Светловолосая рабыня - Картер Браун

На стремительно несущейся вперед блондинке на этот раз был коротенький черный жакетик, не доходящий до талии, и плотно облегающие белые брючки. Между полами жакетика и поясом брючек оставалась ничем не прикрытая полоска золотистой кожи. Чуть повыше пупка поблескивала металлическая цепочка, обвивающая ее тонкую талию.

Ева не шла, как обычно, и поэтому мне и на этот раз не удалось досмотреть до конца сладкую грезу на тему невольничьего рынка: она — экзотическая рабыня, а я продаю ее за доллар и семьдесят пять центов.

— Если вам повезет, мистер Холман, — сказала она, — то удастся переговорить с Рэем, у него скоро будет десятиминутный перерыв.

— Будь я продюсером, который оплачивает участие Пакстона в картине, — проворчал я, — не дал бы ему и лишнего цента.

— Все в порядке, Фрэнк, — кивнула она телохранителю, проигнорировав мои слова.

Я внимательно проследил за подрагивающими ягодицами, когда она поднималась по лестнице, и вошел в прохладный салон.

— Интересно, — спросил я, — пытался ли кто-нибудь научить говорить этого самого Фрэнка?

— Его наняли не для того, чтобы он разговаривал, — холодно ответила Ева. — Не хотите ли выпить чего-нибудь? Рэй, правда, пьет только шампанское, потому что считает...

— Что это одна из тех милых черточек, которые придают его личности особый шарм, — закончил я за нее. — С удовольствием выпью, спасибо, и, пожалуйста, называйте меня Риком, даже если я вам и не симпатичен, ладно?

— Отлично, Рик! — вспыхнула она. — Но я давно пришла к выводу, что это не вы мне не симпатичны, а только ваше отношение к Рэю.

— В следующий раз я захвачу с собой книжечку для автографов, — пообещал я.

Ева извлекла пробку из бутылки шампанского с профессиональной ловкостью, наполнила бокал и подала мне, потом наполнила свой. В какой-то миг я успел уловить огонек холодного расчета в ее сапфировых глазах, но, когда она повернулась ко мне, он уже погас. Она подняла свой бокал, сложив полные губы в загадочную усмешку.

— Быть может, я не совсем нормально отношусь к Рэю. — Она просунула большой палец под цепочку и так туго натянула ее, что на атласной коже остался рубец. — Но вот видите эту штуку — это символ рабства, цепь, которой я как бы всем и вся демонстрирую мое полное подчинение его воле, мою рабскую зависимость. И давайте заключим соглашение: будем уважать чувства друг друга по отношению к Рэю.

— Может быть, вы согласитесь пообедать со мной сегодня вечером, чтобы окончательно договориться обо всех пунктах перемирия? — предложил я.

— Мне очень жаль, Рик. — Она оттопырила нижнюю губу с такой очаровательной гримасой, которую наверняка не один час репетировала перед зеркалом. — Я бы очень хотела, честное слово! Но это безнадежно. Когда у Рэя разгар съемок, мне не выкроить и минутки свободного времени.

— Что ж, — я пожал плечами, — если он когда-нибудь выставит своих рабов на аукцион для продажи, то уж я-то окажусь на месте первым и предложу хорошую цену!

— Это очень галантно с вашей стороны, Рик! — Ее глаза мягко засияли. — Как только я увижу вас в зале аукциона, сразу же сброшу все одежды, оставлю только цепочку!

Я поднял свой бокал:

— Выпьем за этот день!

— И за ту ночь, которая за ним последует! — Ева лукаво подмигнула мне.

— Сегодня утром я беседовал с психоаналитиком Пакстона. И кончилось все тем, что невзлюбил его почти так же, как вашего босса. Полагаю, я достиг немалого.

— Рэй так волновался, когда вы не позвонили ему вчера вечером. Он мне рассказал решительно все. — Она слегка приподняла плечи. — Я не обольщаюсь, для него я лишь девушка Пятница. Может быть, мне не следует вас спрашивать, но я ведь знаю, как Рэй рассчитывает на вас, — так вы чего-нибудь добились, Рик?

— Не могу похвастаться слишком большими успехами, — честно признался я. — Сестру до сих пор не нашел.

— Бедная девочка! — прошептала Ева. — Она, должно быть, чувствует себя такой одинокой.

Внезапно дверь широко распахнулась и на пороге появился Мужчина с большой буквы. Его силуэт четко вырисовался в резком солнечном свете. Я знал, что ретироваться уже поздно. Во-первых, мне не следовало заходить в салон, а во-вторых, я не должен был угощать его секретаршу шампанским. Из-под низко надвинутого на лоб сомбреро на меня смотрели глаза, сверкающие холодной яростью, а из кобуры зловеще поблескивала рукоять кольта. У меня перехватило дыхание, когда его правая рука вдруг дернулась, но я тут же с облегчением перевел дух, ибо рука не коснулась кобуры, а медленно поползла вверх, добралась до роскошных усов и стала нежно их поглаживать.

— Да не стой же как столб, Ева, — сказал Пакстон очень тихим голосом. — Мне сейчас совершенно необходимо выпить шампанского. Этот вонючий отброс, который почему-то называет себя актером, этот пошляк Мейер только что в шестой раз переврал свою реплику!

Чары развеялись. Я снова был в трейлере в обществе знаменитого актера и его девушки Пятницы, меня не застигли врасплох с чужой девицей, и я не ожидал рокового конца — смерти от выстрела неумолимого кольта, кольта Мужчины с большой буквы.

Он снял сомбреро и швырнул его на туалетный столик, взял из рук Евы полный бокал, медленно осушил его и протянул снова, чтобы она наполнила.

— Это очень мило с вашей стороны, Холман, что, проходя мимо, вы решили забежать сюда, — промурлыкал он. — С моей стороны было бы самонадеянно рассчитывать, что вы сочтете мое дело столь важным, чтобы постоянно держать меня в курсе, не так ли?

— Не установить ли нам двухстороннюю радиосвязь? — предложил я. — Тогда каждые полчаса я докладывал бы вам, что по-прежнему не нашел вашу сестру.

— За целые сутки вы не напали даже на тень следа? А мне-то казалось, что вас считают лучшим детективом, Холман! — Пакстон нанес ответный удар.

— Я и есть лучший, — не сдавался я, — причем без ложной скромности. А еще я сказал вам вчера, что первой ошибкой в моей жизни было то, что я поднялся к вам в трейлер!

— Джентльмены! — весело перебила нас Ева. — Ведь благополучие Кармен все же важнее, чем ваш ритуальный обмен оскорблениями, не так ли?

— Помолчи! — приказал Пакстон. — Иначе можешь оказаться девушкой Пятницей, которая получает свою последнюю зарплату.

— Я подам в суд, — пригрозила она, — за нарушение договора.