Искатель, 2001 № 03 - Журнал «Искатель»

— Странно! Я с ней сегодня разговаривал. И снимок этот сделал сегодня. И разговор, кстати, у нас шел о вас. Она вас очень хвалила. Рассказывала, как два года назад приходила к вам зарядить кошелек и после этого сразу разбогатела. Вы ее не помните?

В глазах колдуньи не промелькнуло ни единой искры. Лицо не выразило даже тени эмоции.

— Я ее помню, — произнесла она, глядя журналисту в глаза. — Сразу же после меня она и умерла. Так что сегодня вы беседовали не с ней, а с ее призраком.

Берестов вздрогнул.

— С призраком? — повторил Берестов. — Хм. А я даже не заметил. Выходит, сегодня днем с двенадцатого этажа выбросилась не она, а ее призрак?

В глазах колдуньи снова ничего не отразилось. Так же невозмутимо она промолвила, не отрывая от журналиста глаз.

— Вы не так поняли. Два года назад она умерла для Бога, ибо избрала себе путь служения маммоне.

— А! Ну так бы и сказали! — облегченно выдохнул журналист. — Предупреждать надо, что это иносказание. Если с этой точки зрения подходить, то маммоне сейчас служат все. Вы сами-то кому служите, — усмехнулся журналист, — Богу, что ли? Вы морочите голову гражданам и берете за это деньги. Ваша ложь поставлена на поток. Вы существуете за счет своей лжи и еще имеете наглость утверждать, что не умерли для Бога, а Сверилина, значит, сразу и умерла, как только ей обломились легкие деньги?

— Во всяком случае, на мне Сатана еще не ставил своей печати, — произнесла Анжелика, и взор ее помутился.

— А на Сверилиной, значит, сразу и поставил? — покачал головой журналист. — Стыда у вас нет!

— Уходите! — процедила сквозь зубы колдунья. — И деньги ваши забирайте.

Берестов поднялся, спокойно взял со стола редакционные доллары и фото Сверилиной. Затем молниеносно вытащил из сумки фотоаппарат и, не дав колдунье опомниться, сделал быстрый снимок со вспышкой.

— На память! — радостно щелкнул он пальцами и поспешно ретировался в коридор.

С обаятельной улыбкой он проскользнул мимо парня, и тот беспрепятственно выпустил его из квартиры. Тут же подвернулся и лифт. Берестов запрыгнул в него, спокойно доехал до первого этажа и не ощутил никаких следов погони. Главное, чтобы сразу завелся «Жигуль». Он иногда барахлит. Однако «Жигуль» не подвел. Мотор уже во всю тарахтел, когда охранник с искаженной от негодования физиономией выскочил из подъезда. Машина Берестова тронулась. Парень понесся за ней, но куда там? Журналист завернул за угол, выехал на шоссе и дал полный газ.

Это была удача! Он не только разоблачил магический салон, но и сделал снимок. «Сработал по высшему классу», — улыбался Берестов и уже набрасывал структуру завтрашней статьи. Вот это будет бомба! Да еще с фотографией. «Два года тело ходило без хозяина, а потом бросилось с двенадцатого этажа», — мелькнул в голове подзаголовок. — «Такой вывод сделала известная в Москве колдунья Анжелика, бросив взгляд на фотографию…»

Берестов на ходу набрал телефон редакции и спросил, не ушел ли еще фотограф.

— Нет, но уже собирается домой! — ответила секретарша.

— Тормозни его! Мне нужно срочно передать ему пленку…

И пока Берестов в радостном настроении мчался по Москве в направлении Китай-города, парень с кобурой в совершенно ином настроении, с опущенной головой виновато топтался перед столом своей работодательницы.

— Значит, не догнал? — зловеще качала головой колдунья.

— Он на машине, а я на своих двоих… Как догнать?

— Ты зачем вообще его пустил? — метала искры колдунья. — Это же тот самый журналюга, который приходил в пятницу.

— А я откуда знал? Я его морду не видел. Я был за занавеской.

— А по голосу не мог вспомнить?

— У меня слуха с детства не было.

Колдунья швырнула в охранника подсвечником, но он увернулся.

— Я какого черта тебя держу! Идиот! Недоносок! Скотина! Этот журналюга принес нам несчастье на той квартире. Теперь надо сматываться и с этой, а я уже заплатила вперед за три месяца!

— Я запомнил номер его машины! — воскликнул охранник.

— И что? Завтра его статья с моей фотографией облетит всю Москву. Все, мне конец. Надо менять профессию.

Анжелика закрыла глаза ладонями и разрыдалась.

— Эти журналюги поганые всю жизнь мне отравили! С ментами еще можно договориться, с бандитами тоже. Этих же — только убивать. Боже мой, я ему такого наплела: если он опишет, все московские маги будут валяться без памяти.

— Зачем же ты ему наплела? — удивился охранник.

— Сначала ляпнула, что первое в голову пришло. А потом понесло. Остановиться не могла… Черт!

Она взглянула на охранника совершенно озверевшими глазами и крикнула:

— Чего ты на меня уставился, как идиот! Придумай что-нибудь…

Около семи Берестов подъехал к гастроному, находившемуся на той же улице, что и его дом. Он устало вышел из машины и нырнул под крзырек магазина. На улице уже было темно. В магазине почти никого. Леонид купил хлеба, пельменей, крабовых палочек, кетчуп и бутылку пива. Рассчитавшись и сложив покупки в два пакета, он вышел из магазина, кинул мешки на заднее сиденье машины и уже хотел было повернуть ключ зажигания, как к окошку подскочила незнакомая женщина с гитарой в руках и взволнованно воскликнула:

— Молодой человек, сейчас в вашей машине возился какой-то подозрительный тип в кожаной куртке.

— Что? — удивился Берестов и, сунув руку под зажигание, нащупал два проводка ведущие под его сиденье.

Он тут же выскочил из машины и, поблагодарив женщину, помчался обратно в магазин. Там, в присутствии всех продавщиц, заведующего магазина, четырех покупателей и этой милой женщины с гитарой, журналист позвонил в оперативный отдел РОВД и сообщил, что в его машину, возможно, подложили бомбу.

Непонятно, что заставило Маргариту обернуться. Она уже подходила к двери собственного подъезда, как внезапно заметила, что за ней следуют двое высоких парней в коротких кожаных куртках. Ей показалась, что она видела их в Кузьминках, где сегодня давала урок, затем в переходе метро и даже, кажется, в обоих вагонах, в которых ехала до «Спортивной». Потом они мелькнули на выходе у киоска, где она покупала хлеб, и вот сейчас снова угрюмо маячат сзади, не отставая ни на шаг. Но возможно, Маргарита ошибается. Ведь это не шутка, увидеть, как в машину подкладывают бомбу. Да еще дома… Боже мой, что ждет ее сейчас дома?

Маргарита отперла чипом бронированную дверь подъезда и сразу рванулась к лифту. Лифт долго не приходил. В тот момент, когда он наконец пришел, она услышала, как заскрежетала входная дверь. Сердце ее оборвалось. «Это они», — мелькнуло в голове, и она, прыгнув в лифт, скорей нажала на кнопку. Бедняжка услышала