Сын крестного отца - Марина Серова

— Это в твоих же интересах, Женя. Будет лучше, если мы встретимся прямо сейчас.

Я взглянула в окно. Вечерние сумерки опустились на город, легкие пушистые снежинки беспорядочно кружились за стеклом и быстро таяли, едва коснувшись подоконника. Выходить на улицу не хотелось, но того требовал мой профессиональный долг, и я согласилась.

— Хорошо, через час в нашем кафе.

Мечникова такой вариант устраивал, и он легко согласился.

— Буду ждать.

Я вернулась в комнату к Леониду. Он смаковал уже вторую бутылку пива, разложив на журнальном столике газету с порезанной на куски воблой.

— Мне надо уехать, — сообщила я ему.

— Что-то насчет меня? — уточнил Смирнов без особого энтузиазма. Он порядочно вымотался за сегодняшний день и выглядел очень уставшим, безучастным и равнодушным ко всему происходящему вокруг, за исключением, пожалуй, сушеной воблы, которую он с наслаждением разделывал, ловко орудуя кухонным ножом.

— Возможно, — уклончиво ответила я.

— Мне надо с тобой ехать? — Леониду явно не хотелось выходить на улицу. Он уже наметил для себя уютный вечер в домашней обстановке.

— Нет, не надо. Я встречаюсь с другом, так что никакой опасности нет.

— Хорошо, — легко согласился Смирнов и уставился в телевизор.

Я вышла из дома, два квартала прошла пешком, кутаясь в коротенькую кожаную куртку, и только потом поймала такси, чтобы доехать до «нашего» с Мечниковым кафе. «Нашим» это кафе стало уже давно, когда я еще училась в Ворошиловке, а Костя был студентом юридической академии. Мы часто забегали в это уютное и недорогое место, чтобы отдохнуть и попить пива. И теперь, когда нам надо было поговорить о деле или просто хорошо посидеть в знакомой теплой обстановке, мы встречались в этом кафе.

На встречу я пришла первой, заняла столик у окна и заказала бутылочку темного пива. Вскоре появился Константин, от пива он отказался, попросив двойную порцию кофе эспрессо.

— Веронику Смирнову нашли, ты в курсе? — начал Костя, минуя элементарные слова приветствия.

— А зачем ты мне это говоришь? — изображая удивление, поинтересовалась я.

— Жень, я не буду тебя пытать, не буду расспрашивать о твоей новой работе. Я просто скажу, что знаю, а выводы ты будешь делать сама. Договорились? — В ответ я утвердительно кивнула. — Так вот, Смирнов жив, и это уже ни для кого не является тайной. Хоть его отец и опознал в одном из обгоревших в «Юрте» тел своего сына, элементарная экспертиза не подтвердила этого факта. И это еще не все, — многозначительно сказал он и закурил. — Нашелся свидетель, который утверждает, что видел, как Смирнов в сопровождении какой-то женщины с оружием в руках покинул «Юрту» за несколько минут до пожара. Я сопоставил кое-какие факты и пришел к выводу, что этой женщиной с оружием была ты, и это ты так своевременно помогла сбежать с места событий Леониду Смирнову.

Я молча слушала своего друга, следователя прокуратуры, и лениво потягивала пиво.

— Какие такие факты ты сопоставил? — усмехнулась я.

— Да хотя бы то, что Смирнов был косвенным образом связан с твоим прежним клиентом. Более того, ты была в его заведении, твой клиент разговорился и признался, что ты в тот день направлялась к Смирнову в клуб.

— Ладно, Мечников, чего ты хочешь? — Я отставила бутылку в сторону и облокотилась на край стола.

— Так, значит, ты не отрицаешь, что работаешь со Смирновым, — оживился Константин.

— Какой смысл отрицать, если ты и так обо всем догадался. Но если ты хочешь, чтобы я отдала его вам, этого не будет.

— Женя, ты думаешь, я плохо тебя знаю, — усмехнулся Костя. — Ты же фанатик своего дела, я прекрасно понимаю, что Смирнова мне у тебя не отобрать.

— Тогда что?

— Мне нет дела до Смирнова, но мне не безразлична ты, и я хочу помочь. — Он снова закурил и внимательно посмотрел на меня. Я молчала. — За Смирновым не просто так охотятся, за его голову назначена высокая цена.

— Чего вдруг?

— Не знаю, Женя, точно ничего не знаю. Но кому-то он на хвост наступил, наверное. До нас дошла информация, — Мечников склонился над столом и еле слышно сказал: — Только между нами. — Я кивнула. — К Смирнову киллера из Москвы прислали.

— Киллера для Леонида Смирнова или для его отца? — на всякий случай уточнила я, потому что версия со Смирновым-старшим, человеком влиятельным и богатым, звучала более правдоподобно.

— За Леонидом, за Леонидом. И переполох в «Юрте» — это не обычная криминальная разборка.

— Ты уверен? — с недоверием посмотрела я на Мечникова. — Разве не люди Сизого устроили в «Юрте» пожар с перестрелкой? Разве не они гоняют по Тарасову Леонида Смирнова?

— Они, Женя, они. И этот факт остается для нас загадкой. Видать, этого Сизого что-то связывает с приезжим киллером, но что именно, никто не знает.

— А что за киллер? Откуда вам о нем известно?

— Птичка на хвосте принесла, — грустно улыбнулся Мечников. — Ни у одной тебя есть связи и информаторы, мы тоже кое-что можем.

— Не много же вы можете, раз толком ничего не знаете. Ни кто, ни зачем, ни почему. Может, сказки все это?

— Да нет, не сказки. Почему москвичи за Смирновым человека своего послали, не знаю, а вот кличку его назвать тебе могу.

— Назови.

— Стеллаж.

Мы с Мечниковым еще долго разговаривали о неизвестном парне по прозвищу Стеллаж. Кроме того, что он из Москвы и имеет сомнительный интерес к Смирнову, о нем ничего не было известно. Что касается связи Стеллажа с Сизым, тут вообще все туманно и запутано. Сам Сизый знакомство с каким-то мифическим Стеллажом отрицает категорически, хотя каждая собака знает, что разборка в «Юрте» — это дело рук Сизого и его команды. И набросился Сизый на Смирнова без объявления войны, но с подачи все того же загадочного Стеллажа.

— Где нам его искать? — озвучила я свой вопрос, не ожидая услышать на него ответа.

— Понятия не имею, — покачал головой Мечников.

Я уже собиралась уходить, но Костя тормознул меня.

— Ты знаешь, что в больнице, куда привезли раненую Веронику Смирнову, была перестрелка?

— И?

— Ты положила пятерых. — Он смотрел на меня, не моргая, и ожидал реакции. Я никак не реагировала. — И тяжело ранила санитара из морга, — закончил Мечников, сверля меня тяжелым взглядом.

— Почему ты решил, что там была я?

— Больше некому, — многозначительно сказал Мечников. Потом взял меня за руку и сказал: — Будь осторожна.

— Этот санитар…

— Он выживет, — закончил Константин, и мы расстались.

Я вернулась домой и застала Смирнова спящим на диване. В комнате пахло соленой рыбой и пивом, я открыла форточку, чтобы избавиться от навязчивого запаха недавней трапезы Леонида. Разговор о Стеллаже оставила до утра, приняла душ и легла спать, с головой укрывшись мягким клетчатым пледом.