Фактор холода - Сандра Браун

– Что ты подумал?

– Я подумал: что, если он избегает меня не из местного патриотизма, а потому, что ты могла упомянуть обо мне?

Лилли покачала головой.

– Нет. То есть… до вчерашнего дня я ничего не говорила. – На это он ничего не ответил. Пауза затянулась, и прервать неловкое молчание пришлось ей. – Я не ожидала увидеть тебя в городе. Неужели ты еще не истощил тему местных достопримечательностей?

– Я не ради поиска сюжетов возвращаюсь сюда, Лилли.

Он бросил ей опасную, но притягательную приманку. Настолько притягательную, что не клюнуть на нее было невозможно. Лилли вскинула голову и посмотрела прямо ему в глаза.

– Я опубликовал статью о том нашем дне на реке.

– Знаю. Я ее читала.

– Правда? – Тирни был удивлен и явно обрадован.

– Тот журнал о водных видах спорта издают в том же издательстве, что и мой, поэтому я получаю бесплатные экземпляры. Вот случайно и наткнулась на твою статью.

На самом деле она месяцами внимательно просматривала и этот и другие подобные журналы. Ей было любопытно, не написал ли он что-нибудь о той байдарочной экскурсии.

– Это была отличная статья, Тирни.

– Спасибо.

– Я говорю искренне. Ты умеешь живо передавать детали, атмосферу приключения. Я как будто заново пережила все, что мы тогда испытали. И заголовок броский: «Укрощение Французской Стервы».

– Я хотел привлечь внимание тех, кто не в курсе, – усмехнулся Тирни. – Только прочитав статью, можно понять, что Французская Стерва – это название реки.

– Это была отличная статья, – повторила Лилли.

– Это был прекрасный день, – проговорил Тирни тихим, волнующим голосом.

Прошлым летом в начале июня они оба оказались среди группы туристов, подписавшихся на однодневную экскурсию на байдарках по реке с порогами. Они познакомились в автобусе, который перевез экскурсантов на несколько миль вверх по реке к той точке, откуда им предстояло начать трудный спуск через несколько опасных порогов третьего и четвертого уровня.

Они быстро нашли общий язык и подружились, тем более что, как выразился Тирни, в профессиональном плане они были «хоть и дальними, но все же родственниками». Он – журналист-очеркист, продающий свои статьи в журналы соответствующего профиля, она – редактор популярного журнала.

Когда группа пристала к берегу и устроила привал на обед, они отделились от остальных и сели рядом на большом валуне, нависшем над несущейся внизу водой.

– Ты главный редактор журнала? – воскликнул он, когда она назвала ему свою должность.

– Вот уже семь лет.

– Я под впечатлением. Это потрясающий журнал!

– Поначалу это был журнал для женщин Юга. Сейчас у нас подписка по всей стране и тираж постоянно растет.

Журнал «Тонкая бестия» публиковал материалы о домашних интерьерах, моде, питании и путешествиях. Он был предназначен для женщин, сочетавших домашнее хозяйство с карьерой, для женщин, желавших получить все сразу и умевших добиваться желаемого. В ее журнале можно было найти советы о том, как при помощи специй из домашних запасов и сервировки превратить стандартный ужин, заказанный на дом из ресторана, в кулинарный шедевр. А рядом могли напечатать репортаж о тенденциях в обувной моде на ближайший сезон.

– Мы, безусловно, не исключаем из круга наших читательниц женщин, предпочитающих сидеть дома с детьми, – увлеченно продолжала Лилли, – но наш основной адресат – женщина, которая хочет преуспеть на работе, спланировать идеальный отпуск для всей семьи и закатить пир без предварительной подготовки.

– Разве такое возможно?

– Прочитай июльский номер, узнаешь.

Он тогда со смехом отсалютовал ей бутылкой минеральной воды. Солнце пригревало, разговор тек лениво и неспешно. Между ними возникла легкая, необременительная симпатия. Казалось, они без слов говорили друг другу: «Мне нравится на тебя смотреть и еще больше нравится тебя слушать». Им было весело спускаться по реке до обеда, но стало грустно, когда гид объявил, что перерыв окончен и пора снова трогаться в путь.

Весь остаток дня они при любой возможности возобновляли разговор, хотя река заставляла их сосредоточиваться на преодолении порогов. Они поминутно ощущали присутствие друг друга, объяснялись улыбками и жестами. Они оба были в прекрасной спортивной форме, легко преодолевали препятствия, и это давало им повод добродушно подшучивать друг над другом, когда кто-то из них или оба оказывались в воде.

Он поделился с ней солнцезащитным кремом, когда она обнаружила, что не захватила свой. Впрочем, это ничего не значило. Столь же охотно он поделился кремом с двумя девицами из колледжа, которые бессовестно флиртовали с ним и всячески старались привлечь его внимание.

Они подошли к берегу в том месте, где утром оставили свои машины. Забросив снаряжение в свой «Чероки», он подбежал к ней.

– Ты где остановилась?

– В Клири. Летом я почти все выходные провожу там. У меня есть домик в горах.

– Неплохо!

– Да, там очень хорошо.

Девицы из колледжа в своем открытом джипе поравнялись с ними.

– Увидимся, Тирни! – кокетливо прокричала та, что сидела за рулем.

– Да-да, конечно.

– Адрес не забыл? – спросила ее подружка.

Он постучал себя по лбу.

– Надежно, как в банке.

Они заговорщически подмигнули ему и умчались, подняв клубы пыли. Лилли для них как будто не существовала.

Тирни помахал им вслед, но потом покачал головой.

– От таких только и жди беды. – Повернувшись к Лилли, он улыбнулся: – Моя мужская гордость уязвлена, но должен признать – ты ловко меня обставила на последнем пороге. Это было настоящее родео!

Лилли сделала шутливый книксен.

– Из уст такого специалиста, как ты, это настоящий комплимент.

– Самое меньшее, что я могу, это поставить тебе выпивку как явной победительнице. Мы можем где-нибудь пересечься?

Лилли кивком указала на еще не осевшую тучу пыли, поднятую джипом девушек.

– Я думала, у тебя есть планы.

– У меня есть планы. Я планирую встретиться с тобой.

Ее улыбка угасла. Лилли засуетилась в поисках ключей от машины.

– Спасибо, Тирни, но я вынуждена отказаться.

– Как насчет завтрашнего вечера?

– Извини, не могу. – Она взглянула ему прямо в глаза. – Мы с мужем приглашены на ужин.

Его улыбка не просто угасла – он был сражен.

– Ты замужем. – Это был не вопрос, а утверждение.

Она кивнула.

Он взглянул на ее безымянный палец без кольца. Его выражение – смесь растерянности и разочарования – говорило само за себя. Молчание казалось бесконечным.