Солнечный детектив - Александр Рыжов

– Еще больше растолстеет!

– Да он уже девяносто кило весит, – хмыкнул Саня. – Осталось пять скинуть, и будет таким, как на ваших свадебных фотографиях.

Через одиннадцать месяцев после развода Семенов понял, что пришло время исполнять последнее, третье желание, и подал документы на загранпаспорт. Получив его, он приобрел путевку в Таиланд. Именно эту страну он мечтал посетить: осмотреть храмы Бангкока, сплавиться по реке Квай, поваляться на пляжах ближайшего к Паттайе острова Ко Лан и посетить красочное шоу трансвеститов «Тифани». Те же курорты, которые выбирала Наташа, его не манили. Не было в Кемере, Ай-Анапе, Римини никакой экзотики.

– Зато есть сервис, отличная еда, анимация для детей, – возражала она. – И лететь не десять часов!

И брала путевку на себя и сына, а Леша оставался дома мечтать о Таиланде.

…До недавних пор!

– За что пьешь? – услышал он женский голос и встрепенулся. Мысли об ушедших в прошлое отношениях все же посетили и стали мешать празднику. – И почему в одиночестве?

Семенов повернул голову вправо и увидел курносую девушку с растрепанными волнистыми волосами. Она выглядывала из-за перегородки между балконами. Леша узнал ее: вместе сидели на ресепшене и ждали заселения. Кажется, ее звали Машей.

– А вы что тут делаете? – растерянно протянул Леша, проигнорировав ее вопрос. – Вас же в другой корпус заселили. – Ее возмущенные возгласы по этому поводу он слышал за завтраком. Маше не нравилось то, что в ее корпусе все номера были не только без вида на море, но и без балконов, но переселять без доплаты ее отказывались, потому что она бронировала эконом. – А, понял, вы к Гоге в гости пришли!

Так звали соседа Семенова. Гога приехал раньше и на месяц, считал себя чуть ли не местным и хотел взять Лешу под крыло, но после первого же проведенного с ним вечера Семенов от опеки отказался. Причина была в том, что соседа больше всего интересовала ночная жизнь Паттайи, а никак не храмы и пляжи. Даже на диковинных существ, переделанных из мужчин в женщин, Гога предпочитал смотреть не в театре «Тифани», а в грязных забегаловках на задворках главной прогулочной улицы Волкин-стрит. Там они коряво отплясывали на сцене и вымогали у посетителей коктейли. За это плюхались им на колени и обнимали не по-женски крепкими руками. Леша от одного такого еле убежал, а потом и от Гоги, сказав, что ему пора ложиться спать, завтра рано вставать на экскурсию.

– Я теперь ваша соседка, – объявила Маша. – Гога-душка согласился со мной номерами поменяться на неделю. Ему вид на море не нужен, к тому же в корпус-эконом легче провести Чикотку – в нем даже охранника на входе нет.

– Чикотку? – переспросил Леша.

– Так он свою девушку называет. Она массажистка из салона через дорогу. Когда он к ней ходил на массаж ног, она все спрашивала: «Чикотна?» Щекотно то есть. Вот Гоги так ее и прозвал, – со смехом закончила Маша. – Так по какому случаю ты пьешь?

– Отмечаю годовщину развода.

– Вау! Поздравляю!

– Спасибо.

– Я тоже в разводе. Но больше твоего. И тоже отмечала первое время, правда, в компании, так радостнее. – Было понятно, что новая соседка ждет приглашения. И Леша позвал бы ее к себе, она была ему симпатична. Но от активной и разговорчивой Маши потом не отделаешься, а он планировал рано лечь спать – опять утром вставать на экскурсию.

Тут с другого балкона потянуло сигаретным дымом, и Леша понял, что на него вышла другая его соседка, Фрекен Бок. Такое прозвище ей дал тот же Гога. А мужа ее он называл Карлсоном. Парочка действительно отдаленно напоминала героев советского мультфильма: жена крупная, властная, с пучком на голове и скрипучим голосом, а супруг – обаятельный толстячок с копной рыжевато-седых волос. Они были очень разными, но, как ни странно, очень друг другу подходили. Их и звали почти одинаково – Валентин и Валентина.

– Какая бестолковая пошла молодежь, – громко, чтоб ее услышали на соседних балконах, проговорила Валентина, Валюша, как ее называл муж. – Развод – это не праздник, а беда. Поминки, можно сказать. Пить за него можно, но со скорбной миной, ясно вам?

И, возложив на перила балкона монументальные груди, она заглянула через перегородку.

– Вот еще, – фыркнула Маша. – Я только жить после развода начала.

– И я, – поддакнул ей Леша. – Нам не так повезло с супругами, как вам с Валентином.

– Глупости, – отмахнулась от него Фрекен Бок. – Не в везении дело. – Она пыхнула сигаретой. – А в правильной дрессировке.

Это заявление удивило. Не всякая жена признается в том, что загнала своего благоверного под каблук.

– Я кинолог с сорокалетним стажем. Мои воспитанники и полицейские собаки, и поводыри, и просто чемпионы выставок. Но самая большая моя гордость – супруг. Знаете, каким он мне достался? Бестолковым, неуправляемым, кусачим хулиганом. – Она басовито гоготнула. – Реально кусался, представляете? И посмотрите на Валька сейчас! Душка. А какой преданный…

– А он в курсе того, что вы его с псом сравниваете? – осторожно спросил Леша.

– Конечно, я в курсе, – выглянул из-за спины жены Валентин. – Ведь именно я ее к этой мысли подвел.

Фрекен Бок хмыкнула и подмигнула Леше.

– У нас завтра годовщина свадьбы, – сказала она. – Тридцатилетняя, между прочим!

– О, поздравляю.

– И я, – присоединилась Маша. Она взяла на заметку слова Валентины и решила по приезде купить книги по кинологии. Авось и ей удастся выдрессировать какого-нибудь кусачего хулигана.

– Валек решил организовать небольшой сабантуй по этому поводу. Вы приглашены. Подарков не нужно, только присутствие и хорошее настроение.

– Спасибо, но я не смогу, – выпалил Леша. – Завтра у меня экскурсия.

– Днем, – не дала себя сбить с толку Валентина. – Крокодиловая ферма и храм Истины. Ты при мне путевку брал. А мы собираем гостей в восемь вечера.

– Вечеринка состоится на крыше, – добавил Валентин. – Я договорился с управляющим, и нам разрешат пользоваться бассейном.

– Ты ж мой золотой, – похвалила его супруга и погладила по голове. – Так что милости просим, ребятки.

– Я устану после экскурсии и вряд ли смогу…

– Обидишь, – сурово и коротко проговорила она и, затушив сигарету, ушла с балкона.

И Леша понял, что не отвертится, потому что меньше всего ему хотелось кого-то обижать.

* * *

Он явился на вечеринку даже раньше назначенного времени. Боялся: если останется в номере и позволит себе лечь, то уснет. Экскурсия очень Семенову понравилась, но он перегрелся на солнце, чуть обгорел лицом, хоть и мазался, а еще перевозбудился – когда