Лестница, ведущая вниз - Ольга Баскова

Марину нашли в лесополосе за городом. Пожилая женщина, отправившаяся рано утром за грибами с намерением в обед порадовать внуков грибным супом, обнаружила девушку в грязной канаве, одетую в короткую юбку, ажурные чулки, топик и размалеванную, как клоун. Старушка немедленно позвонила в милицию, и через полчаса Скворцов, Киселев и Станислав Михайлович, поеживаясь от утреннего холода, осматривали труп.

— Передозировка — Судмедэксперт ткнул в посиневшую руку девушки, показывая след от укола.

— Странно. — Павел удивленно оглядывал локтевые сгибы. — С чего ей приспичило? Она ведь не была наркоманкой.

— Но уж проституткой точно. — Константин брезгливо созерцал ее наряд и макияж. — Это упрощает дело. Сейчас свезем красотку к Михалычу на более детальное обследование. Я уверен, вскрытие не покажет ничего интересного. Если ее убили, преступника не отловить вовек. Если покончила с собой, туда ей и дорога. Оформим как передоз, — он потянулся. — Ох, если бы… — Звонок мобильного прервал его мысль.

— Скворцов слушает. Так. Понял. Выезжаем! — Выключив телефон, оперативник повернулся к Павлу. — Не радуйся, друг. Красотка сегодня не в одиночестве. На Речной труп психиатра Михаила Ароновича Колемана с пробитой головой.

— Вот… — с губ Павла чуть не сорвалось слово ненормативной лексики. — Его-то за что?

— А ответа на этот вопрос, приятель, ждут от нашей конторы, — улыбнулся Константин и бросил взгляд на Станислава Михайловича. — Поехали. Дамочка без всяких претензий подождет в морге.

Валерий Семенович Полоцкий, держа в руках бокал с шампанским «Дом Периньон», с улыбкой слушал Кунцевича, докладывавшего ему о проделанной работе.

— Ты уверен, что и теперь ко мне не ведет ни один след? — поинтересовался он.

— Если вас никто не видел с этой шлюшкой — да, — ответил юрист. — Она как-то обмолвилась, что вы куда-то выезжали вместе.

— Было дело, — в голосе предпринимателя не чувствовалось беспокойства. — Выезжали. Но только вдвоем и только на пустынные поляны. Ах, дорогой, ты не представляешь себе секс под луной в объятиях профессионалки! — Он зажмурился, как сытый кот. — Однако прочь воспоминания. Нас могли видеть лишь птицы, которых никак не затащишь в свидетели.

— Тогда все в порядке, — Лев Абрамович расхохотался, наполнил бокал и предложил сделать то же самое Мамедову и Шпиленко. — На нашем счету двумя нераскрытыми убийствами больше. Шлюха в канаве никого не интересует, даже своих родителей-алкоголиков. Наверняка у них не найдется денег на приезд сюда. Наши коллеги — милиция и прокуратура — с удовольствием спишут все на передоз.

— Она не была наркоманкой, — задумчиво проговорил Валерий.

— Большинство таких девочек знакомились (до определенного момента) со словами «героин» и «кокаин» только по телевизору, — усмехнулся Шпиленко. — А потом за ампулу готовы продать душу. Найдутся свидетели, которые подтвердят: малышка действительно зарабатывала собой. А жизнь проституток полна стрессов. Логично подумать: либо Марина начала колоться, чтобы отвлечься от действительности, либо свела счеты с жизнью, не выдержав. Впрочем, на эту тему милиция не станет и рассуждать. Убийство Колемана отодвинет все на задний план.

— Вот с ним хорошо придумано, — Полоцкий отпил из бокала. — Хвалю.

Все трое иронически поклонились.

— Но нас ждет завершающий удар. Кому оставила девочка компрометирующие меня материалы?

— Юхненко Татьяне Андреевне, владелице собственной адвокатской конторы, — ответил Мамедов.

Кунцевич вздохнул. Это не ускользнуло от Валерия.

— С ней нужно будет повозиться?

— Я не о том. — Лев Абрамович махнул рукой. — Как раз здесь проблем не будет. Эта дама мне хорошо знакома. Неплохая, в принципе, тетка, только все время пыталась влезть не в свои дела. Вот и допрыгалась.

С Юхненко покончить сегодня, — приказал хозяин. — И чем скорее, тем лучше. Сообщение о смерти Марины скоро может появиться на экране. В десять в конторе ждут ее звонка.

— Вчера мы это обмозговали, — отрапортовал Кунцевич. — И если мы вам больше не нужны…

— Действуйте, — перебил Полоцкий.

Кунцевич не зря вздохнул, вспомнив о Татьяне Юхненко. В свое время они вместе учились в МГУ на юридическом, потом судьба забросила их в Приреченск, в прокуратуру.

Общаясь с этой женщиной, Лев Абрамович не раз задавался вопросом: дура она или прикидывается? Человек может по-разному зарабатывать деньги. Большинство чтит Уголовный кодекс и старается не нарушать законы. Меньшинство нарушает их, но при этом из кожи лезет вон, чтобы никто об этом не узнал. Татьяна не относилась ни к первым, ни ко вторым. Создавалось впечатление: женщина нашла такую профессию, которую собиралась использовать наивыгоднейшим образом для выколачивания денег. На третьем году работы она попалась на взятках. Начальство пожалело девушку и уволило ее по собственному желанию. За несколько лет Татьяна сменила много рабочих мест. Кто знал ее, понимали почему и не понимали только одного: представитель закона всячески старалась его нарушать, хорошо подзаработав на этом, и до сих пор гуляла на свободе. Видимо, сверхнаивный вид этой дамочки вводил начальство в заблуждение. Юхненко так искренне раскаивалась, что они верили: эта дура действительно не понимала, что делала. От таких избавляются, однако не ломают им судьбу: если дурак, то это надолго. Правы они были или нет, рассуждая таким образом, — этого Кунцевич до сих пор сам не мог понять. Порой Татьяна проявляла такую смелость и авантюризм, на какую бы не решилась их преступная группировка, и добивалась успеха. Осторожный Лев Абрамович всегда боялся своей известности криминального адвоката. Юхненко этого не боялась. Когда преступные группировки легализовали в Приреченске свою деятельность, она ринулась предлагать им свои услуги. Кто-то, зная ее репутацию, отказывался, кто-то не боялся привлекать эту смелую женщину, восхищаясь ее жадностью и небрезгливостью ко всякого рода делам. Кунцевич, будучи в курсе деятельности однокурсницы в бандитское время, каждый день ждал сообщений о ее смерти. Однако то смутное время дама пережила относительно спокойно, разжившись собственной адвокатской конторой и счетом в банке. Но ее час пробил. Лев подумал о судьбе, отводившей человеку определенный отрезок жизни. Для Татьяны он закончится сегодня. И это тоже будет «глухарем» для милиции. Она проведет дело чисто формально. Смерть адвоката, связанного с криминальными кругами, никого не удивит, обычно удивляет его долгая и счастливая жизнь.