Расколотый мир - Татьяна Гармаш-Роффе

Вышел на цыпочках: сон – это то, что ей крайне необходимо сейчас и чего ей будет недоставать, без сомнения, пока дети не найдутся.

Альтернативы формулировке «пока дети не найдутся» Кис не допускал даже мысленно. Такого не может быть. Не может, и все тут.

За дверью Игоря тоже царила тишина. Алексей прошел на кухню. На столе лежали два листа, исписанных рукой его секретаря. Лежала и распечатка фоторобота. Алексей никогда не видел Степана, но фоторобот оставил у него ощущение неточности, неопределенности, зыбкости. Он взял листки, заполненные крупным, твердым почерком, и пробежал их глазами. Затем поставил чайник, соорудил себе бутерброд – с тех пор как в квартире на Смоленке обитал Игорь, снимая у детектива комнату, в холодильнике постоянно водилась еда, и его белое просторное нутро больше не напоминало пустыню.

…Ее шагов он не услышал, она была босиком. Только когда она обхватила его сзади, прижалась щекой к его шее, он понял, что жена проснулась. Он хотел было повернуться, сжать ее – то ли оградить от случившейся беды, то ли перенять эту беду, забрав ее на свои плечи, – но мелькнула смутная мысль, что делать этого не следует. Этим жестом он выдаст собственное отчаяние, а именно отчаяние им сейчас совсем ни к чему! Нужно собраться, сконцентрироваться и работать. Думать!

– Сашка… – тихо произнес он. – Родная…

Ответом ему был прерывистый вздох за спиной.

– Пойди еще поспи. Тебе нужно.

– Я не смогу, Алеш… Как хорошо, что ты приехал…

Он взял ее ладони, прижатые к его груди, и, поцеловав поочередно каждую, повернулся к ней.

– Тогда давай работать.

Чайник закипел, Алексей заварил чаю, сел. Александра ничего не хотела – ни пить, ни есть. Села напротив и уставилась на него с готовностью «работать». Слово это, кажется, действовало на нее магически.

– Начнем с фоторобота. Я не улавливаю в этом портрете конкретное лицо, Саш. Что-то не получилось?

– Не получилось. Я только в первый раз видела его засветло, и то уже в сумерках, – в тот день я вышла с детьми на прогулку раньше обычного… После чего видела его только в темноте, ведь в пять вечера уже темно… И всегда капюшон на голове, а снизу шарф прикрывал подбородок, холодно же было… И потом, если честно, я не разглядывала его. Пойми, мы же гуляли рядом – шли за коляской, – и было бы странно, если бы я вдруг повернулась к Степану и принялась изучать его лицо, понимаешь? Я только иногда бегло взглядывала, и все…

– Не страшно, Сашенька.

Это было страшно на самом деле, потому что ускользал один из немногих шансов найти похитителя. Шанс этот все равно был невелик, даже с отличным фотороботом, а с неточным портретом он совсем сводился к нулю…

Но Алексей не стал об этом говорить жене. Он еще раз просмотрел пометки Игоря, сделанные им вчера.

– По кличке собаки ничего не нашли?

– Пока нет. Но я думаю, что и клички вымышленная, Алеш… Как и его имя, как Историко-архивный институт…

– Почему?

– По поводу института – у него пробелы в знаниях. К несчастью, я только задним числом поняла, как объяснить его паузы в наших разговорах об истории…

– Игорь записал это, я уже понял, – сдержанно произнес Алексей. Он не хотел, чтобы Александра снова винила себя. – Что еще?

– Отчего не получился фоторобот, Алеш? Отчего этот парень надвигал на лоб капюшон и прикрывал шарфом низ лица? Погода и впрямь холодная, но… Алеш, молодые парни любят попижонить! Они ходят без шапки даже в минус двадцать градусов, а у нас пока холод тянет на минус шесть-семь… Посмотри на Игоря: ни шапки, ни шарфа! Вернее, шарф он носит, но не прячет в него лицо! А Степан… – она осеклась. – Ну, будем пока называть его так, надо же его как-то обозначать… А Степан прятал, и это не случайно! Он с самого начала планировал похищение детей! И потому с самого начала знал, что его будут искать! Только почему НАШИ ДЕТИ, Алеша? Почему?! Из-за моей статьи??

– Саша.

Он именно так это и сказал: ни вопросительно, ни восклицательно – просто произнес ее имя. Этого хватило, однако, чтобы Александра взяла себя в руки.

– Все, работаем, – сказала она.

Он согласно кивнул.

– И все же, отчего ты решила, что кличка Пенс вымышленная? Собака ведь отзывалась на нее?

– Она и на кличку Пылесос реагировала. Дело в том, что собаки отзываются не столько на кличку, сколько на знакомый голос со звательной интонацией. Крикни своей собаке хоть «Придурок!» – она откликнется. На хозяйский голос.

Кис вспомнил одно дело, где собака отзывалась на слово «Дуреха», что и стало вскорости ее кличкой.[5]Саша была права.

– Но знаешь о чем я подумала? Не исключено, что кличка Пенс является модификацией настоящей клички, близкой по смыслу. По ассоциации. Не идет этому красавцу-сеттеру имя Пенс! Я даже спросила Степана, отчего он так своего пса унизил… Может, его настоящее имя Фунт? Или, еще лучше, Стерлинг?

– Стерлинг, как английская монета? Или как серебро?

– Ты навел меня на мысль… Такую рыжую собаку нельзя назвать Серебром, ну никак! Если моя догадка правильна и он придумал Пенс по цепочке ассоциаций… То тогда в оригинале собаку он должен был назвать, к примеру, Голд – золото! Или даже Купер – то есть медь, это ближе всего по цвету… С другой стороны, я сильно сомневаюсь, что Степан владеет английским…

– Хорошо. Будем проверять все возможные варианты. – Алексей снова сосредоточился на записках своего ассистента. – Игорь тут набросал кое-какие соображения о твоей статье… Это та, месячной давности, которую я читал?

– Полуторамесячной. Игорь считает, что она могла вызвать желание мести.

– Желание-то вызвать она могла… Но если Степан – мститель за статью, то можно предположить, что он из той самой «поросли», на которую распространяется протекционизм. А ведь, по твоим сведениям, парень почти сирота: отец бросил семью давно, мать спилась. Каким боком он в эту «поросль» затесался?

– Может, родственник какой-то? Дядя-тетя?

Может, может. Только Алексей в этом сомневался. Он помнил, как Александра говорила о своем поклоннике: травма, мол, у парнишки из-за разбитой семьи. Если бы водилась в его биографии «добрая фея» (или «добрый фей»), то травма бы подлечилась. Разве не так?

Кис не был профессиональным психологом, и рассуждал он просто: мама с папой имеют в жизни ребенка, конечно же, первостепенную важность, но ребенок растет, и потребность в маме-папе снижается. Тем более если на горизонте возникает добрый дядюшка (добрая тетушка), который берется опекать мальчика. Причем опекать так серьезно, что парень почувствовал себя причастным к той «золотой молодежи», о которой писала Саша, в силу чего счел себя лично задетым ее статьей!