Искатель, 2003 № 04 - Журнал «Искатель»

отхлынули к стенам. Несколько стульев были опрокинуты. Похрустывало битое стекло. На бесконечно длинном свадебном столе, наверняка первоначально красивом, похоже, слегка потоптались. В блюде с персиками, желтыми и беспомощными, расплющив их, тяжелела неоткрытая бутылка шампанского. Другая, початая, бутылка покоилась на боку, нудно капая водкой в чей-то салат. Тонко нарезанные пласты красной рыбы плавали в чем-то желтом, не рыбьем. Вазочки с черной икрой припорошило, похоже, табаком из раздавленной сигареты. И казалось, что воздух, отяжелев от запаха алкоголя, уксуса и духов стелется по полу.

Немного в стороне дрожала странная пара. Он был в плавках, а его талию опоясывал ремень. Увидев сержанта в форме, парень стал надевать брюки. На девушке ничего не было, кроме трусиков, и ничего ее не опоясывало. Глянув на приезжих, она взялась за лифчик. Ее лицо было мокрым от слез, на его — красовался кровоподтек.

— Что случилось? — сурово спросил лейтенант.

Все разом пьяновато загалдели, но Чадович определил невесту, разумеется, по фате. На ее лице слезы уже подсыхали.

— Товарищи сотрудники, просидели мы за столом примерно час, и входят эти двое…

— Подождите. Вы их знаете?

— Впервые вижу! Раздеваются, извините, до без ничего…

— Значит, до чего? — все-таки уточнил оперативник.

— До половых членов, — подсказал кто-то из гостей.

— Мы поставили рэп и брит-поп… Они начали скакать, как голые черти. А парень подбежал и предложил мне, невесте, при народе, сделать эротический массаж без помощи рук.

— Выгнали бы их, — сказал Чадович, хотя эротический массаж без помощи рук заинтересовал.

— У него же сабля!

Упоминание невестой сабли гостей подзадорило. Они сплотились гуще и придвинулись к милиционерам. Женщины начали выкрикивать обиды:

— На мне порвали роскошное белье от «Эстель Адони»…

— Испортили туфли ручной работы, украшенные кожей питона…

— Мою подарочную коробку с набором ножей из матовой стали для разных сортов сыра: чеддера, камамбера, паризьена — для каждого сыра свой нож. Эту коробку швырнул на пол, ножи рассыпал.

— Разбил бутылку дорогого рома «Малибу».

Невеста перекричала всех:

— А что они сделали с мясом по-колумбийски? А с норвежской семгой-гриль под грибами?..

Чем больше шло перечисление грехов, тем теплее делалось на душе лейтенанта. Он не сомневался, что вышел на похитителя сабли Буденного. Он украл ее нагло и здесь вел себя по-бандитски. Какой приличный урка позволит себе рубить саблей семгу-гриль под грибами? Чадович подошел к парочке, которая уже оделась.

— Ну, поехали.

— Я все объясню… — предложил парень.

— В отделении милиции.

— Пару слов…

— Ну? — разрешил лейтенант.

— Все было не так, они врут.

— А как было?

— Они набросились на нас и стали избивать.

— За что?

— Танцевали обнаженными.

— Все ясно. Идемте…

В зал вбежал парень в строгом праздничном костюме — тот, кого до сих пор тут не хватало. Жениха. Потное лицо в красных пятнах, мало походивших на знаки радости. Он спросил Чадовича:

— Вы из милиции?

— Так точно.

— Вас жена вызвала, а я бегал звонить, чтобы вызов отменили.

— Почему же?

Жених подошел к столу и налил из наклоненной бутылки водки, выпил залпом, ничем не закусил и вернулся к милиционерам.

— Я виноват. Знаете, теперь в моде прикольные свадьбы. С парашютом прыгают, в воде с аквалангами, в лесу… Вот и я. Только забыл невесту предупредить.

— О чем?

— Я нанял двух ребят, которые должны в разгар веселья раздеться и сплясать. Такой прикол.

