Лукавый Морок - Лена Обухова

Впрочем, Нев, взволнованно прохаживающийся по гостиной в снятом ими коттедже, все равно услышал, притормозил и послал ему предупреждающий взгляд. Лиля, сидевшая на диване спиной к Неву, этого не заметила, а Долгов просто-напросто проигнорировал. Впрочем, от снятия рубашки он все-таки воздержался, лишь оттянул ее края в стороны за уголки воротника и слегка запрокинул голову назад, чтобы облегчить Лиле задачу.

Когда синяки были задокументированы, та сразу встала с дивана, оставив Долгова в одиночестве, но ее место тут же занял Дементьев, чтобы изучить следы вживую.

– Очень интересно, – резюмировал он, закончив разглядывать. – Обычно, когда душат руками, остается несколько разнокалиберных синяков. Они крупнее там, где давят кончики пальцев. А здесь такое впечатление, что тебе на горло накинули удавку.

Дементьев отодвинулся от коллеги, устраиваясь поудобнее, и скользнул взглядом по нему целиком, мысленно отмечая редкий случай, когда видит Долгова без пиджака и с расстегнутым воротом рубашки.

– Ты уверен, что просто не переусердствовал с затягиванием галстука? – улыбнувшись, поинтересовался он.

– Очень смешно, – фыркнул Долгов, наконец тоже садясь удобнее, отпуская воротник и осторожно касаясь кончиками пальцев многострадального горла, которое непривычно болело. – Но теперь, похоже, на какое-то время галстуки придется исключить из гардероба.

– Может быть, тебе дать что-нибудь холодное? – сочувственно предложила Лиля. Она уселась со смартфоном в одно из кресел и болезненно морщилась, разглядывая фотографии его травм. – Приложить к синякам.

– Не думаю, что это хорошая идея. Для полного комплекта удовольствий мне сейчас не хватает только застудить горло. Лучше найди мне таблетку обезболивающего, если не трудно, – попросил Долгов, теперь растирая пальцами лоб. – Голова раскалывается.

– Надо бы, наверное, отвезти тебя в больницу, – тут же озабоченно предположил Дементьев, когда Лиля вскочила с кресла и отправилась на второй этаж за лекарством. – Проверить на сотрясение.

– Да нет, головой я почти не ударился, – заверил Долгов. – Больше спиной. Это просто мигрень. На нервной почве.

– Могу предложить мятный чай, – подала голос Ольга из зоны кухни. Она как раз вскипятила чайник, достала себе чашку и перебирала набор чаев, которыми администрация их любезно обеспечила. – Из пакетика, но он действительно пахнет мятой.

– Да, это было бы очень кстати, спасибо, – согласился Долгов. – Только разбавьте немного прохладной водой, ненавижу глотать кипяток.

На самом деле он считал, что ему требуется что-то посильнее мяты, чтобы успокоить все еще колотящееся в груди сердце. Внутренности до сих пор сводило от пережитого ужаса, пальцы оставались ледяными, но он старался не подавать вида. Хватит и того, что он так бесславно потерял сознание и коллегам пришлось приводить его в чувство, а потом чуть ли не волоком тащить в их коттедж, где он очухался уже полностью. Пока хватит и мяты, а потом он, возможно, прогуляется до местного бара.

Ольга приготовила для него достаточно горячий, но не обжигающий чай, а Лиля как раз вернулась с блистером обезболивающих таблеток. Когда обе заняли пустующие кресла, Дементьев попросил:

– Теперь расскажи внятно и последовательно, как все произошло? И что именно произошло?

– Да что тут рассказывать? – поморщился Долгов, проглотив таблетку. Все-таки для запивки чай оказался слишком горячим. – Все случилось очень быстро. Мы поднялись с Лилей на второй этаж, она пошла осматривать одну комнату, а я – другую…

– Несмотря на то, что я велел работать в паре, – не удержался от едкого комментария Дементьев.

– Ничто не предвещало проблем, – вздохнул Долгов. – Да и едва ли присутствие Лили со мной в одной комнате что-то изменило бы. Она не услышала даже первого грохота.

– Первого? – заинтересовалась Ольга, останавливая чашку с чаем, которую как раз подносила к губам. – Их было несколько?

– Да, сначала я слышал что-то похожее на звук удара в стену. Мы тогда еще стояли в холле на втором этаже вместе.

– И ты ничего не слышала? – уточнил Дементьев, повернувшись к Лиле.

Та покачала головой:

– Я и потом ничего не слышала, пока Костя не упал.

– Да и мы на первом этаже ничего такого не слышали, – заметила Ольга.

– Похоже, кроме Константина никто ничего не слышал, – холодно заметил Нев. Он единственный не торопился найти себе место, а продолжал нервно расхаживать по комнате, скрестив на груди руки. – Что довольно странно, если учесть, что он никогда раньше не демонстрировал никакой особой чувствительности к аномальным проявлениям.

– Намекаешь на то, что я все это выдумал? – хмыкнул Долгов.

– Не обязательно выдумал, – пожал плечами Нев. – Могло просто… показаться. Ты не принимаешь ничего, что может вызывать галлюцинации?

– Мы могли бы рассматривать версию с «показалось», если бы не очевидные синяки на шее Кости, – возразил Дементьев, не давая Долгову ответить. – Галлюцинации не оставляют синяков. А версия с перетянутым галстуком, конечно, была шуткой.

– Вот именно, – Долгов обернулся к Неву, который как раз проходил за спинкой дивана, и посмотрел на него с вызовом. – Не сам же я себя душил. Следы откуда-то должны были взяться. Верно?

Их взгляды встретились и зацепились. Долгов видел, как Нев стиснул зубы, пытаясь принять тяжелое для себя решение: рассказать об их стычке или нет? Облегчать ему задачу он не собирался: если Нев хочет поставить под сомнение его слова, уличить в возможной лжи или неадекватности, пусть признается перед всеми в том, что напал на коллегу и угрожал ему физической расправой из ревности. Или живет с тем, что скрыл это от остальных. Самому Долгову рассказывать об этом сейчас не было никакого резона: он-то знал, что произошло в той комнате, а информация о стычке действительно могла вызвать у коллег сомнения.

Несколько томительно долгих секунд Нев прожигал Долгова взглядом, потом перевел его на удивленную и настороженную Лилю, и… промолчал, продолжив нервное мельтешение по комнате.

– Ладно, давай дальше, – поторопил Дементьев, то ли не заметив их переглядывания, то ли просто не придав им значения. – Ты услышал стук, Лиля его не услышала, вы разделились. Что было дальше?

– Мне показалось, что я увидел движение в дальней комнате. Пошел проверить. В той комнате, вероятно, кого-то убили, судя по кровавым следам на кровати…

– Да, их мы все видели, когда пришли на зов Лилии, – вставила Ольга, чтобы Долгов не углубился в описания.

– Хорошо… Так вот… В комнате никого не оказалось. Я предположил, что кто-то мог спрятаться в шкафу, он там встроенный. И оттуда действительно начали доноситься крики и стук, как будто кто-то был там заперт. Она кричала: «Пусти меня, пусти!»

– Она? – переспросил Дементьев. – Голос был женским?

Долгов не услышал вопроса, погрузившись в воспоминания, которые путались с другими, куда более страшными. Затылок заломило сильнее, пришлось наклониться вперед, прикрыть глаза и сдавить голову руками, иначе ее грозило разорвать изнутри. Пульс стучал в висках, и каждый его удар был похож на удар маленького молоточка по черепу.