Топор - Дональд Уэстлейк

После третьего гудка отвечает мужской голос: «Алло?»

Стараясь казаться очень веселым и дружелюбным, я говорю: «Привет, Эверетт?»

«Да, привет», — говорит он.

«Это Чак», — говорю я. «Ей-богу, Эверетт, я не думал, что когда-нибудь найду тебя».

«Прости», — говорит он. «Кто?»

«Чак», — говорю я. «Эверетт? Это Эверетт Джексон».

«Нет, извините», — говорит он. «Вы ошиблись номером».

«О, черт», говорю я. «Прости, я прошу у тебя прощения».

«Все в порядке. Удачи», — говорит он.

Я вешаю трубку и возвращаюсь к «Вояджеру».

В этом районе нет проблем с парковкой. Припаркованные машины занимают примерно половину тротуара на западной стороне, обращенной в сторону от реки, как у меня сейчас. На другой стороне, где находится дом ЭБДА, вообще нет парковки, улица не такая широкая. Ее проложили до того, как здесь появились машины.

Лошадь: переходная технология.

Я паркуюсь почти в квартале от дома 264, перед домом с табличкой «Продается» на лужайке и без занавесок на окнах. Сегодня я не пытаюсь притворяться потенциальным покупателем, я просто не хочу, чтобы домохозяйка смотрела на меня из-за жалюзи, гадая, кто это такой, просто сидя в его машине перед ее домом.

ЭБД дома. Рано или поздно он выйдет. «Люгер» под плащом на пассажирском сиденье. Если он уедет на «Камри», я остановлюсь рядом с ним на красный свет и застрелю его из машины. Если он выйдет подстричь газон, я перейду улицу и застрелю его там. Так или иначе, когда он выйдет, я пристрелю его.

Во время поездки, в течение всего долгого времени, я никогда не думал об EBD или о том, что мне пришлось здесь делать. Я просто думал об исторических силах и обо всем таком. Но сейчас, сидя в «Вояджере» и наблюдая за фасадом того дома, я думаю только о EBD. Быстро и чисто, и покончим с этим. Избавь меня от неприятного привкуса опыта the Ricks. Сделай это простым, как в Everly.

Без четверти четыре. Отец, дочь и велосипед уже давно уехали. Почтальон прошел через квартал, толкая свою трехколесную тележку с длинной ручкой. С запада надвигаются облака, и внутри «Вояджера» становится прохладно.

Я терпелив. Я леопард в тени валуна. Я могу оставаться здесь, не двигаясь, пока не наступит ночь. А потом, когда стемнеет, если он все еще не выйдет из своего дома, я войду за ним.

То есть я обойду дом пешком, загляну в окна, найду его и застрелю. На самом деле я не буду заходить в дом без крайней необходимости, да и то с особой осторожностью. У меня нет никакого желания встречаться с женой или тремя почти взрослыми детьми.

Я буду приспосабливаться к обстоятельствам, но я полон решимости…

Движение, на 264. Открывается дверь, скрытая тенью от широкой крыши крыльца. Выходит мужчина, останавливается, чтобы позвать кого-то внутри, закрывает дверь, спускается с крыльца. Он останавливается там, на вымощенной плиткой дорожке, которая является частью его лужайки, и смотрит вверх. Будет ли дождь? Он поправляет воротник ветровки, плотнее натягивает на голову матерчатую кепку. Он продолжает идти по улице, поворачивает и идет в эту сторону.

Это мой мужчина, ЭБД. Нужного возраста, из нужного дома. Он идет ко мне по дальней стороне улицы. Я могу поднять «Люгер», прижать его к ноге, перейти улицу, спросить дорогу. Он отвернется, указывая пальцем, подняв голову. Я выстрелю ему в ближний глаз.

Моя левая рука на ручке двери, правая тянется под плащ за «Люгером». За полквартала до нас ЭБД останавливается и машет какому-то дому. Он останавливается. Он говорит.

Я хмурюсь и вглядываюсь, и теперь вижу парочку, сидящую вон там, на крыльце. Я никогда не замечал их раньше. Они были там все это время? Из-за того, что зашло солнце, здесь трудно освещать.

Я не могу этого сделать, только не при свидетелях. Моя левая рука оставляет рукоять, правая высовывается пустой из-под плаща.

Через дорогу ЭБД прикасается к своей кепке и идет дальше. Он проходит мимо меня, на другую сторону улицы, там нет припаркованных машин, которые загораживали бы мне обзор. Он высокий мужчина, худощавый, с округлыми плечами. Его голова наклонена вперед и опущена, так что, когда он идет, он смотрит на тротуар прямо перед собой. Его руки в карманах ветровки.

Те люди на крыльце; кажется, пара. Все еще там. Когда я заведу машину, они меня заметят. Я должен ждать здесь как можно дольше, я должен попытаться свести к минимуму любую связь между прохождением EBD и отъездом этой машины.

Я вижу EBD в наружном зеркале, он уверенно удаляется. Он уже больше чем в квартале отсюда и все еще уверенно движется вперед. Я рискую потерять его из виду на минуту или две.

Я завожу «Вояджер». Не глядя на людей на крыльце, я еду вперед, прочь от EBD. Я быстро, но не безумно доезжаю до угла, где поворачиваю направо. Я быстро проезжаю этот квартал и снова поворачиваю направо, а затем в третий раз направо, что возвращает меня на Нижнюю улицу.

Здесь проходит всего несколько крупных улиц с севера на юг; остальные, включая улицу, на которой я сейчас нахожусь, заканчиваются в Пустоте. Я останавливаюсь там у знака «Стоп», затем поворачиваю налево на Пустоту, и EBD совершенно ясен, все еще иду вперед.

Там, где я купил бензин и позвонил по телефону, впереди справа, находится перекресток с шоссе 8, моей дорогой вверх. По диагонали через шоссе 8 от заправочной станции находится закусочная. Я могу припарковаться на его стоянке и оттуда следить за EBD. Как далеко он может уйти пешком?

Я медленно проезжаю мимо него, а он просто методично идет вперед, человек, у которого есть цель, но он не спешит туда добраться. Я продолжаю.

Закусочная под названием SnowBird выходит окнами на шоссе 8, перед ней находится асфальтированная автостоянка, которая огибает его с левой стороны, удаляясь от Нетер-стрит. На перекрестке есть светофор, и он горит красным против меня, когда я подъезжаю. Я останавливаюсь и жду.

В моем зеркале видно, как ЭБД идет по диагонали через Нижнюю улицу позади меня и продолжает приближаться.

Загорается зеленый. Я поворачиваю налево на шоссе 8, а затем направо на парковку закусочной. Я объезжаю ее сбоку и занимаю место у переднего угла, откуда могу наблюдать за перекрестком. Парковка почти пуста.

Я выключаю зажигание и