Три черные колдуньи - Лариса Соболева

— Извините, у вас есть программка, я не успела ку… Это вы?!

— Добрый вечер, — буркнул он, отдавая программку.

Недоволен. Не рад. Уткнувшись в программку, Жанна пробубнила:

— Вот уж не думала, что человек, разъезжающий на крутой машине, ходит на концерты классической музыки.

— Я тоже не думал, что девушки вашего склада еще и музыку слушают.

— Ха! — бросила Жанна, вернув ему программку.

Первое отделение неожиданно произвело сильное впечатление, Жанна увлеклась до того, что иногда забывала, зачем пришла сюда. Когда вспоминала, думала: «Попадись мне хоть один психолог! Насоветовали! Эпатаж — лучшее средство привлечь объект! И что теперь делать? Филя мою физиономию не выносит, дружбы у нас не получится, Эмма меня задушит. Поздно сожалеть, своими мозгами надо думать, а не чужими. Ничего, я его так достану, так надоем, что он волей-неволей вынужден будет со мной общаться. А там я раскрою ему свой богатый внутренний мир, настолько богатый, что ему станет завидно и он нападет на меня — маньяки не выносят людей лучше их. Интересно, как с Владой развивались отношения, если дошло до женитьбы? Что она в нем нашла?» Закончилось первое отделение.

Жанна походила по фойе, не забывая ставить ногу от бедра, как учили летом, купила программку. Взглянув в зеркало, чуть не упала: «Это я такая красивая или освещение особенное?» Все же она выглядит блистательно — вот что значит одежда и хорошая косметика. Правда, в столь изысканном наряде больше никого не было, но король Филипп тоже одет в костюмчик не за две тысячи рублей. Повеселев, она вернулась на место, началось второе отделение и, как ей показалось, вялое. Может, у нее предвзятое отношение к Шуману и Шуберту? Нет, певица так заунывно пела, что хотелось вторить ей завываниям…

— Скучно? — ехидно спросил Филипп.

Пошел на контакт! Что же ему ответить? А если правду?

— Терпеть не могу Шумана и Шуберта.

— Зачем же тогда пришли на концерт?

— Из-за первого отделения. Еще хочу понять, почему другие любят этих авторов, может, со мной что-то не так?

Он прыснул в кулак:

— Верно, с вами что-то не так.

— На что вы намекаете?

— На то же, что и вы.

Обернулись две бабки возраста египетских пирамид, сидевшие впереди. Одна из них, с серебряными волосами и ярко накрашенными губами, строго проскрипела:

— Молодые люди, не забывайте, где находитесь.

— Они не туда попали, — надменно произнесла вторая с бусами на шее.

Жанна извинилась перед бабушками, уставилась на сцену. Кое-что ее устроило из второго отделения, но все равно тоска зеленая. С Филиппом больше не переговаривались, Жанна в его сторону даже не смотрела, а он, видела боковым зрением, нет-нет да поглядывал на нее. Наметил новую жертву? Значит, после концерта он предложит выпить в баре…

После концерта он не заговорил с ней, а ушел в гардероб. М-да, не произвела на его величество должного впечатления или произвела, да не то. Оделась, вышла из филармонии, Филипп как раз поймал такси, но, увидев Жанну, открыл дверцу:

— Прошу вас.

— Это же вы поймали такси… — сказала она, радуясь, что он решил продолжить знакомство.

— У вас коленки замерзнут, — усмехнулся он. — Я уступаю вам машину.

— Спасибо, — буркнула Жанна, садясь в такси. — Да, кстати, как поживает моя машина?

— Ваша и моя машины, которые вы разбили, поживают прекрасно за мои деньги. Вскоре вы ее получите.

И захлопнул дверцу, урод!

Ужин проходил с Ганнибалом-каннибалом. Вот человек — ни лишнего слова, ни эмоций, а еще с юга. Впрочем, эмоции случаются, когда Жанна его выводит, он взрывается, как бочка с порохом. Но так не бывает, чтоб человеку не хотелось просто поговорить. Она понаблюдала, как он поглощал пищу, спросила:

— Когда ты познакомился с Эммой и Ростиславом Матвеевичем?

— В детстве.

— Работаешь у них?

— Да.

Других тем нет. Не о музыке же с ним говорить. Ладно, надо идти и думать, составить список вопросов для Эммы.

Жанна легла на живот, положив перед собой папку с чистым листом, и не писала, смотрела вдаль. До сих пор простые мелодии, щемящие и торжественные, воздушные и волнующие, звучали в ушах. Неужели и в восемнадцатом веке люди чувствовали то же, что сейчас? Жанна счастливая: она живет, видит, слышит. А Влада никогда не услышит и не увидит, потому что ее нет. Почему-то в связи с сегодняшней музыкой Жанна думала о ней. Так странно: нет. За те два с половиной месяца, что знала ее, сказала бы о ней: она была безоблачной. Наверное, жилось Владе нелегко, как живется многим, но она была безоблачной, светлой и открытой. Жанна с ней не подружилась, а могла бы, теперь не подружится, ведь ее нет. И Жанны может не стать. Все — вода, музыка, небо — останутся, а ее не станет, как не стало Влады, Нины и детектива.

— Я найду доказательства, обязана найти, — убеждала она себя и вдруг подскочила: — Суббота! Соседка Влады в субботу… я же наметила… Пропустила! Стоп, стоп. Бабка сказала, что в субботу она обязательно будет дома, но не сказала, что в воскресенье ее не будет. Завтра утром поеду.

Приготовив парик и одежду «не для Филиппа», Жанна вновь улеглась на живот, раскрыла папку Эммы. Какой же надо быть одержимой, чтобы в течение двух лет скрупулезно собирать материалы по убитой дочери, не жалеть ни денег, ни сил. Читая, Жанна на отдельный лист записывала вопросы.

— Вы Люба?

— Да. А вы кто?

Приятная и симпатичная женщина лет тридцати пяти смотрела на Жанну настороженно, чуть приоткрыв дверь.

— Я подруга Влады. Приехала к ней и узнала…

— Сочувствую вам.

— Понимаю, вы меня не знаете, но не могли бы со мной поговорить? Мне очень нужно… — осталось добавить: выяснить, как убита Влада, хочу знать подробности, кто был у нее в тот вечер, где она была. Жанна потупилась, кусая губы, ведь ее напористость может оттолкнуть.

— Подождите, сейчас оденусь и выйду. Извините, не могу пригласить. Дома муж, он запретил мне разговаривать о Владе с кем бы то ни было.

Через пять минут, когда Жанна шла с Любой по переулку, она, волнуясь, спросила:

— Вы с Владой дружили?

— Не скажу, что дружили. Иногда чай пили то у нее, то у меня. Славная была девушка… а убийцу не нашли. Да и вряд ли найдут.

— Ну почему же? Найдут, — заверила Жанна. — Просто это сложно. А как вы думаете, что произошло в тот вечер? Я слышала, ее убили вечером…

— Ночью, — поправила Люба. — Но я не знаю, что там произошло. Накануне Влада была у меня вечером, хотела показать свое свадебное платье. Я отказалась пойти к ней, готовила ужин, вот-вот муж должен был приехать. Ей кто-то позвонил на сотовый, она засобиралась. Сказала, что знакомая обещала навестить, скоро придет к ней. Вот и все.