Игла в сердце - Инна Бачинская

— Вы ему объяснили? — Она смотрела на него с усмешкой.

— Объяснил.

— Как? Сказали, что эта старая дура чувствует себя виновной, да?

Шибаев пожал плечами.

— Домработница вернула ключи, когда уходила?

— Вернула. Она уходила при мне. Инга уехала в город, Володя был в Зареченске. Мы выпили кофе. Мне было очень неловко. Вита прекрасно держалась… Просто удивительно: ни горечи, ни раздражения. Она очень умна. Я бы даже сказала, мудра. Она не чувствовала себя униженной. Какая-то восточная выдержка, честное слово… Знаете, есть такая арабская пословица: пусть Аллах даст мне сил принять то, что я не могу исправить. Она приняла эту гадкую ситуацию с достоинством и даже… Вы не поверите! Она меня утешала! Удивительная девушка.

Елена Федоровна разволновалась, на скулах появились красные пятна. Шибаев подумал, что их мнения о Виктории совпадают…

— Значит, на пленке ничего нет? Насчет шагов и игры на пианино — фантазии?

— Сейчас досмотрим. Двадцать шестого июля у вашей сестры были гости…

— Вы хотите установить, кто у нее был?

— Нет. Я знаю, кто был. Светлана Решетникова, одна из тех, кто была, показала, что в тот день сюда приходил газовщик. Якобы в районе была утечка газа, и он пришел проверить. Я хочу его увидеть.

— Первый раз слышу!

— Приход мастера — не такое уж событие… Вот он!

Шибаев остановил просмотр. На экране они увидели слегка размытую картинку: невысокий парень, стоящий на крыльце. В синем комбинезоне и бейсболке; правая рука вытянута — звонит в дверь…

— Никого не напоминает? — Вопрос на всякий случай — вряд ли, конечно. На положительный ответ Шибаев не рассчитывал, но спросить все равно надо. Детектив — тот же золотоискатель, терпеливо просеивающий горы песка в надежде на золотую песчинку. Он не ошибся.

Елена Федоровна присмотрелась.

— Неясное изображение. Не думаю, что я его когда-нибудь видела.

…Охранник в будке у ворот в кооператив, здоровенный заспанный детина, достал гроссбух, пролистал, нашел нужную запись. Да, был газовщик, утечка по району, местное отделение горгаза. Его интересовала улица Окружная, там шесть домов. Пробыл около часа и уехал.

— На чем?

— Не видел, — сказал охранник. — Он сказал, что его тачка в ремонте и его заберет товарищ с работы. Пошел навстречу, к шоссе, чтобы не терять время.

— Как он выглядел? Какой рост, не припомнишь?

— Я особо не присматривался. Рост… пониже меня, у меня сто восемьдесят. Худой, в синем комбинезоне и кепи с козырьком. В темных очках.

— В перчатках?

— В перчатках? — охранник задумался. — Нет вроде, не заметил.

На всякий случай Шибаев спросил:

— Ты видел его документы?

Охранник пожал плечами.

— Видел. — Было ясно, что он соврал. После паузы парень добавил: — Да у нас тут тихо, пост ГАИ сразу за выездом на шоссе, и патруль все время.

На телефонный запрос в местный офис горгаза ответили, что заявка насчет утечки двадцать шестого июля к ним не поступала, ничего об этом они не знают и мастера никуда не посылали. По описанию девушка, ответившая им, никого не узнала.

— И кто это был, по-вашему? — с недоумением спросила Елена Федоровна, повернувшись к Шибаеву. — Грабитель? Пришел ограбить и не ожидал, что хозяева дома? И все-таки вошел? А что он делал на кухне? Можно посмотреть на него еще раз?

Шибаев запустил «кино» снова. Она долго разглядывала кадр с парнем, стоящим на крыльце. Парень неторопливо прошел от калитки до дома, поднялся по ступенькам, поднял руку, чтобы позвонить. Ожидал минуту-другую, стоя неподвижно. Потом дверь открылась, и на пороге появилась девушка. Светлана Решетникова. Парень что-то сказал, видимо, объяснил, что случилось. Девушка отступила внутрь дома, и он вошел. Все. О том, что происходило дальше, можно было только догадываться. Светлана сказала, что проводила его в кухню, где «всякие трубы и плита», и вернулась в гостиную к девочкам.

Что он делал в кухне? Ну… мало ли? И не обязательно в кухне. Мог, например, открыть заднюю дверь, да так и оставить. А потом прийти ночью и играть на пианино… В ночь с первого на второе августа. А потом запереть за собой — никто не упоминал о том, что дверь была отперта. Стоп! Откуда у него ключи? Украл из ящика буфета? Если это профессионал, то прекрасно знает, что где лежит — люди, как правило, неизобретательны, когда дело касается тайников. Тогда и вовсе незачем оставлять заднюю дверь незапертой. И непонятно, почему не ограбил, имея в руках ключи. Напрашивается мысль, что целью был не грабеж. А что? А то самое. Шаги по ночам и игра на пианино. Цель — напугать хозяйку. А зачем он вообще пришел? За ключами? Или подложить куклу? И заодно взять ключи, чтобы больше не выдавать себя за газовщика? Если взял ключи, значит, собирался вернуться. Похоже, заходим по второму кругу. И перчатки на его руках настораживают…

— Не узнаете? — спросил Шибаев.

— Нет! Показалось на миг, что я его где-то видела… У меня много учеников, я все время с молодежью. Но нет, показалось. Кто же он? Ничего не понимаю! Думаете, он как-то связан?…

Шибаев пожал плечами:

— Он выдал себя за мастера, чтобы проникнуть в дом. Возможно, после его визита ваша сестра стала слышать по ночам звуки и музыку.

— Минуточку, Александр! Этот человек пришел двадцать шестого, а Инга стала слышать звуки намного раньше, примерно в начале июля или даже в конце июня, насколько я помню. Он ни при чем.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— Ладно, с этим ясно. Но зачем-то он все-таки пришел. Сколько в доме комплектов ключей, вы не знаете. Допускаю, что ваш зять тоже не знает. Этот человек вполне мог взять ключи, чтобы прийти еще раз, возможно, с целью грабежа.

— Охранник не пропустил бы его.

— Он мог проникнуть в дом через заднюю дверь, потому что камера не зафиксировала никого, кроме «газовщика». Никто чужой не появлялся в доме после двадцать шестого. Ваш дом последний в ряду, дальше забор и роща. Я бы не удивился, если бы он проникал сюда из рощи, а не через ворота.

— Но тут же везде камеры! На соседних домах. И люди! Он же не бесплотный дух.

— Всего предусмотреть невозможно. Есть так называемые «мертвые зоны», куда камеры «не добивают». А люди… Его могли не заметить, если дело было ночью.

— Надо сказать Володе! Я сегодня же ему позвоню, пусть сменит замки, а то еще ограбят. Опять он будет недоволен и скажет, что я лезу не в свое дело… — Она замолчала и задумалась. Потом сказала: — Это что же получается? Чужой человек пришел в дом… Зачем? Надеялся, что Инга одна? Или вообще никого нет? Зачем? Подложить куклу? А как он собирался открыть дверь? Отмычкой? Ничего не понимаю! Все это кажется каким-то… нереальным. Притянутым за уши, уж извините, Александр. Я скорее поверю, что мастер был настоящий, просто в офисе забыли сделать запись о вызове.