынуждено считаться с таким фактом, и версии совсем другие появятся. А может быть, и в самом деле сразу выйдем на главного преступника...»

Однако надеждам Гурова так и не суждено было сбыться. Через полтора часа приехали рабочие – с экскаватором, с бульдозером, с генератором и отбойными молотками. Еще два часа они возились с «братской могилой». Однако никаких тел в канаве обнаружено не было. Захоронение оказалось пустышкой. Неведомый водитель бетономешалки вывалил несколько центнеров раствора в никуда. Тупо вывалил, и все. Никаких зацепок в распоряжении Гурова по-прежнему не было. Для проформы он дал распоряжение поднять ковшом еще с полметра земли, но это тоже оказалось напрасным.

День клонился к вечеру. Рабочие укладывали инструмент и рассаживались по машинам. Бригадир сначала все порывался спросить у Гурова, кто оплатит ему рабочий день, но так и не рискнул сделать это – уж слишком суровым выглядел высокий, жилистый полковник, ищущий неизвестно чего в какой-то заброшенной канаве. Момент для вопросов был явно неподходящий.