— Так они артисты?

— Стриптизеры из ночного клуба «Чикатило».

— Что же ты, мочеточник, людей не предупредил? — вырвалось у сержанта.

— Тогда бы не получился прикол. Я вышел докурить, вернулся, а тут уже бушуют.

Потрачено время. Чадович подумал, как бы и чем его удержать? Он же знал, сколько у него прибыло жизненного и оперативного опыта, но знал наверняка — работа в уголовном розыске научила ценить минуты.

— А где сабля? — вспомнил он главное.

Ему показали. Она стояла в уголке, длинная, четырехгранная, с колющим концом. Жених спросил:

— Ее возьмете?

— Нет. Вряд ли Буденный скакал с фехтовальной рапирой.

25

Они сидели на скамейке в окраинной части парка, где прогуливались мамаши с детьми. С одной стороны шла витиеватая металлическая ограда, с другой — нависли пожелтевшие кроны лип. Недавно пробежался краткий крупнокапельный дождь, отчего утоптанный песок покраснел, а с листьев изредка срывались запоздавшие капли. Голливуд аккуратно вытирал их платком, Челнок прихлопывал, как севшего комара. Последний долгой молчанки не выдержал:

Не было у девки забот, да начал расти живот.

— Да, беремся за дело не по профилю, — согласился Голливуд.

Квартиру обнести, лоха распрячь… А мумию добыть? Где они хранятся, в каких особняках?

— Их даже из Египта вывозить запрещено.

— Голливуд, пусть Витальич командирует нас в Египет, а?

— Где нас сделают мумиями, — усмехнулся Голливуд.

Из кармана нового просторно-обвислого пиджака, цвета пожилого верблюда, пересекшего пустыню, Челнок достал банку пива, зубами оторвал крышечку и пил долго с ритмичным бульканьем. Оставив жидкости на донышке, он приятелю рассказал:

— Когда я волок второй срок, сидел в зоне мужик по кличке Мумия. В натуре мумия: кожа, жилы и зубы. И по характеру мумия, поскольку дурак. За что сел? Из магазина шубу слямзил: надел на себя и шагает, а шуба-то женская. Его на контроле загребли. Он и на зоне крысятничал.

— Что такое «крысятничал»?

— У своих же, у зеков, воровал.

Голливуд глянул на товарища пренебрежительно, словно тот и крысятничал. Челнок допил пиво, и его беззаботность, похоже, разозлила Голливуда. Он передернул разлетными плечами и спросил с неприятным надрывом:

— А не боишься?

— Срок схлопотать?

— Мумий.

— Чего бояться… Сушеные покойники.

— Если была бы сейчас возможность, взял бы ее?

— А чего же…

Голливуд достал из кармана японские сигареты: вирджинский табак, угольный фильтр из обожженной скорлупы кокосового ореха… Позолоченная зажигалка в форме медальона… Челнок вдохнул чужой дым: свой врачи запретили под страхом смерти, потому что после следственных изоляторов и колоний его печень с легкими поизносились.

— Васек, я про мумию знаю все, потому что Египтом интересовался.

— Зачем?

— Забыл про мою сокровенную мечту?

— A-а, заделаться агентом.

— Турагентом, — поправил Голливуд и поправился еще раз: — открыть собственное турагентство, поэтому изучаю разные страны.

— Египет-то, он что?

— Для туриста сущий кайф. Пирамиды, древняя столица фараонов, поющие статуи, Долина царей, верблюды и круглогодичный загар.

— Ну а мумии?

Голливуд затянулся японской сигаретой долго, прочувственно. Сине-задумчивые глаза сбежались к переносице, потому что он смотрел на кончик сигареты. Не хотелось говорить, боялся или не знал?

— Челнок, есть «Книга мертвых»… Если ее прочтешь, то не жилец. А тронуть мумию, что сделать себе харакири.

— Как же их вывозят?

— Из Египта запрещено. В Каире, в музее, есть зал, где собраны мумии